На эту и на ту набью тебе тату. Том 4 - Игорь Алмазов

Алексей даже достал блокнот и тщательно это записал. Хороший из парня выйдет медик.

Мы договорились продолжить завтра и разошлись, каждый по своим делам.

* * *

После практики меня ожидала очередная тренировка по фехтованию. Здесь тоже приближался турнир, и оплошать я не мог.

В зале, кроме привычных лиц, обнаружился незнакомец. Высокий парень лет двадцати пяти, в дорогой экипировке и с идеальной осанкой. Он о чём-то говорил с Романом, и по жестам было видно, что говорил в основном он.

— Артём, знакомься, — подозвал меня к ним Роман. — Олег, из Самары. Приехал в наш город по делам, а заодно зашёл потренироваться в наш клуб. Тоже готовится к турниру, уже от своего клуба.

— Так это ты местная надежда? — Олег окинул меня оценивающим взглядом. — Тренер уже все уши прожужжал мне про твою необычную технику. Может, спарринг? Посмотрим, чему тут учат в Саратове. Или боишься перед турниром?

Тон мне сразу же не понравился. Отказываться после таких слов означало бы показать неуважение к самому себе. А потому я кивнул.

— Давай, — согласился я.

Я надел экипировку, и мы встали на дорожку. И бой начался.

Олег оказался быстрым, гораздо быстрее, чем многие мои противники до этого. Он атаковал сразу, задавливая скоростью и не давая перевести дух.

— Медленные тут у вас Саратовцы, — бросил Олег сквозь маску.

Я не ответил. Злиться было бессмысленно, злость в фехтовании только будет мешать. Вместо этого я анализировал. Олег полагался на скорость и агрессию, но увлекаясь атакой, он пренебрегал защитой. Привык, что противник не успевает отвечать. А значит, его можно поймать.

Следующий обмен я начал с ложного замаха. Олег среагировал мгновенно, рванулся в атаку, как я и рассчитывал. Жёсткий блок, клинок в сторону, и мой укол чисто пришёл ему в плечо.

— Укол, — зафиксировал Роман.

Олег атаковал снова, злее и быстрее. Но злость сделала его ещё прямолинейнее. Уклон, и в ответ укол в корпус.

Дальше пошла моя игра. Я не пытался соревноваться с ним в скорости, я заставлял его ошибаться. К концу боя счёт значительно перевалил в мою пользу.

— Артём выиграл, — у Романа в голосе явно проскользнула гордость. Ещё бы, ученик его фехтовального клуба победил зазнавшегося выскочку.

— А ты непрост, — сказал Олег. — И правда, необычная техника. Ну учти, к турниру я проработаю свои слабые стороны.

— Я тоже, — спокойно сказал я.

Олег фыркнул и ушёл. А я принялся за стандартную тренировку.

* * *

В студии меня уже дожидалась клиентка. Ирина, женщина лет сорока пяти, записалась ещё на прошлой неделе. Было видно, как она волновалась, хотя и старалась этого не показывать.

— Я учитель, — сразу же сказала она мне. — Преподаю русский язык и литературу уже двадцать лет. И я хочу татуировку.

Она сказала это со странным вызовом в голосе.

— Хорошо, — спокойно ответил я. — Какую и где?

Ирина слегка растерялась от того, что я не стал ничего спрашивать или отговаривать.

— Какого-то конкретного образа у меня в голове нет, — призналась она. — Я просто хочу показать свою свободу. Я же имею право на свободу?

— Расскажите, откуда вообще взялось такое желание? — спросил я.

Ирина помолчала. А потом слова полились из неё рекой.

— У меня есть татуировка, — сказала она. — Старая бабочка на плече, ещё с юности. Я её никогда не афишировала на работе, но и не стыдилась. А месяц назад мои ученики нашли в интернете мою старую фотографию. С пляжа, где мне лет двадцать. И видна собственно татуировка. По школе мгновенно поползли слухи, мол, учительница литературы чуть ли не бывшая уголовница. Это всё дошло до директора, он вызвал меня на ковёр и настоятельно порекомендовал «избавиться от рисунка, позорящего звание педагога».

— А вы вместо этого пришли за новой татуировкой, — сказал я.

— Да! — она даже кулаком по коленке ударила. — Именно! Я двадцать лет учу детей, что человека нельзя судить по обложке. Что Пушкин был картёжником, а Достоевский каторжником, и это не отменяет их гения. И что же, я сама должна прятаться и каяться из-за рисунка на коже? Нет! Эта татуировка будет моим ответом. Я хочу не прятать себя, а заявить о своём праве быть собой.

Это очень смелый ход для учительницы. Заслуживает уважения.

Я принялся думать над эскизом. Образ раскрытой книги пришёл в голову сразу же. Но этого мало…

Из книги должны вылетать буквы, и превращаться в стаю птиц. Птицы это всегда про свободу.

Книгу я сделал строгой, в классическом переплёте, с чёткими линиями. А буквы, вылетающие со страниц, постепенно обрастали крыльями и превращались в птиц.

— Вот, — показал эскиз я. — Эта татуировка будет не признанием в чём-то постыдном. Это будет гимн свободе мысли.

Ирина долго смотрела на эскиз.

— Вы поняли меня даже лучше, чем я, учительница литературы, смогла сформулировать, — сказала она.

Место она выбрала сама, предплечье. По желанию можно скрывать рукавом, а по желанию показывать. И мы начали работу.

«Начертание активно».

— Вы ведь тоже сталкивались с предубеждениями? — спросила Ирина в процессе, кивнув на мои руки.

— Сталкивался, — ответил я. — Люди боятся того, чего не понимают. Но предубеждения лечатся. На это просто нужно время и терпение.

— Время и терпение, — повторила она. — Надо запомнить. Пригодится для педсовета.

Работа давалась легко. Кожа запросто принимала чернила, и линии ложились с первого же прохода. За работой тщательно следил Лёха, который часто наблюдал за моей техникой.

«Начертание завершено».

«Намерение считано, защита права быть собой, утверждение свободы мысли и достоинства».

«Оценка: Отлично».

«Образ замкнут в круг. Композиция целостная, от строгой формы к свободному полёту. Переход от букв к птицам выполнен плавно и естественно. Присвоено свойство».

«Свойство: „Сила знания“. Носитель обретает уверенность в себе и своём деле. Его слова звучат весомее, мысли доносятся до собеседника легче. Тому, кто твёрдо стоит на своём, труднее навязать чужую волю».

«Прогресс к следующему рангу: 21/50».

Ирина рассмотрела готовую работу, помолчала.

— Знаете, — сказала она. — Я шла сюда и боялась. А сейчас мне впервые за месяц спокойно. Пусть директор говорит что хочет. Уволить меня за рисунок на коже он не имеет права, а лучшего литератора он в наш район не заманит.

— Вот это правильный настрой, — улыбнулся я.

Обработал татуировку, затем Вика провела фотосессию. Заклеить работу доверил Лёхе, и он выполнил это со всей тщательностью.

Затем Ирина расплатилась и ушла.

* * *

После клиентки Лёха нерешительно