Любовь цвета клубники - Лия Джей

Когда машина подъезжает к многоэтажке из желтого кирпича, мне звонит мама. Выясняется, что они с Владом заночуют в доме. И для кого я рыбу готовила? Сбросив звонок, замечаю новое сообщение от Макса:

Рука так и чешется написать: «Как зовут твою проблему?» Но я вовремя себя одергиваю, вспоминая про Луи. Это у меня рыльце в пушку, а Макс… Может, просто задержался в магазине?

Решив его не смущать, пишу, что только выезжаю. Прячусь под козырек соседнего подъезда и открываю комментарии под вчерашним эфиром со свадьбы. Их уже под тысячу, и в каждом втором зрители интересуются, пошла ли я потом с этим итальянцем на свидание.

Да, влог из Турции им однозначно понравится…

Пока я выкладываю короткое видео, в привычном порядке набирая хештеги, краем глаза замечаю, как из подъезда Макса выходит пожилой мужчина с собакой, мамочка с коляской, за ней – симпатичная блондинка на шпильках. Мамочка просит девушку придержать дверь, и та нехотя соглашается. Нервно озирается, будто опаздывает и ищет такси.

– Давайте помогу.

Я перехватываю дверь, отпуская блондинку на свободу. Ловлю ее благодарный кивок и захожу в подъезд. Пятнадцать минут прошло. Во дворе мы с Максом не пересеклись. Может, он не в магазин ходил, а просто доставку ждал?

Звоню в дверь. Макс появляется на пороге не сразу.

– Быстро ты!

Он взъерошивает влажные волосы, и те становятся похожи на ежиные колючки.

– Я тут весь в мыле. Проходи.

Макс закрывает за мной дверь и без объяснений шмыгает в ванную. Шуршит вода. Макс отжимает швабру.

– Все в порядке?

Я снимаю кроссовки и замираю у входа. От кухни до ванной тянется гигантская лужа. В углу коридора стоит ведро. Он что, пытался им черпать воду?

– Машинка потекла. Шланг лопнул.

С недовольной раскрасневшейся миной он выходит из ванной и принимается протирать пол.

– Давай помогу, – предлагаю я. – Где у тебя тряпки?

– Не надо. Посиди в зале, не мешай.

Он машет рукой в сторону комнаты с клетчатым диваном. Тот уже разобран. Перед ним – журнальный столик с двумя бокалами под вино. Они из разных наборов, один чуть больше и пухлее другого.

Макс опирается на швабру, переводит дух и бросает на меня мягкий взгляд.

– Прости, я не хотел грубить. Просто боялся, что ты наступишь на мокрое. Пройди в зал, пожалуйста.

Я киваю. Закидываю сумку вглубь дивана, открываю вино, стоящее на тумбочке, и разливаю по бокалам.

– Можешь пока включить фильм. – Макс кивком указывает на телевизор напротив дивана.

Мне кажется милым, что он всегда оставляет выбор за мной. Нина говорит, ему просто все равно, подо что меня трахать. Звучит ужасно, но в чем-то она права. Что бы мы ни смотрели – триллер, драму, комедию, – все заканчивается одним. Макс целует меня, тянется к груди, затем кладет мою руку себе на пах. Такой вот конформист. По словам Нины, пофигист и эгоцентрик, но мне кажется, тут она уже не права. Будь это правдой, Макс бы не запомнил, что я люблю красное полусладкое.

Отпиваю вино и щелкаю пультом, открывая каталог фильмов.

Встречаться с Максом – как снова и снова покупать любимое клубничное мороженое. Вкус тебя не удивит, но однозначно обрадует.

Думать о Луи – как брать на последние деньги мороженое со вкусом сыра или моря. Звучит интригующе, но нет никаких гарантий, что в стаканчике не окажется полнейшее дерьмо.

– Выбрала?

Макс плюхается рядом, отбирает у меня бокал вместо того, чтобы взять свой, и делает глоток. Я киваю, нажимаю на пульт, и на экране высвечивается надпись: «Место под соснами».

– Дай угадаю, из-за Райана Гослинга?

– Ты же знаешь, голубые глаза – мое все.

Макс игриво дергает бровями и довольно улыбается. У него серо-голубые глаза, чуть бледнее, чем у Гослинга. Из-за них я и согласилась познакомиться с Максом, когда, придя к нам в кофейню за латте, он заодно попросил мой номер. Есть в них что-то притягательное и нежное, сглаживающее угловатость его движений и неловкость от неудачно брошенных шуток.

– Смотришь на меня так, будто хочешь меня изнасиловать, – бросает он.

Смешно слышать это от человека, раза в два шире меня в плечах. Я изумленно приоткрываю рот, не зная, как реагировать. В голове всплывает его рассказ об одной очень настойчивой однокласснице. Макс вскользь поделился им на первом свидании, но тогда мы были не настолько близки, чтобы я могла расспросить его о деталях.

– Слушай, а та девчонка правда зажала тебя в туалете?

– Какая? – Макс напрягается и притягивает к себе бокал с вином. – А, в школе! Да. А потом всем говорила, что я сам попросил мне отсосать.

– Тебе понравилось?

– Нет.

Он оставляет бокал и продвигается вглубь дивана. На экране бегут первые кадры фильма.

– Почему? Ты же любишь оральные ласки.

Я разворачиваюсь спиной к телевизору и смотрю на Макса. Мы оба знаем, что фильм включили для приличия.

– Когда девушка тебе не нравится, это не то. – Он пожимает плечами. – А она мне не нравилась.

– А я тебе нравлюсь?

– Да. Ты красивая.

– И только?

Я подползаю ближе, и Макс заправляет волосы мне за ухо.

– Почему же? Умная, креативная…

Поджимаю губы, не давая с них сорваться вопросу «ты меня любишь?». Я и так вижу: он хорошо ко мне относится. Наверное, для таких значимых слов еще рано. Может, хочет признаться в октябре – в годовщину нашего знакомства, – купив огромный букет клубники в шоколаде? Или на Новый год, позвав меня в круг семьи? Интересно, мама сильно обидится, если я отпраздную не с ней?

Будет только рада, что я оставлю их наедине с Владиком.

– Максим.

Он хмурится. Я редко называю его полным именем и всегда перед важным разговором.

– Ты смотрел мой эфир со свадьбы?

– Нет, – тянет он. – Я же был на работе, ты знаешь…

– А запись?

– Там что-то важное?

Да. Поцелуй, который расковырял мне душу ножом.

– Нет, забей.

Я сажусь рядом, позволяя Максу закинуть руку мне на талию, и перевожу взгляд на экран. Фильм я выбрала наугад. Серо-зеленая картинка выглядит удручающе. Ограбление банка, ссоры, драки… Надеюсь, Макс продержится недолго.

Так и происходит. Через пару минут его рука по отработанной схеме опускается мне между ног. Я зажимаю ладонь бедрами. Макс целует меня, закрывая собой