Притворись её мамой - Зоя Астэр
— Ох…
Врезаюсь в его большое тело, и дыхание моментально перехватывает. Меня обдаёт жаром…
Понимаю вдруг, что мне очень хочется… не сопротивляться… Пусть он снова поцелует! Было так хорошо…
— Стас не…
— Почему? Назови хоть одну причину.
Стас запускает пальцы в мои волосы и тянет их назад, заставляя запрокинуть голову.
— М-м-м…
Ощущения обостряются до предела. Каждая клеточка тела ждёт того, что он сделает дальше. Кожа горит в ожидании…
А Стас наклоняется и проводит губами по моей шее. Целует, проводит там языком.
Мне делается очень хорошо и плохо одновременно.
Перед глазами темнеет от нахлынувших чувств, а низ живота взрывается голодным огнём.
Но так нельзя! Я не могу…
— Я не Л…
Стас резко накрывает мои губы поцелуем. Вторгается в рот языком с диким напором.
Я начинаю задыхаться, но он и не думает останавливаться… Целует до тех пор, пока я не начинаю послушно повторять движения его языка. До тех пор, пока совсем не перестаю сопротивляться…
Потом он легко поднимает меня на руки, делает пару шагов к вишнёвому дивану, и через секунду я уже лежу на спине.
Стас опускается на колени возле меня и уверенным, не предполагающим возражений движением, разводит мои ноги в стороны.
16
16
Пытаюсь свести бёдра, но Стас не даёт мне сделать это. Держивает колени, глядя мне в глаза.
— Расслабься, Лика, это всего лишь секс… — хриплый мужской голос заставляет низ моего живота сжаться.
Всего лишь секс…
— Меня правда очень заводит эта твоя игра в стеснительность… — тягучим бархатным тоном добавляет Стас. — Хочу увидеть, как ты сломаешься, прекратишь строить из себя монашку и превратишься в искушённую сучку, которой и являешься на самом деле…
Он ловит мою лодыжку, одним движением стягивает со ступни обувь и то же самое проделывает с белым носком.
Затем обхватывает губами большой палец ноги и втягивает его в свой рот.
— Ох…
По всему телу проносится сладкая горячая дрожь. Живот сводит до боли, а перед глазами плывёт картинка.
И воздуха становится как-то мало. Я начинаю часто-часто дышать.
А Стас методично облизывает пальчик за пальчиком. Когда его язык проскальзывает в щели между пальцами, моё сознание на секунду отключается в сладком экстазе.
— Ммм… — мычу, задыхаясь.
— Ну вот, уже лучше, — шепчет Стас.
А затем берёт мою босую, только что облизанную им ступню и прижимает к своему паху. Через ткань брюк чувствую стопой огромную, твёрдую как камень палку…
Это же…
Мне кажется, или эта кочерга там длиннее моей стопы? Ведь кажется…
Мне становится очень жарко.
— Видишь, до чего ты меня довела… — хрипло шепчет Стас. — Давно я так никого не хотел…
Удерживая рукой лодыжку, он водит моей ступнеё вверх и вниз по своему члену.
Между бёдер стремительно становится горячо. Я даже ощущаю пульсацию. По телу разливается подчиняющая слабость…
Я очень его хочу! Хочу почувствовать эту штуку в себе…
Боже… Закрываю лицо ладонями, пытаясь хоть как-то унять нарастающее желание.
Слышится звук расстёгиваемой ширинки.
Стас всё ещё держит мою лодыжку. Похоже, он хочет достать своё оружие и приложить его к моей стопе без всяких преград.
Давай, Лика! Беги уже, пока не поздно!
Дёргаю ногой, заставляя Стаса отпустить меня.
Вскакиваю с дивана.
Дышать всё ещё нечем. Телом владеет настоящее безумие. Я мечусь по кабинету Стаса, не в силах понять, куда мне драпать.
Натыкаюсь на шкаф, а затем на спинку кресла.
Стас смотрит на это с поднятой бровью. Иронично прищуривается и хмыкает.
— Это игра в догонялки, да? Хочешь, чтобы я догнал тебя, нагнул над столом и выебал запыхавшейся? — улыбается порочно и соблазнительно.
Испуганно распахиваю глаза и замираю, как олень, пойманный в свет фар.
Может, и хочу, даже очень.
Но… если позволю этому случиться, то Стас поймёт, что я обманщица, и, скорее всего, в ту же секунду выкинет меня на улицу.
Срываюсь с места в отчаянном порыве. Пролетаю мимо Стаса, готовясь обороняться. Но он не кидается мне на перерез.
Стоит со своей дурацкой ироничной ухмылкой на лице и смотрит, как я драпаю из его кабинета…
17
17
Пока бегу из кабинета Стаса, крепко думаю над тем, чтобы исчезнуть из его дома прямо сейчас.
Я не имею права тут находиться. И должна уже наконец признаться, что не являюсь Ликой.
Натыкаюсь в коридоре на Аню.
— Мамочка, я тебя нашла! — девочка обнимает мои ноги доверчиво и крепко — от всей широты своей юной души.
— Солнышко… — поднимаю её на руки и прижимаю к себе.
Ну что же делать? Если я сбегу, то это расстроит Аню. Она может решить, что мама снова её бросила.
Но… я ведь не её мама!
Ну так и Лика какая ей мать, если поступила так жестоко с ребёнком?
Кажется, я совсем запуталась…
С Аней на руках выхожу в сад на прогулку. Она будто чувствует моё настроение и отказывается слезать с рук. Мы долго качаемся на качелях вместе.
Говорим о том, чем бы хотели ещё сегодня заняться, и строим планы на завтра.
У меня сердце болит от этих разговоров. Ну зачем я обещаю ребёнку рисовать вместе папу, если должна признаться Стасу, что я Ника…
Аня не отпускает меня от себя весь день. А я, наверное, прячусь за ней, потому что на самом деле не хочу уезжать. Ни от неё, ни от Стаса…
Те откровенные, пошлые вещи, о которых он мне говорил, засели внутри. Я краснею каждый раз, когда вспоминаю о них. Не понимаю своего этого влечения…
Ведь Стас относится ко мне, то есть к Лике, довольно пренебрежительно. Ни во что не ставит. А меня всё равно к нему тянет…
Перед сном Аня, смущаясь, делится со мной одним своим сокровенным секретом — ей бы очень хотелось пойти в студию танцев и научиться красиво танцевать. Этого ей хочется больше, чем ходить по подиуму, как мама. Но она боится, что отец не одобрит…
Обещание поговорить с её папой срывается с моих губ прежде, чем я успеваю подумать.
Но делать нечего. Это важно для ребёнка, и я могу с этим помочь.
На следующее утро дожидаюсь того момента, когда Стас соберётся выходить из дома, и быстро подхожу к хозяину дома, уже стоящему в дверях с большим портфелем в руках.
Тут безопасно. Это