Двор расколотой гармонии - Сара Джанет Маас

— Для тебя это не кажется слишком большим натяжением, — сказал Юриан с ухмылкой Люсьену.

Люсьен злобно взглянул на него, хотя уголок рта приподнялся.

— Я знаю, что слишком много прошу, — сказал Рис. — Но нам нужна любая крупица доказательств, которую мы сможем найти. Нам нужны союзники — здесь и за пределами Притиана. Объединённый Притиан важен, да, но нам нужны и другие территории, готовые встать с нами на одну сторону. А для этого прежде всего нужны доказательства.

Глаза Люсьена снова упали на карту. Я не упустила, как Юриан и Васса, казалось, придвинулись ближе к нему, словно готовы были выстроить оборонительную стену против нас с Рисом, если понадобится.

— Дай мне подумать, — сказал Люсьен, каждое его слово было тяжёлым, почти измождённым. — Я склонен сказать «да», Матерь меня покарай, но дай подумать.

Васса взглянула на него, но промолчала.

— Конечно, — согласился Рис, — но думай быстро. Территории начинают двигаться и у нас есть время самое позднее до весны.

— Весны? — спросила Васса.

Юриан ответил за моего мэйта.

— Магические армии они, может, и есть, но всё равно в какой-то мере связаны ограничениями природы. Они пройдут так далеко на юг, как смогут, в открытые земли фейри, разобьют лагерь на зиму и двинутся с первой оттепелью весны, когда перевалы откроются. Местность между ними и ближайшей человеческой границей предательская даже в самую мягкую погоду.

Я кивнула и сказала Юриану и Вассе:

— Если вы сможете связаться с людьми на континенте, с любым влиянием, которое у вас есть… предупредите их, как сможете. Посоветуйте не поднимать армию.

— Чтобы их перебили? — парировала Васса.

Я не вздрогнула. И, к чести Юриана, прежде чем я смогла сформулировать собственный ответ, он спокойно объяснил ей:

— Чтобы это не дало фейри никакого оправдания маршировать на них. Территории фейри могут извратить всё в свою пользу — даже то, что люди поднимают оборонительную армию.

Глаза Вассы вспыхнули синим пламенем.

— Так что же нам сказать им делать? Сидеть и ждать, пока их убьют?

— Хотела бы я знать. — Я указала на нижнюю половину карты, где когда-то стояла Стена. — Возможно, они могли бы бежать дальше на юг, но фейри найдут их и там, в конце концов.

Рис добавил Юриану и Вассе:

— Вы двое, возможно, наиболее квалифицированы, чтобы найти путь для людей.

Вы занимаете пространство между мирами фейри и людей. Мы, конечно, предложим любые ресурсы, которые вам понадобятся.

— Люди их не примут, — заявила Васса. — Не от фейри.

Но именно Юриан мрачно возразил:

— Примут, когда их дети будут на грани порабощения или смерти.

Васса скривила губы в отвращении. От ситуации или от того, что ей придётся делать, — я не знала. Она свернула нашу карту без дальнейших слов и сунула её в руки Риса.

После этого мало что оставалось сказать, и Люсьен проводил нас к парадной двери. Он поставил вокруг дома обереги, хотя против нас с Рисом они были бы бесполезны. Мы могли бы переместиться прямо из того кабинета, если бы захотели. Однако казалось вежливым воспользоваться парадной дверью.

На пороге, с надвигающейся впереди холодной ночью, словно волной, я повернулась к Люсьену.

— Ты действительно готов к этому?

Он оставил сферу Веритас на столе — не коснулся её, но и не вернул.

Рыжий глаз Люсьена был усталым. Смирившимся.

— А у меня есть выбор?

— Да, — сказала я. В нескольких шагах от ночи, едва больше чем тень, Рис остановился, чтобы наблюдать за нами. — Ты уже так много нам помог. То, о чём мы просим… сверх опасно.

Неглубокий, неопределённый кивок.

— И всё же, — пробормотал Люсьен, — это ничего по-настоящему не изменит, правда?

Я точно знала, что он имеет в виду. С Элейн.

— Никогда не знаешь, — предположила я.

Он дал маленькую, грустную улыбку моей половинчатой попытке позитива, золотой глаз жужжал. И было так ужасно даже представлять, что он может чувствовать, что я выпалила:

— Приезжай на День Наречения Никса в Осеннее равноденствие. Это не совсем вечеринка, просто церемония, а потом обед с несколькими из нас, и мы даже не особо празднуем Равноденствие, но… тебе стоит приехать.

Удивление Риса вспыхнуло по связи мэйтов, но он промолчал.

Люсьен настороженно оглядел нас обоих.

— Вы позволите мне быть рядом с вашим сыном?

До сих пор мы этого не делали — мы почти никого, особенно мужчин-фейри, не подпускали к Никсу. Разум говорил мне, что я веду себя совершенно иррационально, каждый инстинкт фейри ревел, чтобы держать его спрятанным как можно дольше. Приводить его на мои уроки рисования — это было максимум, на что я была готова. И я уже достаточно узнала о материнстве, чтобы прислушиваться к инстинктам.

— В смысле, я, возможно, не дам тебе подержать Никса, — признала я, — но да. Тебе стоит приехать. Можешь остаться на ночь в нашем доме.

Шок Риса только усилился. Но я не собиралась позволять ему отговорить меня, а чувствовала, как ему этого хочется.

Люсьен рисковал всем ради нас, и просто брать и брать у него, ничего не предлагая взамен, не показывая никакой благодарности или гостеприимства… это было неправильно. И на самом деле было только одно, чего Люсьен желал: шанс увидеть Элейн. Ничего больше.

Это, по крайней мере, я могла ему предложить.

Поэтому я сказала:

— Церемония начинается в десять в городском храме. Но приезжай в речной дом в любое время до этого, чтобы устроиться.

ГЛАВА 10

Неста

— Ты правда думаешь, что Тарквин не станет нашим союзником в этом конфликте? — Стоя в фойе речного дома, Неста нахмурилась, глядя сначала на сестру, потом на Риса. Фейра была одета в зелено-морское прозрачное платье, очень похожее на те, что любила Мор, — скорее всего, в предвкушении жары Летнего Двора. Рис, однако, был в своём обычном чёрном костюме с головы до ног. — Он поддержал нас против Хайберна.

Фейра теребила золотисто-жемчужный ободок на распущенных волосах. В её глазах стояли слезы, когда она спустилась вниз несколько мгновений назад, только что попрощавшись с Никсом в детской перед его утренним сном.

— Стоит подтвердить — и оформить официально, — сказала Фейра, скривив рот. Это было преуменьшение. То, что они втискивали этот визит так близко к празднику, уезжая именно в тот момент, когда уже развешивали все украшения — вазы, переполненные осенними цветами, на каждой поверхности; сверкающие серебряные гирлянды, свисающие со стен и арок, — все это говорило Несте, насколько срочным было обеспечение союза с Тарквином для их усилий.

Неста не могла не заметить, какой молодой была её сестра, несмотря