Князь Андер Арес 13 - Тимофей Грехов

— Мартин Стёрт? — спросил он. Голос остался прежним.

— Да, Ваша светлость. — поклонился я. Соня попыталась исполнить книксен. Он получился неплохим, всё-таки она занималась танцами, но не таким уж изящным, что проделывали знатные дамы.

— «D»-ранг, — тем временем сказал он. — Лита говорит, почти «C». Откуда Вы к нам?

Я рассказал. Он слушал, кивал, спросил у кого учился, что умею, сколько раз сводил заражение крови и приходилось ли собирать открытый перелом. Я отвечал так, как ответил бы деревенский лекарь. Он задал ещё пару вопросов, из тех, на которые не ответишь, если не держал в руках раненого, и я ответил. Он снова кивнул.

— Завтра проверю твои знания на больных. У нас их хватает. — Он посмотрел на Соню. — Жена?

— Жена.

— Без дара.

— Без.

— Работать умеет?

— Умеет.

— На кухне нужны руки. Кормим сто двадцать человек трижды в день. Если жена пойдёт на кухню, комнату дам и вас будут кормить. Это облегчит вам жизнь в городе. — Он потёр глаза. — Жизнь в городе сейчас не самая лёгкая.

— Она пойдёт, — сказал я, и Соня кивнула раньше, чем я успел договорить.

— Теперь оплата, — барон достал из-под бумаг лист. — Обучение стоит денег. У тебя их, судя по одежде, нет. Но, думаю, тебе известно, что есть и другой путь. Служба роду Арес. Отучился, и потом работаешь на род, лекарем в гвардии, в госпитале, в деревнях, где укажут. Срок зависит от того, что я увижу завтра. От пяти до десяти лет. За еду, крышу и жалование по рангу.

— Я выбираю службу.

Он посмотрел на меня чуть дольше, чем требовалось.

— Быстро выбираешь.

— Мне нечего терять, барон.

— Всем есть, — тихо сказал он. — Ладно. Завтра после рассвета в госпитале. Лита покажет комнату.

Он вернулся к бумагам, и я понял, что аудиенция окончена. Уже в дверях я обернулся. Он сидел, склонившись над листом, и рука его с пером не двигалась. Он просто сидел, и я вышел от него.

Комната оказалась на втором этаже в конце коридора, маленькой, с кроватью, столом и окном во двор. Лита ушла, одарив меня задумчивой улыбкой, а на Соню посмотрела с презрением. Я закрыл дверь, провёл ладонью по косяку, стенам, полу, потолку — там легли чары от прослушивания. Тонкая плёнка, через которую наружу не уходил ни один звук.

Соня села на кровать.

— Ну, — сказала она. — Теперь объясни.

— Что именно?

— Зачем мы здесь. Ты князь. У тебя тут замок в километре. А ты записался учеником к своему же вассалу, а меня отправил на кухню мыть котлы. Я не против, конечно, но всё же хочу знать, что ты делаешь, и что планируешь.

Я сел рядом.

— Гвардия проверяет всех приезжих. Каждый, кто вошёл в город, записан, и за каждым, кто вошёл без цели, следят. На членов рода Арес много раз покушались и нам пришлось максимально усилить меры безопасности.

— А теперь мы вне подозрений? — спросила Соня.

— А теперь мы записаны в школе Грасса. Целитель и его жена, проверены, ранг подтверждён, комната выдана, договор подписан. У гвардии стало меньше поводов подозревать в нас не тех, за кого мы себя выдаём. Школа для них своя.

— Хорошо. И что дальше?

Я немного подумал, прежде чем отвечать.

— Смори, — начал я. — Насколько я понял, тело Андера Ареса, находится под стазисом. И если я с помощью метаморфизма приму его обличие, то все сочтут меня за мошенника. Поэтому, прежде чем предстать перед роднёй, я должен избавиться от своего прошлого тела. И только потом сделать вид, что я воскрес.

— И что ты с ним сделаешь?

— Я его сожгу.

Она молчала долго.

— Тебе не страшно?

— Мне не по себе, — честно признался я.

Она кивнула, после чего я создал иллюзию, будто я сплю на кровати, а сам поцеловал её, создал чары невидимости и пошёл к замку пешком, потому что телепортация оставляет след, а мне не нужны были следы.

Замок стоял таким, каким я его помнил. Стены, башни, окна, в некоторых горел свет. На стене ходила гвардия. Я прошёл мимо ворот, затем мимо караула и двух гвардейцев, которые говорили о возросших ценах на хлеб, и ни один не повернул головы. Артефакты у них были, но я двигался быстро, чтобы не попадаться в зону их видимости.

Вход в подземелье был там, где я его создал. Как бы мне не терпелось проверить как поживают мои близкие, я понимал, что надо немного потерпеть. Я открыл дверь и чарами просканировал подземелье. Там никого не оказалось.

И вскоре я стоял у лаборатории, в которой когда-то собирал куб. Я открыл её, и у дальней стены стоял постамент, на котором под чарами находилось моё тело.

Я подошёл ближе.

Меня урыли красной простыней из дорогущей ткани. И было видно только моё лицо. Я всмотрелся в него… оно было спокойным. Глаза закрыты, губы сомкнуты, ни морщин, ни тени. Грудь поднималась и опускалась. Правда очень медленно, и если бы не мой дар, я вряд ли это заметил бы.

Рядом со столом стояло кресло. На нём лежала зелёная мантия. Причём я был уверен, что она когда-то принадлежала Лилии.

Объяснения тому, что она здесь делает, у меня не было. Из самого простого, и на мой взгляд дурацкого, было то, что Нанали или кто-то из моих родных принёс её сюда, чтобы таким образом наши души воссоединились.

Но звучало это бредово, потому что мои близкие не были столь сентиментальными.

Я ещё раз посмотрел на себя и, врать не буду, мне было крайне не по себе.

Я положил ладонь ему на лоб.

— Прости, — сказал я.

Кому, я не знал. Себе, наверное.

Потом я снял стазис, обхватил тело телекинезом, подхватил рядом лежащий метапосох и телепортировался.

Остров, который я выбрал, лежал в трёх сотнях километров к югу, в Суровом океане. Голая скала, без единого дерева, на которую садились только птицы. Я нашёл его давно, когда искал, где спрятать куб.

Я опустил тело на камень и не стал ждать.

— Огненный вихрь, — активировал я заклинание. И снова, не пожалев сил, я немного перестарался. Огонь вышел белым… тело целиком вспыхнуло, и я держал пламя так, чтобы ничего не осталось. Ни кости, ни зуба, ни пряди волос, ничего, что можно было бы найти или поднять. Огонь раскалил камень под ним, а птицы, сорвавшиеся с уступов, орали над водой.

Когда я опустил руки, на камне растекалась мутная масса, застывающая в стекло.

Я стоял над ней ещё минуту. Потом