Алексей Жидков - Путь славы и скорби

– Не настолько. Там я не смогу собрать тебя обратно по кусочкам.

– Чего-нибудь придумаете – нам нужны эти деньги. Я пошел.

– Джон, стой!!! – завопил Лоббитс. – Банки не грабят с бухты-барахты. Там может не оказаться денег, и все – ты окончательно упустишь свой единственный шанс. Если уж решился, то понаблюдай за тем, что да как там происходит. Да не один час, и даже не один день. Ты должен как минимум точно знать: где сколько знаков – тебе нужна не маленькая сумма за один раз – второй попытки у тебя точно не будет.

– Вы предлагаете мне остаться тут пожить? – задумался Джон, понимая, что профессор прав.

– Да, сынок, именно так. Если уж воровать, то с умом…

Сергей медленно шел вдоль кромки леса. Теперь торопиться было некуда – он оказался здесь вовремя. Снерги не успели разрушить гнездо, которое он так долго искал. Он чувствовал… даже сейчас, находясь на удалении почти километра, он чувствовал законсервированную кладку. Хоуп тоже ее чувствовал, и уже предвкушал встречу с такими же созданиями, как он сам.

Выяснить удалось немного, но Сергей понял, что это одна из тех кладок, о консервации которых говорил Меняло. Здесь должны быть такие же белые и уникальные твари, как и брат.

Да, дикие твари тоже оказались весьма полезны, но чем сильнее разрасталась стая, тем сложнее с ней становилось управляться – если бы не Хоуп, то Сергей бы сам не смог держать столько особей в узде. Но и брат уже начинал не справляться – он хоть и стал очень быстрым, но не мог присутствовать везде одновременно.

Идею найти таких же особей, как и Хоуп, Сергей вынашивал давно – почти с самого начала своего одиночного путешествия. Но Меняло молчал, как партизан, и ни слова, ни намека не давал для поисков – твердил лишь, что это глупая и бесполезная затея и ему не хочется смотреть на то, как его неудавшиеся труды используют совсем не по назначению.

Поэтому приходилось просто искать, перерывая все кладки, засылая подручных как можно дальше исследовать территории, и иногда, когда возникала такая возможность, захватывать и допрашивать пленных.

Об этом гнезде он узнал именно последним способом. Окружив одинокого лаборанта, работающего на одной из найденных кладок диких тварей, Сергей смог его допросить – первый раз он использовал такие навыки: каким-то образом у него получилось толи заставить Меняло, толи самому перехватить возможность управления его способностями, но Сергей смог надавить на погонщика авторитетом творца и тот безропотно подчинился, рассказав все, что знает.

Знал он не много – только то, что группа военных собирается: толи уничтожить кладку, толи кого-то рядом с ней, а может и то, и другое, но это оказалась единственная зацепка, по которой они с братом начали работать – и не зря.

Также не зря Сергей привел сюда всю стаю. Он ожидал увидеть здесь трех-четырех погонщиков, ну максимум восемь – если процедура торжественная. А тут оказалось почти два десятка, да еще и танки. Снерги за кого-то решили серьезно взяться.

Сергей спросил совета у Меняло – для чего могло собраться столько сил? Но ответа не получил. Творец ничего не говорил, а лишь недовольно мычал в его голове.

С Меняло у Сергея вообще дела обстояли не очень хорошо – случаи явной потери контроля над своим телом прекратились спустя полгода после первого инцидента – Сергей научился сдерживать творца в себе. Вот только теперь он чувствовал, что из-за этого сам растворяется в нем. То есть: иногда он сам, абсолютно умышленно поступал как творец. Но и Меняло растворялся в нем и иногда вел себя как человек – они становились чем-то единым целым, и иногда Сергею даже казалось, что он вспоминает другие планеты, где побывал, других творцов, с которыми общался и даже помнит тот самый момент, когда он образовался из ничего и как после этого из великого ничто образовалась жалкая вселенная. Он даже толком не понимал: как и зачем, но очень хотел уничтожить весь материальный мир и снова превратить громоздкую, холодную вселенную в уютную теплую пустоту. Такие мысли можно было от себя отогнать, но они неизменно возвращались. И лишь одним они оказывались полезными – иногда Сергею и не требовался ответ заточенного творца, он просто знал его сам.

Но в этом случае ответа на поверхности не оказалось. Даже Меняло мычал так – будто сам не знает ответа и жутко не доволен, что в его отсутствие кто-то отдает такие глупые приказы и собирает значительные силы для полной ерунды.

– Люди!.. Люди!.. Люди!.. Люди!.. Люди!.. – вдруг воспринял он множество отчетов от членов стаи, входящих в авангард.

Потом пришел резкий сигнал от брата – он напал на врага. Вспышка гнева… рывок… борьба… присоединяются другие твари… кто-то погибает… еще кто-то… еще, но брат невредим… еще смерть… удовлетворение и легкая усталость – Хоуп, с помощью других тварей одолел первого врага. Скорее всего им оказался одинокий погонщик.

– Люди!.. – прислал брат сигнал. – Несколько смерть… один жизнь, плен.

«Так что же тут делают погонщики – охотятся на людей или это очередной их эксперимент?».

– Понял тебя, брат, – передал Сергей послание. – Есть еще живые люди, проследи за дикими рядом с ними.

Хоуп не ответил, но Сергей почувствовал его стремительный рывок. Чтобы оказаться у авангарда на вершине, и не привлечь к себе внимания ему потребуется сделать огромный крюк, но он стал очень сильным и быстрым, поэтому много времени это занять не должно.

«Ну что же – пора и мне браться за дело, а то меня скоро заметят, а сражаться с танками, снова прыгая по ним совсем не хочется».

Сергей отдал команду и из леса выбежало несколько небольших тварей, ростом ему по пояс. Они походили на пауков с большой плоской спиной, на которой Сергей приспособил различные хомуты и крепления, превратив тварей в носильщиков – получились вот такие своеобразные вьючные твари, с которыми его жизнь стала гораздо удобнее.

Сергей подозвал одну особь к себе и отцепил у нее со спины свищ. Тварь отдала свой груз и тут же отбежала в сторону, чтобы не мешать вожаку.

Сергей начал целиться и вдруг почувствовал, как Хоуп снова нападает… и тут же – новая смерть в стае.

«Кого-то усмирил, братишка», – понял Сергей.

Только так и приходилось бороться за власть в стае. За малейшее непослушание – смерть! Всем особям четко приказано – людей не трогать, а всех, кто нарушит приказ ждет смерть. Жалко, что твари были дикими и просто зачастую не могли контролировать себя и все равно срывались. Хотя такие случаю происходили редко и постепенно стая становилась все более и более дисциплинированной – для этого лишь требовалось постоянно обеспечить ее пищей и кровью.