О, мой профессор! - Лариса Васильева

Какая горячая кожа! Как печка, или он просто горит изнутри от моих прикосновений.

Провела пальцами по груди, очертила темные круги сосков и спустилась на живот. Матвей тяжело задышал и снова набросился на мой рот. Вжал меня в стену, а сам возбужден до предела. Почувствовала его стояк, упирающийся мне в бедро. Прикоснулась к нему через тонкую ткань брюк.

— Твое платье меня бесит, — прохрипел Матвей, путаясь пальцами в струящейся ткани.

— Не рви! — испугалась я.

Изорвет к чертям собачьим красивое платье, а в нем, между прочим, меня впервые захотел мой профессор, поддавшись соблазну.

— Не буду, — его ладони выпутались из струящегося плена и опустились на мои голые ягодицы. — Ты же этого хотела, чертовка, когда затащила меня сюда, — прошептал он, припадая губами к мочке уха.

Разведя в сторону мои ягодицы, он провел пальцами по колечку ануса. Я вздрогнула, напуганная необычными ощущениями.

— Ты такая смелая и решительная, настоящий ураган, — зомбировал он, продолжая массировать мою попку.

Меня там никто никогда не касался, и я замерла, сраженная новыми для себя импульсами. А его пальцы уже переместились ниже, где концентрировался основной узел моего возбуждения. Черт! Его пальцы надавили на чувствительную точку, и я вскрикнула.

— Ну же, кричи громче. Давай взбудоражим весь этот чертов ресторан! — глубоким голосом прохрипел Матвей, а сам продолжил касаться меня между ног.

Наверное, мне должно быть стыдно за свое развратное поведение, но так приятно, что я забываю обо всем. Внутри меня настоящий пожар и, кажется, пошла бы за чертом, сумей он его погасить. Продолжая растирать чувствительную точку, Матвей вводит палец внутрь. Или два, мне уже все равно. Меня трясет и разрывает от желания. Сама насаживаюсь на его пальцы снова и снова пока не наступает разрядка.

Микровзрыв в микровселенной. Я взрываюсь, кричу и, кажется, рухнула бы вниз, если бы он не меня не держал.

— Все хорошо? — легкий поцелуй в висок, и Матвей меня отпустил. Застегнул рубашку, поправил галстук, пиджак. — Снежана, ты будешь одеваться? — Внимательно смотрит на меня. Кивнула, пока еще туго соображая. — Тебе надо в туалет, — подтолкнул меня к двери и вложил в руки мои же трусы. Когда, спрашивается, успел снять? — У тебя там все очень мокро. Будет неприятно, если сейчас оденешься.

Мои щеки просто пылали от стыда и вообще создавшейся ситуации. Соблазнила, спровоцировала, и в итоге трахнута даже не членом. Пальцами. Наверное, со стороны все выглядело не очень, но было так возбуждающе.

Матвей ждал меня на выходе из уборной.

— Вина? — он заметил мои раскрасневшиеся щеки.

— Пожалуй, — позволила отвести меня за стол.

— Ты не получил разрядки, — констатировала факт, приводя мысли в порядок.

— Еще не вечер, — пространно заявил Матвей и подмигнул мне.

И это прозвучало, скажу я вам, просто охренительно!

Оргазм пробудил во мне жуткий голод. Когда принесли закуски, с аппетитом набросилась на еду. Горячее Матвей заказал только себе, а сладкий десерт мне.

— А ты и правда отчаянная, — покачал головой Матвей, с улыбкой наблюдая как я поглощаю мороженое. — Думал просто бравада, но на самом деле оторва.

— Боишься не потянешь? — подмигнула я.

— Даже не знаю, — Григорьев усмехнулся. — Боюсь увлекусь.

— Не страшно. Вдвоем сходить с ума веселее!

Тачку Матвея я видела, он часто на ней в универ гонял. «Ниже среднего», как бы выразился мой отец, но в ней мне было намного комфортней, чем в дорогой машине Александра.

— Как тебя моя квартира? — поинтересовался Матвей, и я вспомнила берлогу препода. С той поры много воды утекло, но первое впечатление не стереть.

— Если честно, не очень!

— А что не так? — его взгляд сквозил хитростью.

— Холостяцкие берлоги не по мне.

— Конечно, вам, девочкам цветочки да оборочки подавай, — рассмеялся Матвей, сворачивая в свой микрорайон.

— А еще кремы, лосьоны, тоники, консилеры, — я загибала пальцы.

— И как я про них забыл!

Я рассмеялась. Несмотря на волнение, что снова окажусь в квартире профессора теперь уже в качестве его партнерши, мне было очень хорошо.

— Прошу! — он впустил меня в прихожую.

С момента последнего визита в квартире ничего не изменилось. Все такой же безупречный порядок и скучный интерьер.

— Воды, вина, — предложил Матвей.

— Тебя! — повернула к нему свой горящий взгляд.

— В таком случае я весь твой, — Григорьев развел руки.

— Тогда я могу начинать? — игриво подошла к нему и потянула за галстук.

— Конечно! — Матвей попытался меня поцеловать, но я ловко увернулась и мягко потянула его в спальню. Он расстегнул пиджак, но дальше я не позволила.

— Хочу сама тебя раздеть, — прошептала я, стараясь придать голосу томность и эротизм.

Блин, с ровесниками все гораздо проще. Не успеешь и глазом моргнуть, а те уже скинули одежду и стоят во всеоружии со стояком наперевес. Матвей взрослый и опытный мужчина, в жизни которого было много женщин. Я должна очень постараться, чтобы оставить о себе сногсшибательное впечатление. Чтобы он захотел еще. И еще.

«Я же смелая и отчаянная. Я все смогу», — повторяла про себя, а сама медленно раздевала Матвея. Пуговица за пуговицей.

Он любит порядок, значит, не будем как попало кидать его вещи. Пиджак на спинку стула, рубашку лучше на напольную вешалку, галстук можно швырнуть куда угодно, все равно не помнется.

Раздевала, а сама следила за реакцией Матвея. Не зря же целый трактат прочитала, как доставить удовольствие мужчине, первым пунктом в котором значилось — смотреть на его реакцию. Если учащается дыхание и темнеют глаза, хороший признак.

Больше всего боялась проколоться с ремнем брюк, но фортуна была на моей стороне. Взглянула на творение своих рук, вернее на Матвея в одних трусах, и вспомнила его сегодняшнюю маленькую шалость. Так, трусы вон!

Потянула их вниз. Меня не останавливали, но и не поощряли. В два счета разделалась с последним элементом одежды и посмотрела на профессора. Все вроде обычно, как у всех мужчин. Никаких изъянов. Но, Заноза была права, красивый, и даже слишком. И искушенный. Что для такого девчонка с плевым опытом. Разотрет и не почувствует.

— Тебе лучше лечь, — направила его к кровати. Матвей усмехнулся, но выполнил все, что я попросила. — Вот так, — вытащила у него из-под головы подушку. — А теперь закрой глаза и сосредоточься на ощущениях.

— Что ты собираешься делать? — голос хриплый, а в глазах плещется сомнение.

— Хочу тебя порадовать минетом. Давно ведь обещала.

— Ясно, — усмехнулся, подлец! Наверное, не верит, что смогу. — Тогда не буду мешать, — едва сдержал смех, но лег и закрыл глаза.

Блиииин!