Мушинский Олег - Рекламный трюк

– Когда?! – вскинулась Алиса.

– Люди говорят, утром еще. Могут и сюда пожаловать. Любят они на ночь глядя визиты делать.

– Спасибо, баба Тамара.

Старуха что-то фыркнула, и, ворча себе под нос, удалилась. Елена с тревогой выглянула в окно, явно ожидая увидеть черный броневик с золотым тельцом на бортах. Не увидела. Только по дороге, натужно подвывая, прополз груженый колесный тяжеловоз, да пара рабочих в оранжевых форменных комбинезонах о чем-то горячо спорили, склонившись над полу-разобранным агрегатом. Ничего не предвещало беды, но предупреждение старухи повисло в воздухе, как кислотное марево после дождя.

– Надо убираться отсюда, – заметила Алиса, поспешно сметая в утилизатор остатки недоеденной пиццы.

– Куда? – с тяжелым вздохом спросил Антон.

За последние несколько часов это были его первые слова. Нахохлившись и обидевшись на весь свет разом, Антон равнодушно смотрел в экран и все больше мрачнел.

– Для начала – отсюда, – твердым голосом сказала Алиса. Она окинула взглядом комнату и одобрительно кивнула. – Ну вот, как будто нас тут и не было. Уходим.

Едва они торопливым шагом покинули поселение, Антон снова поднял вопрос. Плыть по течению он никогда не любил, предпочитая, как и положено успешному гражданину, активную жизненную позицию и четкое планирование. Сидение взаперти с мрачными мыслями его окончательно доконало, и душа требовала хоть какой-то определенности.

Алиса в ответ пожала плечами, и сказала, что не имеет ни малейшего представления.

Для безопасности каждый контрабандист знал только свои маршруты. Возвращаться в конгломерат было бессмысленно, оставаться здесь – опасно. Единственный оставшийся вариант – самостоятельно пробираться на восток – Алиса забраковала.

– Очень не советую, – сказала она. – Именно на этом направлении вас в первую очередь и будут высматривать. Тут даже с проводником риск не малый, а одни точно попадетесь. Я бы на вашем месте наоборот на запад подалась.

– Там промышленная зона, – мрачно напомнил Антон. – Уровень жизни ниже, а контроль жестче.

– Ну, контроль жестче только в приграничных секторах, чтоб работяги не разбежались. В самой-то зоне как раз посвободнее будет. И потом, я не предлагаю вам там осесть на всю оставшуюся жизнь. Переждете грозу, а там, глядишь, еще куда переберетесь.

– Это будет не так-то просто.

– Ну, просто только сразу сдаться.

Они пересекли заросший пустырь и присели отдохнуть в тени водонапорной башни.

– Здесь мы расстанемся, – сказала Алиса.

– А ты не могла бы проводить нас до Прибалтийской зоны? Мы хорошо заплатим.

– Я не знаю тайных маршрутов, – покачала головой Алиса. – А просто еще один человек в группе – это лишнее внимание. Оно вам ни к чему.

– Но твой опыт в таких делах…

– Мой опыт заключается в терпении и осторожности. Не доверяйте никому и ничему.

Тогда, может быть, уцелеете… И, знаете… – Алиса помедлила, что-то взвешивая в уме. – Если проползете по дамбе и доберетесь до Кронштадтского конгломерата – найдите такого Строганова Аркадия, дай бог памяти, Борисовича. Его еще сталкером кличут, не знаю, что это значит.

– Он тоже контрабандист?

– Он – старый маразматик. Но, говорят, сумел удрать из Украинской сырьевой зоны.

Антон недоверчиво покосился на нее. Сырьевые зоны в силу своей специфики были закрытыми территориями. Они не имели прав на экономическую или промышленную деятельность, а потому не нуждались в тесных контактах с другими зонами. К тому же специфика поставок сырья не предусматривала конкурентную борьбу и прочие сложности современного бизнеса. Природный газ и жидкости перекачивались по подземным трубопроводам; уголь, руда, лес и тому подобное вывозилось железнодорожными составами. Прокладка нового трубопровода или железной дороги требовали колоссальных затрат, что, понятное дело, было совершенно не рентабельно и полностью исключало смену покупателя. Разумеется, жрецы Маммоны тщательно следили, чтобы локальная монополия никому не ударила в голову и сырье реализовывалось по справедливым ценам. В таких условиях внешнеторговая деятельность сырьевой зоны сводилась к минимуму: контролю за поставками и закупке необходимых товаров, с чем вполне успешно справлялись две-три управляющие компании, расположенные в одной из ближайших экономических зон.

Население занималось обслуживанием добывающего оборудования и поддержанием внутренней инфраструктуры, и, в силу узкой специализации, их труд не был востребован в других зонах.

К сожалению, некоторых авантюристов это не останавливало. Они добывали разрешение, бросали работу и перебирались в более развитые зоны, но, обладая низким уровнем образования и невостребованной специальностью, не могли полностью реализовать себя и соответствовать высоким стандартам современного высокотехнологичного общества. Лишь единицам удавалось поспеть за стремительной поступью прогресса, остальные безнадежно отставали и деградировали, а когда государству надоедало нянчиться с очередными неудачниками, деклассировались и пополняли ряды электов. Нельзя сказать, чтобы жрецы Маммоны взирали равнодушно, как ценные для добывающей отрасли специалисты добывали себе хлеб насущный, роясь в помойках где-то на задворках цивилизации. Мигрантов отыскивали и возвращали туда, где они могли найти себе достойную работу. Храмы усилили пропаганду проживания по месту рождения, попутно культивируя в прихожанах соответствующие моральные ценности. Когда и этого оказалось не достаточно, жрецы ради спасения людей не побоялись пойти на непопулярные меры: все разрешения на миграцию отменялись, а границы сырьевых зон, и ранее надежно закрытые, были полностью перекрыты войсками, оснащенными самым современным оборудованием: не то что мышь, таракан незамеченным не проползет. Одно время в экономических зонах даже бытовала поговорка об абсолютно безвыходной ситуации: "как в сырьевой зоне родился", но жрецы запретили употреблять ее как не политкорректную.

Этим и объяснялось удивление Антона. Человек, покинувший сырьевую зону без разрешения властей, должен был быть суперменом из лучшего шпионского боевика.

– Говорят, он через чумную зону прошел, – пояснила Алиса.

– Ну, тогда точно врут, – вздохнул Антон.

– А если нет? – с надеждой спросила Елена.

Антон недовольно посмотрел на нее. Мало ей неприятностей?! И так вляпались, что хоть действительно прямиком в чумную зону!

– Извини, – уловив его настроение, сказала Елена. – Это я не подумала.

– Не подумала она, – проворчал Антон.

– А что вы теряете? – тоном профессиональной искусительницы поинтересовалась Алиса.