Стон океана - Эмма Хамм

Было бы так просто содрать с женщины источник воздуха. Уже это бы ее убило. Ну должна же она была это понимать. Ее угрозы Фортиса совершенно не пугали.

Может, она с самого начала хотела снова сразиться с ним в воде. Может, какая-то гордая часть ее верила, что на этот раз сможет победить и вернуть себе свою честь. У ахромо бы ничего не вышло, но он уважал принципы.

Она оказалась в воде, и глубинник втянул жабрами ее запах. Свежий, легкий, но на этот раз с горчинкой.

Все-таки она его боялась. Хорошо. Значит, не дура.

Фортис вдохнул глубже, обильно покрывая жабры изысканным ароматом ее страха, а потом ринулся вперед. Женщина тут же выхватила пистолет, и глубинник даже не удивился удару, когда выстрел пришелся ему в бок. В воде развернулась лента черной крови, но Фортис уже налетел на нее. Ахромо никак не могла его остановить.

Может, она думала, что заберет его с собой. Что если погибнет, то хоть убьет глубинника напоследок.

Вот только он не собирался ее убивать. Океан сам вручил ее Фортису. Он собирался вырвать на поверхность ее воспоминания, использовать их в своих целях. Разобрать ахромо на части, случай за случаем, пока от нее не останется лишь тонущая безвольная масса.

Обхватив ее рукой за талию, Фортис с интересом отметил, как напряжены были ее мускулы. Да, металлический скелет жег его кожу и немного отвлекал, но глубинник чувствовал ее внутри. Сильные, жилистые мышцы, тело, сколоченное из многолетних сражений. Пресс женщины сжался под его ладонью, когда Фортис подтянул ее ближе и прижал к груди.

Наклонившись, он припал губами к ее горлу, просто чтобы почувствовать, как она нервно сглотнет от близости его зубов.

– Если бы я хотел убить тебя, вираго, я бы сделал это еще в прошлую нашу встречу в этих водах.

Корабль ахромо был сразу под ее ногами. Она дернулась, пытаясь найти точку опоры, чтобы оттолкнуть глубинника, но Фортис уже опутал ее своим телом. Она не могла пинаться. Не могла сопротивляться. Могла только с трудом извиваться в его руках, пока хвост сжимал ее все сильнее.

– Зараза, – прошипела ахромо, нажимая на кнопку, которая делала ее костюм еще горяче́е. Чешую жгло, но Фортису и не такую боль доводилось терпеть.

Он развернул женщину, чувствуя, как его обычно черные глаза заволакивает водоворот красок, позволяющий заглянуть за ее броню, в самую душу. Она пыталась сопротивляться, хватаясь сильными руками за хвост и стараясь стащить Фортиса с себя. Она хотела бежать, спасаться, убраться куда подальше от собственного прошлого, по которому глубинник собирался прогуляться без разрешения.

В такие моменты он чувствовал себя немного богом. Фортис был одним из редких глубинников, способных на такое. Большинство из них видели только будущее, но он мог заглядывать в прошлое. Только руку протянуть.

– Что ты делаешь? – спросила ахромо невнятно, словно пьянея.

– Ищу правду.

И Фортис нырнул в ее воспоминания.

Да какого черта он творил? Ему полагалось ее убить. Всего-то и надо было, что сжать хвостом, как тисками, и очень скоро Алексия уже была бы мертва. Сила мышц, обвившихся вокруг нее, была очевидной. Плавники на бедрах ундины не давали опуститься на дно, так что они вдвоем просто парили в одной точке.

И что случилось с его глазами? Алексия в них смотрела уже неоднократно, и они всегда были черными, ни капли белка. Но теперь они превратились в разлитую нефть. Черная вода, покрытая пленкой переливающихся цветов. Чем дольше женщина смотрела, тем больше их становилось.

Внутри все перевернулось, говоря, что не стоит смотреть ундине в глаза. Что-то в голове кричало отвернуться, что это последний шанс разорвать контакт. Но Алексия не могла отвести взгляда. Эти краски поймали ее на крючок.

– Что ты со мной делаешь? – попыталась спросить она, но вышло невнятно, скомканно.

И она ухнула вниз. Непонятно было, возможно, они упали, но ясно одно: Алексия больше не висела посреди открытого океана, завернутая в принадлежащий монстру хвост. Она стояла в комнате Харлоу.

Алексия озадаченно потрясла головой. С ума она, что ли, сходила?

Оглядевшись, она попыталась взять себя в руки. В комнате все было таким, каким Алексия помнила. Богатым, красивым. Может, все же немного другим – занавески не того оттенка розового, кровать смята сильнее обычного. И она не чувствовала пола под ногами. Ничто внутри не отреагировало, когда она задрала голову и посмотрела прямо на лампы. Глаза не начали слезиться, не осталось выжженного отпечатка.

И как это объяснить?

Двери открылись. Внутрь вошли Харлоу и… она сама. Алексия уставилась на свою юную версию – ту, которую только-только вручили Харлоу в подарок. Ни капли тревоги на ее лице. Она помнила то чувство онемения.

Ее только-только выпустили с обучения и сразу же передали ее Оригиналу. Все было таким новым, таким впечатляющим, она впитывала в себя все внимание без грамма стыда. Она была одной из первых в своем классе, у кого теперь был свой Оригинал.

Каким же все тогда казалось волшебным! Как же она гордилась!

– Будешь жить в комнате рядом с моей. Надеюсь, размер тебя устроит. – Харлоу издала небольшой смешок. – Твоя предшественница жаловалась, что ей там тесно. Впрочем, вам, громадинам, везде неудобно.

– Мне хватит, – безэмоционально сказала юная Алексия. – Благодарю за такую честь, Оригинал.

– Прошу, зови меня Харлоу. Не нравится мне вся эта песня с «Оригиналами». Сразу чувствую себя старой.

И тут в ее ухе раздался голос. Глубокий, отдающийся эхом голос, похожий на рокот океана:

– Значит, ты служишь одному из Оригиналов.

Алексия развернулась на голос, но за спиной никого не было. Она была в воспоминании одна, но верилось в это с трудом.

Нахмурившись, она стала искать источник голоса. Пока те двое в комнате разговаривали об ожиданиях и о том, что Алексия, по сути, будет рабыней Оригинала, женщина искала его.

Наконец она остановилась перед зеркалом, в котором не было ее отражения. Вместо него на Алексию взглянули темные глаза с завихрениями красок и широкая пасть, растянувшаяся в улыбке, как только они увидели друг друга.

– Молодец, нашла, – рыкнул ундина. – А теперь покажи мне еще.

Ее выкинуло из воспоминания и уронило куда-то глубже, в пучины ее собственного сознания. Алексия попыталась было направить его к воспоминаниям, которые показывать не страшно. Которые будет просто пережить заново. Тренировочные бои против других генетически усиленных