Порочные цели - Мила Кейн

Я перепугался так сильно, что мог обмочиться, если бы не знал, что отец никогда не даст мне этого забыть.

Он пошатнулся, и Коул быстро подошел, схватив дуло его винтовки.

— Хватит, — процедил он сквозь зубы. — Ты слишком пьян, чтобы стрелять. Я не дам тебе.

Фрэнку это не понравилось.

— Не дашь? Возомнил себя крутым только потому что вымахал больше меня? Быть опасным – это не только про рост, парень. — Он ткнул ружьем Коулу в грудь. — Так переживаешь? Тогда стреляй сам.

— Ни за что, — мгновенно ответил брат.

Меня охватило облегчение. Коул не допустит этого.

— Либо ты, либо я. Это игра, Коул, и Маркус хочет поиграть. В кои-то веки он согласен на что-то действительно интересное и веселое. Наконец-то приносит пользу. Не порть ему удовольствие.

— Никто не будет стрелять.

Фрэнк бросил взгляд в мою сторону и дернул подбородком:

— Скажи брату, что хочешь поиграть. Давай, говори.

В животе скрутило от нервов. Я и так уже стоял там, перепуганный до смерти, но теперь во мне поднялась какая-то предательская потребность угодить Фрэнку. Я не мог струсить. Не мог быть занудой, который портит всё веселье. Может, если я справлюсь, отец наконец-то полюбит меня.

Боже, я был таким слабаком, и Фрэнк знал это.

— Всё в порядке, — сказал я Коулу. — Я тебе доверяю.

Коул посмотрел на меня с тенью отвращения в глазах:

— Я не буду этого делать, Маркус.

— Тогда я сделаю, — отозвался Фрэнк и потянулся к ружью.

— Нет! Пусть Коул! — выкрикнул я, в ужасе представив, как отец снова берет оружие.

Я облизал пересохшие губы, посмотрел брату прямо в глаза и пробормотал:

— Я доверяю тебе.

Коул выглядел так, будто его разрывали пополам. Наверное, так и было. Но он поднял винтовку и прицелился. В тот момент на его лицо будто опустилась тяжелая маска – бремя ответственности за мою жизнь, которое он с тех пор так и не сбросил.

Я был в неоплатном долгу перед братом, и не существовало способа его вернуть.

Вместо будильника меня разбудил стук в дверь.

Я в полубреду сползла с кровати и пошла открывать. На пороге стоял Эрл.

— Прости, что разбудил. Я знаю, что сегодня твой первый рабочий день, и, поскольку уже половина девятого, я подумал…

— Половина девятого?! — Меня накрыло волной паники.

— Так точно.

— Будильник не сработал! Я опаздываю! — я уставилась на Эрла, на секунду застыв от ужаса.

— Ну, тогда тебе лучше пошевелиться, — заметил он. — Если поторопишься, еще успеешь.

Его слова выдернули меня из оцепенения, и я сорвалась с места. Приняв самый быстрый душ в истории человечества, я натянула одежду, оставленную на спинке стула с вечера, влезла в туфли, схватила сумку и начала запихивать туда вещи, как одержимая. Четыре минуты спустя я уже сидела в машине и мчалась в кампус по заранее изученному маршруту, превышая все разумные скорости.

Я припарковалась рядом со служебным входом в корпус музыкального факультета. У меня были подготовлены конспекты для лекции, а материал сегодняшнего занятия я знала так же хорошо, как собственное имя. Ну… настоящее, во всяком случае. Музыка всегда была моей страстью, хотя я и не планировала преподавать ее. Когда-то я мечтала играть на сцене перед полными залами.

Я вышла из машины и зашагала по усыпанной гравием стоянке, когда внезапно ощутила прилив воспоминаний. На мгновение я снова почувствовала обжигающе горячие софиты, тяжесть грима на щеках и напряженную тишину сотен зрителей, затаивших дыхание в ожидании.

Войдя в здание музыкального факультета, я с улыбкой обратилась к охраннику:

— У меня пока нет пропуска.

Он щелкнул мышкой на компьютере.

— Имя?

— Анна Мур, — ответила я, чуть запнувшись. У меня были месяцы, чтобы привыкнуть к этому имени, но оно все еще казалось очевидной