После развода. Курорт для бывшей герцогини - Диана Фурсова

— А парадный вход где?

Верден закрыл глаза.

— Мирена.

— Да что ты сразу! Мне интересно.

Эстелия показала на восточную галерею.

— Мы принимаем здесь, через восточную галерею.

Мирена окинула её взглядом.

— А настоящий?

— Старую лестницу ещё не привели в порядок.

Женщина явно ждала другого ответа.

Эстелия не стала приукрашивать.

— По нему пока небезопасно подниматься, поэтому мы его закрыли.

Мирена снова посмотрела на фасад.

— По крайней мере честно.

— Попробовала бы я убедить вас, что эти доски для красоты. Всё равно бы не поверили.

Верден громко рассмеялся.

Илона улыбнулась.

Даже Мирена перестала хмуриться.

Первое препятствие оказалось меньше, чем ожидала Эстелия.

Через час приехали ещё две семьи.

Потом пожилая супружеская пара из соседнего городка, забронировавшая одну комнату.

Последними появились купец Тарвин с женой. Они приехали почти к двум часам и сразу сообщили, что дорога «отвратительная».

— Согласна, — ответила Эстелия.

Тарвин явно приготовился спорить и растерялся.

— Так вы и сами знаете, в каком она состоянии?

— Конечно. Последние пять миль особенно плохи после дождя.

— И что вы собираетесь делать?

— Если заработаем достаточно, весной отсыплем самый тяжёлый участок.

— Нам-то до весны ещё обратно ехать.

— Знаю, и за день я её не исправлю. Давайте пока хоть накормлю вас с дороги.

Жена Тарвина дёрнула его за рукав.

— Лодер, ты жаловался на дорогу всё утро. Теперь хотя бы поешь.

К трём часам заняты оказались все двенадцать комнат.

Две последние взяли люди, которые вообще не собирались оставаться на ночь.

Семейство сапожника из Равенны приехало «только посмотреть источник», выпило горячий ягодный напиток на террасе и через сорок минут спросило, можно ли остаться до утра.

Эстелия сама вписала их в книгу.

Двенадцать.

Ни одной свободной комнаты.

Она смотрела на заполненные строки, испытывая не торжество, а почти суеверное недоверие.

Тесса появилась у неё за плечом.

— Теперь можно радоваться?

— Дай сначала всех накормить.

— Вы ужасный человек.

— До ужина потерпи. Потом можешь ругать.

— Я уже радуюсь за вас.

— Не так громко. Я ещё боюсь поверить.

Тесса вздохнула.

— Всё равно не спрячу.

Первый провал случился в половине четвёртого.

И довольно красиво.

В малой гостиной стояли два длинных стола. Эстелия рассчитывала, что часть гостей захочет поесть сразу после дороги, а остальные подождут до общего ужина.

Проблема заключалась в том, что после дороги захотели поесть все.

Двадцать один человек.

Одновременно.

Малая гостиная вмещала шестнадцать с некоторым неудобством и двенадцать с достоинством.

Марта выглянула из кухни и прошептала:

— Я же говорила.

— Ты говорила, что у нас не будет гостей.

— И про тесноту говорила. Только вы за первым не расслышали.

— Да, слышать надо было лучше. Сейчас будем устраиваться.

Тесса предложила разделить людей на две группы.

Эстелия почти согласилась.

Потом увидела через окно террасу.

Там стояли шесть старых столов, которые они собирались привести в порядок позже. Один шатался. У второго отсутствовала часть краски. Третий был слишком тяжёлым, чтобы каждый день таскать его туда и обратно.

В столичном доме Марвейров она бы даже не рассмотрела такую мебель для гостей.

Здесь выбора было меньше.

Эстелия вышла на террасу.

Воздух уже прогрелся, дождевые облака ушли за дальний склон, а ниже каменного ограждения лежала целая долина. Туман поднимался из лесов широкими белыми полосами, но сама терраса оставалась над ним.

Отсюда и правда казалось, что дом стоит выше облаков.

— Олдер.

Он оторвался от разговора с кучером.

— Да?

— Этот стол выдержит еду?

— Сколько на него поставить хотите?

— Обед для гостей. Кастрюлями заставлять не будем.

— Если никто не станет на него вставать.

— Значит, про танцы на столах придётся сразу предупредить.

— Вы же не станете им это говорить?

— Если увижу, что собираются, непременно.

Через двадцать минут половина обеда переехала наружу.

Тесса не одобряла.

— Скатерти короткие.

— Длиннее сейчас не найдём. Стели эти.

— Стулья разные.

— Главное, проверь, чтобы не шатались.

— На одном столе царапина.

Эстелия накрыла царапину корзиной с хлебом.

— Вот. Даже место удачное нашлось.

Тесса посмотрела на неё с выражением, которое означало, что прежняя герцогиня Марвейр окончательно потеряна для общества.

Первые гости вышли на террасу.

Эстелия ждала реакции.

Илона Верден остановилась у каменного ограждения.

— Ох.

Только это.

Одно короткое «ох».

Но именно оно заставило остальных повернуть головы.

Даже Мирена, которая с приезда нашла недостаток в двери, лестнице, занавесках и отсутствии ковра в своей комнате, замолчала.

Внизу между горами медленно двигались облака.

Солнечный свет ложился на их верхнюю поверхность, превращая белизну в золотистую равнину. Далёкие вершины поднимались над ней отдельными островами.

Марта вынесла первое блюдо.

Никто не посмотрел.

Эстелия тоже несколько секунд стояла у двери, хотя видела этот пейзаж уже много раз.

Верден обернулся.

— Почему вы не написали про это в объявлении?

— Так это он и есть, наш «лучший вид на горы».

— Это не горы.

Он показал на облака.

— Это же… не знаю, как назвать.

Мирена неожиданно сказала:

— Ужин над облаками.

Все посмотрели на неё.

Женщина смутилась.

— Ну а как ещё? Мы же над ними сидим.

Эстелия запомнила фразу.

Ужин над облаками.

Не золотые подсвечники.

Не огромный бальный зал.

Не лестница, по которой гости поднимались бы между мраморными колоннами.

Стол с короткой скатертью, разные стулья, хлеб, приготовленный Мартой, и облака ниже террасы.

Люди ели медленно.

Никто не жаловался на мебель.

И это стало первым уроком дня.

Второй источник обнаружили через час.

Эстелия надеялась провести гостей сначала к нижнему бассейну, показать безопасную часть террас и только потом объяснить, почему выше стоит ограждение.

Не получилось.

Золотой пар был виден с дорожки.

— А там что? — спросила младшая дочь Верденов.

— Закрытый источник, — ответила Эстелия.

— Он тоже горячий?

— Тёплая, но насколько безопасна для купания, ещё не проверяли.

— Но там вода.

— Она только прошлой ночью пошла.

Разговоры прекратились.

Эстелия сразу поняла, что сказала лишнее.

— Со вчерашней? — переспросил Тарвин.

Бран бросил на неё взгляд, который она предпочла проигнорировать.

— Да. Мы тоже не ожидали.

— То есть до вашего открытия воды там не было?

— Когда я приехала, бассейн был сухой.

— А до этого сколько лет?

— Бран лучше меня знает. Расскажите, пожалуйста.

Смотритель тяжело