Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской 3 - Елизавета Владимировна Соболянская

Ходить постоянно беременной в этом мире не новость — достаточно вспомнить Наталью Николаевну Гончарову, супругу А. С. Пушкина — четверо детей и два выкидыша за семь лет! Чудо, что вообще жива осталась!

Притом за минувшие два года Александра невольно углубилась в тонкости российского законодательства, в той его части, которая касалась завещаний.

При отсутствии завещания дочери получали 1/14 часть недвижимости и ⅛ движимого имущества. Потому некоторые сироты в школе были не совсем уж нищими — кое-что из родительского добра им полагалось.

Если семья была знатной или купеческой — между дочерями делилось приданое матери, если, конечно, оно было и его сберегли до совершеннолетия детей.

Вдовы могли рассчитывать на 1/7 недвижимого и ​¼ движимого имущества, даже при живом свекре. Наталья Борисовна, невестка полковника Медведева, могла свою часть истребовать и уехать, но, как успела узнать Александра, эта молодая женщина не стала портить отношения с родителями супруга — попросила выплачивать ей долю из того содержания, которое свекор теперь перечислял на счет ее сына, оставив все предприятия в семье. Генерал Медведев оценил доверие невестки и аккуратно перечислял на ее счет положенные доли от доходов тех земель и предприятий, которые числились за его покойным старшим сыном.

Александра теперь жена полковника Медведева и по закону может претендовать на те же доли… Только вот бездетной вдове могут и того не отмерить — вернут приданое, и все. А приданого у нее нет.

Все эти размышления промелькнули в голове Саши, пока цесаревна, мило улыбаясь, рассказывала, что деньги ордена по традиции направляют на выкуп пленных христиан на мусульманских рынках.

— Правда, чаще приходится выкупать наших солдат, — вздохнула Мария Александровна, — война с Персией, постоянные столкновения на границах… Александр рассказывал мне, что горцы стараются поймать наших солдат, чтобы они работали, а если подбирают раненых, тогда продают за выкуп нашим же гарнизонам…

Сша поежилась:

— На благое дело денег не жалко, ваше высочество, но я пока несколько стеснена в средствах… Мое жалованье позволяет вести лишь самую скромную жизнь, а супруг слишком занят на службе, чтобы заниматься хозяйством. Может быть, я смогу помочь ордену иначе?

Цесаревна улыбнулась так, словно ждала именно этих слов:

— Прекрасное предложение, Александра Николаевна, нашему ордену не хватает свежих глаз в акушерском отделении при императорской военно-хирургической Академии. Это заведение едва успело открыться, но на имя ее величества поступает слишком много жалоб… Вам и мадам Бенкендорф поручается провести инспекцию от имени ее величества. Завтра вам пришлют необходимые бумаги.

Саша поняла, что попала в приготовленную ловушку, и присела в придворном реверансе:

— Благодарю, ваше высочество, исполню все с надлежащим усердием!

Цесаревна отошла, а Елизавета Андреевна радостно улыбнулась:

— Прекрасно, Александра Николаевна! Я прикажу завтра собрать пару корзин с гостинцами, а послезавтра, как получим бумаги, можно будет поехать в Госпитальную слободу. Это на Выборгской стороне, Компанейская улица… От вас далековато…

— Как вам будет угодно, Елизавета Андреевна, — бледно улыбнулась Саша, — не сочтите за труд, пришлите записку, во сколько нужно быть в Академии.

— Какие пустяки, Александра Николаевна, — отмахнулась генеральша, — я заеду за вами. У меня есть специальный экипаж для благотворительных поездок — с большим багажным отсеком и хорошим самоварчиком внутри! А теперь прошу меня простить, кажется, муж меня зовет!

Мадам Бенкендорф ушла, а Саша поискала взглядом пол… уже генерала Медведева и увидела, что он стоит рядом с генералом Орловым. Улыбнулась и двинулась к мужу — раз уж теперь она генеральша, нужно налаживать связи в высших кругах! Школе очень нужна поддержка военных!

Императорский прием закончился поздно.

Супруги Медведевы покинули его несколько раньше остальных. Молодые офицеры отправились отмечать в ресторацию, генералов ждали дела, а молодоженов благожелательно отпустили, напомнив на прощание о том, что уже послезавтра ждут их на службе.

В карете Саша осмелилась спросить:

— Ефим Александрович, вас переводят?

— Нет, я по-прежнему остаюсь в Особом отделе, но теперь волей императора образован новый отдел… Я курирую женское магическое образование.

— О, — только и сказала Александра, потом улыбнулась: — Полагаю, генерал Бенкендорф решил извлечь пользу из нашего брака. А что сказал его величество?

— Генерал Орлов поддержал мое назначение, — развел руками Медведев. — Не знаю, зачем ему это нужно, но, по словам цесаревича, он настаивал на этом. На банкете же очень хвалил офицеров, которые отбывали наказание в школе. Сказал, многие из них одумались, попросились на расширенные офицерские курсы, артиллерийские или магические. Некоторые разорвали помолвки, заключеные родителями, причем очень аргументированно… Александра Николаевна, вы слышали, что выпускницы вашей школы уже котируются в списках невест?

— Ефим Александрович, побойтесь Бога! — возмутилась Саша. — Они совсем дети! Самой старшей нет и пятнадцати! Девочкам еще учиться и учиться!

— Офицеры, следящие за занятиями, внезапно поняли, что жена должна уметь несколько больше примерки шляпок и ссор с прислугой, — серьезно сказал Медведев. — Боюсь, на некоторые вещи вы не сможете повлиять, Александра Николаевна. Опекуны могут просто забрать девочек из школы, чтобы выдать замуж…

— Право слово, вы меня сейчас напугали, Ефим Александрович, — напряглась Александра, — но ведь по закону раньше шестнадцати лет не венчают?

— Зато могут увезти девочку в дом будущей свекрови «на обучение семейной жизни». Поверьте, среди помещиков я видел и не такое…

— Попросить герцогиню внести в устав запрет на замужество до восемнадцати лет? Бессмысленно, опекуны и родители в своем праве, — принялась рассуждать вслух Саша. — Зато… можно пустить слух, что барышня, закончившая в нашей школе полный курс, получит особое приданое! — озарило ее.

— Какое особое приданое? — изумился генерал.

— О, думаю, вы тоже его оцените, — хихикнула Александра, — личный набор оружия, дорожный костюм и книги по магическому воспитанию детей!

Медведев ничего не понял. Пришлось объяснять на пальцах:

— Запрет на браки ничего не даст — наоборот, подтолкнет родителей и опекунов проявить свою власть и ткнуть меня, как директрису, носом в неприятное. А вот если оставить девицу в школе будет выгодно — ее оставят! Главное — пустить слух о приданом и не