Тайная страсть. Мое искушение - Ася Мори

Кристина

«Ты уверена, что твой муж сейчас в командировке?»

Экран телефона вспыхивает ядовитыми буквами. Сердце мгновенно леденеет. Внутри что-то

обрывается и падает вниз.

Паника… это мерзкое нестерпимое чувство обреченности…

Не в силах унять дрожь, смахиваю блокировку, все еще цепляясь за хрупкую надежду, что

это какая-то нелепая ошибка. Сообщение пришло с незнакомого иностранного номера.

Надежда, хоть и небольшая, все-таки теплится в душе. Кто-то всего лишь ошибся

номером.

Открываю прикрепленное фото и застываю, цепенея на месте. Сердце словно разлетается

на тысячи осколков, как хрупкая фарфоровая статуэтка. Внутри все леденеет, тело

охватывает дрожь.

На снимке — мой муж. Точнее, его рука…

Это точно он… Узнаю наше обручальное кольцо на безымянном пальце. Выполненное на

заказ из трех видов золота. Я бы не перепутала его ни с каким другим изделием из

драгоценного металла.

В горле пересыхает в один миг. Облизываю губы, тяжело сглатывая. Увиденное повергает

меня в шок. Я отчаянно хватаю ртом воздух, провожу языком по нижней губе,

прикусываю. Но боль не отрезвляет, не успокаивает.

Это не может быть правдой!

Это не может быть Андрей!

Но это он… Мои глаза не врут.

На фото отчетливо видна рука моего супруга, которую трепетно накрывает женская. Их

пальцы переплетены в почти интимном жесте — тут нет места двусмысленности и

сомнениям. На рукаве его рубашки небесного цвета заметно поблескивает запонка из

белого золота с черными ониксовыми вставками. Те самые запонки, которые я подарила

ему на годовщину свадьбы в прошлом году.

Пятнадцать лет прошло с того самого дня, как я сказала да… Хрустальная свадьба,

разбившаяся вдребезги об одно единственное фото.

Вскакиваю с дивана, ноги подкашиваются, и я неуклюже ударяюсь коленкой о стеклянный

столик. Боли нет. Чувства будто притупились под напором шока и страха. Вымученно

опускаюсь на диван. Рука невольно тянется к телефону.

Гудок… второй… третий…

Звонок проходит, но он словно в пустоту.

Вторая попытка… Еще одна… И все мои надежды обрушиваются лавиной страха и

неизвестности… или непроходимой тупости.

Битый час наворачиваю круги по квартире, не в силах даже сделать полноценный вдох.

Я не из тех жен, которые не замечают изменений в поведении своего мужа. Отношение

Андрея ко мне в последнее время не вызывало ни малейших подозрений: такое же

заботливое и внимательное, каким оно всегда и было.

Пару дней назад он снова улетел в Германию оперировать известного бизнесмена,

которому однажды уже делали пересадку сердца. Будучи востребованным кардиохирургом,

мой муж живет на две страны уже много лет. На протяжении длительного времени я

сопровождала его в поездках. Но с того момента, как мы приняли решение попробовать

завести ребенка, я перестала ездить в Мюнхен с прежней частотой. И, судя по

красочному снимку с участием Андрея, он зря времени там не теряет. Да и

оправдываться не спешит.

Выжидаю еще некоторое время, прежде чем снова взять телефон в руки, но в эту самую

секунду приходит новое сообщение. На этот раз в формате аудио. С трудом прослушиваю

его несколько раз, выцарапывая из памяти все знания немецкого языка, которые обрела

в университете.

И тут же хрупкая убежденность в верности Андрея сгорает ярким пламенем в полыхающем

костре боли и предательства.

«Ты собираешься ей рассказать?»

«Не сейчас. Позже».

«А когда? Твоя жена должна знать!»

«Я обязательно ей все расскажу, но пока не время. Не злись, Сабина, все будет

хорошо».

На этом запись обрывается.

Чуть хрипловатый и нежный голос мужа пронзает мое нутро раскаленной иглой. Так

больно… так неожиданно резко… Слезы катятся по щекам, обжигают.

Ее голос… голос Сабины звучит по-женски доверительно, слишком откровенно, чтобы…

чтобы оставить хоть тень сомнений о его непричастности к измене.

Означает ли это, что все те годы, пока он ездил в Германию один, он проводил время с

другой женщиной?

Не могу в это поверить…

Хочется свернуться коконом, ничего не знать и не слышать. Просто раствориться в

забвении и исчезнуть.

Пролежав несколько часов в оглушающей тишине, я решаюсь на поступок, о котором утром

не могла даже и подумать.

— Карина, твое предложение еще в силе? — мой голос неуверенно дрожит на адреналиновой

волне.

В трубке раздается язвительное:

— Неужели передумала?

— Я… — начинаю неловко, но меня перебивают:

— Должно быть, случился конец света, раз ты мне позвонила?!

В динамике гремит ритмичная музыка, но ехидство в тоне моей хорошей знакомой можно

различить даже сквозь громкие биты.

— Нетелефонный разговор. Так я могу приехать?..

— Крис… — Слышится цокот каблуков, и музыка стихает. — Сюда так просто не попасть…

Списки гостей составляются за несколько дней. Все тщательно проверяется…

— Чееерт… — пищу, теряя остатки решительности.

Еще несколько дней назад я заливисто смеялась над предложением моего

фриланс-дизайнера Карины. Закрытый клуб. Неповторимый опыт. Стопроцентная

секретность. Какая чушь!

«Может быть, в другой жизни!» — в тот момент я уверенно отмахнулась от предложения,

которое показалось мне глупым и абсолютно далеким от моей реальности. Где я… и где

закрытый клуб?

Я — замужняя женщина из другого мира, в котором нет места различного рода

экспериментам. Зачем мне посещать закрытый клуб? И вот… другая жизнь, похоже,

настала, без спроса ступив грязным, неотесанным ботинком на мою территорию. Выломала

с ноги входную дверь и мощным цунами ворвалась в мой устоявшийся быт. Щелчок пальцев

— и в самом расцвете ночи я готова сорваться в клуб, от одного названия которого у

меня по спине бегут мурашки.

Об этом месте говорят многие.

В определенных кругах. В кулуарах. Но тихо. Беззвучно. Шепчутся как о запретном

плоде, который так и тянет попробовать. Это место — табу…

Там воплощаются заветные мечты — порочные желания на любой вкус…

— Дай мне минуту. Я перезвоню, — коротко отрезает Карина и скидывает звонок.

Шестьдесят секунд тянутся вечностью, но она перезванивает, не дождавшись их

окончания.

— Подъезжай. «Лед и Лайм». Выйдешь из такси и подойдешь к черному входу. Скинь звонок

после одного гудка, и я встречу тебя.

— Х-х-хорошо… — выдыхаю, но в ответ уже слышу тишину.

«Дресс-код — откровенность и разврат» — падает на телефон.

Судорожно выдыхаю, вчитываясь в эти два чужеродных для меня слова. Сглатываю нервный

ком и направляюсь в гардеробную. Жму на клавишу выключателя, и внушительных размеров

помещение наполняется мягким приглушенным светом. В моей гардеробной можно найти

все, кроме кричащих и вызывающих нарядов. Подхожу к высоким рядам с вешалками