Квартира номер семь - Грег Ф. Гифьюн

Я вижу Дженну — она стоит на холоде на ступенях заброшенного дома. Выглядит жёстко, болезненно, измотанно — ничего общего с живой женщиной, которую я знаю. За ней — мужчина, но он скрыт тенью, и лица не разглядеть.

А потом я там тоже — поднимаюсь по ступеням и тянусь к ней…

Меня вывернуло, и я сплюнул кровь на бордюр. Кровь из носа затекала в горло и душила меня. Я с трудом выбрался из канавы на четвереньки — голова раскалывалась, всё тело ныло. Рукавом пальто я вытер нос и рот как мог, затем огляделся. Улица была пуста и темна.

В конце концов я кое-как поднялся на ноги и, пошатываясь, добрёл до угла следующего здания. Боковой переулочек никуда не делся, и в его конце стоял странный маленький театр с прожектором, направленным на красную вывеску с белыми буквами. Озноб — и вовсе не от погоды — пробежал по спине.

Я повернулся и пошёл к единственному работающему фонарю вдали.

Как только я до него добрался, откуда-то из-за угла вылетела машина и со скрипом затормозила в нескольких шагах от меня. Это было клетчатое такси, а за рулём сидел Кэп Пэйенс и скалил свои огромные вставные зубы.

Я злобно рванул заднюю дверцу и просунул голову внутрь. — Вы чуть не задавили меня там!

— Эй, Чарли! — прогавкал он, жуя тот же окурок сигары, что и в баре.

— Не надо «Эй, Чарли» — вы могли меня убить! Я видел ваше такси!

— Вы видели такси. Я же говорил вам, не стоит ходить пешком в такую ночь — правда ведь? Вам нужно убираться с улиц, они небезопасны. Садитесь, шеф, отвезу куда нужно.

Я оглянулся на тёмную улицу, с которой пришёл. Странные нечеловеческие шёпоты оседлали ветер, коснулись меня — и спиралями развеялись в ночи, как клубы дыма.

— Садитесь, — сказал Кэп. — Залезайте.

Я сел.

— 6 —

Внутри такси пахло сигарным дымом и резким дезинфицирующим средством; в отличие от большинства такси, здесь не было ни перегородки, ни стекла между передним и задним сиденьями. С зеркала заднего вида на цепочке свисал серебряный металлический значок в форме пирамиды — он покачивался и ловил лунный свет. Вопреки всем ожиданиям, такси было безупречно чистым, будто тщательно убранным всего несколько минут назад. У меня мелькнул образ Кэпа с ведром и тряпками — смеётся и исступлённо скребёт сиденья, а такси залито широкими кровавыми полосами и засорено внутренностями и кусками человеческой плоти. Пока Кэп мчался по улицам и вырулил на Масс-авеню, я отогнал это видение и покрепче держался. Несмотря на сумасшедшую скорость, я немного успокоился. Хотя бы Бостон снова выглядел как Бостон, и я по крайней мере понимал, где нахожусь. Но я не мог избавиться от воспоминания о тех чрезвычайных и ужасающих вещах, которые пережил, и не мог не бояться того, что ещё предстоит. Глядя в окно на мелькающий город, я всё ещё чувствовал себя не в себе, застрявшим в какой-то параллельной реальности, где даже знакомое — не совсем такое, каким должно быть, и ничто не имеет смысла. Мне было холодно, страшно, больно и устал. И этого было более чем достаточно.

— Что происходит? — спросил я устало. — Что со мной происходит?

Кэп поймал меня в зеркале заднего вида. — Везу тебя туда, куда нужно.

Мы подъехали к мосту через Масс-авеню, и я понял, что мы едем в Кембридж. — Вы везёте меня к Кёртису Гвинну, в его квартиру.

— Это ведь то, чего вы хотите, нет?

— Откуда вы вообще о нём знаете?

— Как я уже сказал — у этого города нет от меня секретов. Ни одного. Знаете почему? Потому что я и создаю секреты, парень.

— Кто вы?

— Слышали когда-нибудь о реке Стикс?

— Это река в Аду.

— А теперь назовите имя лодочника. Вот видите, не можете. Никто никогда не помнит. Знаете почему? В конце концов, если ты едешь в Ад — кого волнует имя водителя? Его звали Харон, между прочим.

Меня пробила дрожь. — Вы что же, везёте меня в Ад?

— Кто-нибудь когда-нибудь говорил вам, что вы немного буквоед?

— Скажите, кто вы. Пожалуйста. Скажите, что происходит.

Такси резко затормозило, бросив меня вперёд на спинку переднего сиденья. — Приехали! — Кэп вдавил рычаг в положение «парковка», затем небрежно перекинул руку через спинку сиденья и повернулся ко мне своими большими мутными глазами. — Оставлю мотор работать, да?

Мы приехали на тихую жилую улицу в Кембридже, больше похожую на провинциальный американский городок, чем на квартал посреди большого города. По обе стороны улицы выстроились отреставрированные особняки в викторианском стиле, к которым будто случайно примкнуло несколько дуплексов. Кэп остановился перед одним из меньших домов на улице — белым викторианским домом рубежа веков, некогда переделанным в двухквартирный. С башенкой на крыше и верандой на втором этаже, он стоял несколько поодаль от дороги, а небольшой передний и боковой дворик был