Восхождение Морна. Том 14 - Сергей Леонидович Орлов

А вот мне всё происходящее уже порядком осточертело.

Сколько можно, в самом деле? Я ведь не напрашивался на эту вражду, не пытался отобрать у Феликса его место и уж тем более не собирался посвящать остаток жизни исправлению чужих комплексов. Однако младший брат с каким-то маниакальным упорством продолжал искать повод сцепиться со мной, словно других занятий у него попросту не существовало.

Пожалуй, хватит с меня благотворительности.

— А теперь послушай меня внимательно, Феликс, — произнёс я, глядя ему прямо в глаза. — Мне совершенно плевать, любишь ты меня или ненавидишь. Хочешь стать главой рода? Становись. Хочешь превзойти меня? Ради бога. Только оставь меня в покое.

— Да как ты…

— Рот закрыл! — рявкнул я, чуть сильнее сжав его запястье. — Ты уже достаточно наговорил. Теперь моя очередь.

Феликс дёрнулся, пытаясь вырваться, но я удержал его на месте.

— Ты уже пытался меня убить. И не один раз. До сих пор я находил причины закрывать на это глаза, но моё терпение закончилось. Ещё одна подобная выходка — и я отвечу так, как ответил бы своему врагу. Без скидок на фамилию и родственные связи.

— Ты мне угрожаешь⁈ — прошипел он.

— Нет, братец, я тебя предупреждаю. И советую отнестись к моим словам серьёзно. Потому что если ты думаешь, будто я не способен тебя убить, то очень сильно ошибаешься.

На несколько мгновений между нами повисла тишина. Феликс перестал вырываться, но продолжал смотреть на меня с такой ненавистью, что, будь взгляды оружием, от меня уже ничего бы не осталось.

Что ж, хотя бы выслушал. Уже достижение.

Я разжал пальцы и поднялся, напоследок окинув его холодным взглядом.

— На этом всё. Живи своей жизнью, становись сильнее, добивайся чего хочешь. Только ко мне больше не лезь.

Феликс несколько мгновений лежал неподвижно, затем медленно сел и неожиданно рассмеялся. Смех получился злым, каким-то надломленным, совершенно не похожим на обычные насмешки.

— Значит, вот как… — Он поднял на меня глаза. — Ты даже сейчас считаешь, что имеешь право решать, как мне поступать дальше⁈

Я поморщился. Похоже, до него всё-таки не дошло…

— Феликс, я только что предложил тебе оставить меня в покое. Неужели это настолько сложно?

— После того как ты в который раз унизил меня⁈

Я невольно покосился на Всеволода, который всё это время наблюдал за нами с края тренировочной площадки. Судя по его мрачному лицу, происходящее ему совершенно не нравилось, однако вмешиваться он пока не собирался.

— Ты сам потребовал поединка, — напомнил я. — И прекрасно знал, что можешь проиграть.

— Нет, Артём, — неожиданно спокойно произнёс Феликс, поднимаясь на ноги. — Это ещё не конец.

Он медленно выпрямился и опустил взгляд на правую руку, где тускло поблёскивал наруч Судьи. А в следующее мгновение по поверхности артефакта пробежали тёмно-серые прожилки, которые начали стремительно разрастаться, заполняя каждую руну и углубление. Казалось, металл изнутри наливался Пеплом, постепенно теряя привычный цвет.

А затем я почувствовал исходившую от него энергию.

Поначалу едва заметная, она быстро набирала силу, распространяясь вокруг Феликса тяжёлым магическим давлением. Воздух над площадкой задрожал, а пыль и мелкие камешки у его ног медленно оторвались от земли, подхваченные закручивающимися потоками Пепла.

Глаза Феликса стремительно темнели. Сначала исчез привычный цвет радужки, затем чернота затопила белки, и спустя несколько мгновений на меня смотрели уже два совершенно чёрных глаза, в которых не осталось ничего человеческого.

Вот это уже было скверно.

— Феликс, — произнёс я, невольно напрягаясь. — Даже не думай.

Он медленно поднял голову, и его губы растянулись в жутковатой улыбке.

— Что такое, братец? Уже не смешно⁈

В ответ на его слова наруч вспыхнул тёмно-серым светом, после чего Пепел буквально хлынул из артефакта, закручиваясь вокруг правой руки плотным вихрем. Причём я отчётливо ощущал, что энергия продолжала прибывать, хотя сам Феликс, судя по всему, уже давно превысил собственные возможности.

— Феликс! — прогремел со стороны голос Всеволода. — Немедленно прекрати!

Дед не зря забеспокоился. Благодаря Оценке я прекрасно видел, что происходило с магическими каналами Феликса, по которым сейчас проносились чудовищные потоки силы. Наруч Судьи каким-то образом поддерживал их движение, позволяя пропускать через себя значительно больше энергии, чем выдержал бы обычный маг его уровня.

Вот только расплачиваться за подобное усиление приходилось самому владельцу.

Лицо Феликса стремительно бледнело, на висках выступили крупные капли пота, а из носа потянулась тонкая струйка крови. Несмотря на это, он продолжал накачивать наруч Пеплом, словно совершенно не замечая, что его собственные каналы уже работают на пределе.

Вот же идиот! Неужели предыдущего раза ему оказалось недостаточно⁈

— Феликс, ты не понимаешь, что делаешь!

— Заткнись!

Он вскинул свободную руку, посылая мне навстречу мощный воздушный удар. Я успел погасить его встречным порывом, но следом вокруг Феликса взметнулся Пепел, образовав плотную завесу, сквозь которую продолжала просачиваться всё новая энергия.

Всеволод тем временем уже направлялся к нам.

— Немедленно остановись! — потребовал он, и вокруг его рук заклубилась вода.

— НЕ ПОДХОДИ!

От Феликса во все стороны ударила воздушная волна, смешанная с Пеплом. Дед мгновенно выставил перед собой водяной щит, принявший на себя основную силу атаки, и остановился.

— Ты себя убьёшь, дурень! — прорычал он.

— Лучше сдохнуть, чем снова проиграть ему!

Я невольно замер, так как это уже было серьёзно.

До сих пор я рассчитывал, что Феликс просто пытается доказать своё превосходство, пусть и весьма опасным способом. Однако теперь он, похоже, был готов пожертвовать собственной жизнью, лишь бы не признавать поражение.

И самое паршивое, что я не мог списать всё происходящее исключительно на влияние Пепла.

— Феликс, посмотри на меня, — негромко произнёс я, надеясь, что до него ещё можно достучаться.

Он медленно повернул голову, и на его побледневшем лице появилась злобная усмешка.

— Что, Артём? Испугался⁈

— Нет, я просто хочу, чтобы ты кое-что понял. Сегодня у тебя была возможность закончить всё по-хорошему, но ты сам от неё отказался. И если сейчас не остановишься, последствия могут оказаться куда серьёзнее разбитой губы.

— Думаешь, я стану просить у тебя пощады⁈

— Да не нужны мне твои просьбы! — раздражённо ответил я. — Мне нужно, чтобы ты наконец включил голову и перестал пытаться угробить нас обоих!

Вместо ответа Феликс расхохотался, а затем вскинул правую руку, заставив окружавший её