Реквием по погибшим - Келли Мединг
— Жаль, что они не оставили записку на двери, — сказала я.
— Может, оставили внутри.
— Что-то мне подсказывает, что управляющий сменил замки.
Вайят улыбнулся, затем протянул руку ладонью вверх, направив пальцы в замок. Воздух загудел от магической энергии, когда Вайят призвал свой дар. Металл заскрежетал. Механизм изнутри замка появился у него на ладони, когда он призвал его прямо к себе. Он может призывать только твёрдые предметы, и после превращения контроль немного подводил его, но он снова начинал осваиваться.
Я повернула ручку, и дверь открылась.
— Ты же понимаешь, что это официально считается взломом и проникновением?
— Не в первый раз.
— Справедливо.
Итак, мы вломились в мою старую квартиру. Оказалось, что все в порядке, потому что там, похоже, никто не жил, кроме бездомных. В комнате не оказалось мебели, в кухонном уголке отсутствовала техника. Бетонный пол был чистым и голым. Единственными признаками бездомных стали стопка одеял в дальнем углу гостиной и чёрный мусорный пакет, переполненный контейнерами из-под еды на вынос. В помещении пахло затхлостью и застоявшимся воздухом, но не чересчур мерзко, даже учитывая старые контейнеры из-под еды.
Я проверила окно, выходящее на ржавую пожарную лестницу. Оно оказалось незапертым и приоткрытым ровно настолько, чтобы просунуть что-то тонкое, например, перочинный нож.
— Видимо, так они проникают внутрь и выходят, — сказала я.
Вайят присел на корточки рядом с одеялами и поднёс одно к носу. Глаза его сделались полностью серебряными.
— Щенки.
— Они здесь живут?
— Да. Или иногда ночуют. Запах старый, значит, их здесь не было как минимум пару дней.
Скорее всего, они пришли сюда из любопытства, чтобы узнать о новом члене стаи. Но зачем жить здесь? Это выглядело так, будто…
— Думаешь, они хотят, чтобы их поймали?
— Возможно. — Он бросил одеяло и встал. — Они потеряли свою семью и не знают, куда идти. Может, они специально оказываются у меня на пути, чтобы мы встретились.
— Или чтобы выполнить приказ Амали и убить тебя.
Он кивнул.
— Это тоже возможно.
— Так что ты хочешь делать? Сидеть здесь и надеяться, что они вернутся?
— Нет, — ответил он без колебаний, потом закрыл глаза и сжал пальцами переносицу. Спустя несколько мгновений снова открыл глаза, и серебро отступило до тонкой линии вокруг радужки. — Нет, они могут не вернуться сегодня или вообще не вернуться.
— Мы всегда можем прийти позже и установить жучки.
— Можем.
В его голосе не было особого воодушевления. Он схватил пакет с мусором и начал в нём копаться, отчего запах протухшей еды и гнили стал еще сильнее. Я отступила на шаг, мне было любопытно, но я ему доверяла. Вайят достал несколько пакетиков с горчицей. Вскрыл один. И целую минуту он старательно выводил горчицей на стене над стопкой одеял номер своего мобильного — очень аккуратно, чтобы не размазать ни одной цифры.
Видимо, когда путешествуешь без ручки и бумаги, записки оставляешь, как можешь.
— Думаешь, они поймут, от кого сообщение? — спросила я, когда он не подписался.
— Они учуют мой запах.
Я жила среди терианцев последние месяцы и научилась не удивляться таким заявлениям.
— Тогда нам пора.
Вайят неохотно последовал за мной. Он хотел найти этих троих парней, прежде чем они кому-нибудь навредят, но хотел найти их и ради себя. Теперь они были его семьей, нравится им это или нет. А Вайят никогда не отворачивался от семьи. Он потерял свою настоящую семью одиннадцать лет назад и теперь цепляется за те немногие личные отношения, которые сумел создать. Он никогда себе не простит, если их убьют наши многочисленные враги.
Или если убьют наши немногочисленные союзники.
* * *
В Сторожевую Башню мы вернулись только около семи вечера, проведя остаток дня в бесцельных блужданиях по городу. Нам даже удалось нормально поужинать в крошечном итальянском бистро с семью столиками, короткой барной стойкой и причудливым запахом то ли старого сыра, то ли грязных носков. Но еда оказалась сносной, никто, кроме официанта, нас не беспокоил, и это почти походило на настоящее свидание.
Почти.
Вайят всю трапезу был рассеянным, и я знала, что он переживал из-за щенков-оборотней. И меня это даже не раздражало, потому что, пока он был в туалете, я написала Джине Кисмет. Она находилась в Башне, готовя первый этап операции «Доверься мне». Второй этап ложился на меня, и я приступила к нему сразу по прибытии, прогнав Вайята под предлогом, что хочу проверить голову Майло. Он купился и направился в Оперативный центр.
Кисмет ждала меня в пустом помещении, которое мы выбрали в начале недели. Оно находилось в коридоре возле спортзала, через дорогу, в углу у недостроенного универмага, который когда-нибудь превратится в тренировочный центр с полосой препятствий, если Башня просуществует достаточно долго, чтобы его закончить. Раньше на этом месте располагался филиал банка, так что в глубине сохранилась отличная маленькая зона с ячейками, полными стальными стенами и дверью из прутьев, для которой мы смастерили внешний замок.
Самих ячеек для банковских ячеек внутри не оказалось, так что получилось пространство около десяти на пятнадцать футов с гладкими стенами и сплошным цементным полом. Кисмет положила внутрь небольшой матрас, а также пару сложенных одеял и опрыскала комнату освежителем воздуха с лавандой. Лаванда, по словам Астрид, для терианцев была что-то вроде афродизиака, так что я подумала: почему бы и нет?
— Как он сегодня? — спросила Кисмет, пока я осматривала плоды её трудов.
— Сосредоточен. Возможно, у нас появится способ заставить щенков связаться с ним, так что он, кажется, настроен оптимистично.
— Это хорошо. Ему будет безумно тяжело, если их убьют или схватят до того, как он их найдет.
— Знаю.
Кисмет дружила с Вайятом девять лет, они знали друг друга вдоль и поперёк. Они также несколько раз предавали друг друга за последние месяцы, чтобы затем помириться и снова стать друзьями. Это были одни из самых странных отношений «люблю-ненавижу-люблю-ещё-больше», которые я когда-либо видела, и мне она нравилась. Кисмет почти стала для меня подругой и единственным человеком в моей жизни, который слушал мои рассказы о наших с Вайятом сексуальных проблемах (Майло и Тибальт при этих разговорах кривятся и затыкают пальцами уши). Операция «Доверься мне» была её идеей.
Всякий раз, когда мы оставались наедине, часть меня хотела расспросить её о подробностях дружбы с Вайятом. Я только знала, что Вайят завербовал Кисмет в