Чёрт из Чертаново. Том 5 - Антон Панарин

— Ради такой неземной красоты я готов на всё, — выдохнул Борисыч.

Он послушно опустился на нары и, стянув берцы, принялся вытягивать из них шнурки. Пальцы, которые минуту назад могли свернуть кабану шею, теперь ловко вязали узлы, и вскоре на коленях у старика лежала петля. Суккуба похотливо улыбаясь потёрлась грудью о Борисыча и страстно поцеловала его.

— Это мой подарок на прощание, — промурлыкала она, отстранившись. — Чтобы твоя душа нашла дорогу ко мне, когда сыграешь в ящик.

От поцелуя старик вздрогнул всем телом, зато уже через секунду вскочил на нары и с энтузиазмом стал привязывать петлю к защитному кожуху лампы. Хрякин полюбовался на это и, довольно хрюкнув, постучал в дверь.

Дежурный выпустил их в коридор и повёл к выходу. Суккуба к тому времени снова натянула человеческий облик, но тем не менее осталась столь же привлекательна, из-за чего дежурный едва не свернул себе шею зыркая на грудь красотки. У проходной Хрякин сунул в руку дежурного котлету пятитысячных, трудяга заулыбался и спрятал взятку в карман.

— Если ещё захотите пообщаться с ним, я всегда… — начал было дежурный, но Хрякин поднял руку.

— Мы решили все вопросы, больше с Романовым никаких проблем не будет. Ни у кого. — Ехидно добавил Хрякин и вышел на улицу.

Небо потемнело, трудяги возвращались домой, а те у кого ещё были силы готовились ворваться в ночную жизнь с барами, ресторанами и ночными клубами. Хрякин грузно уселся на заднее сиденье мерседеса, дождался, пока спутница устроится рядом, и щёлкнув пальцами велел водителю трогать с места.

— Он точно не придёт в себя? — Спросил Хрякин смотря в окно.

— Он придёт в себя, когда попадёт в загробный мир, — хихикнула суккуба и ласково погладила кабана по ноге.

Мерседес резко затормозил, из-за чего Хрякина бросило вперёд.

— Какого хрена⁈ — Выругался он.

Машину подрезал чёрный БМВ, а вместо извинений, окно приоткрылось и какая-то старуха показала средний палец водителю Хрякина и шустро свернула в сторону изолятора.

— Сраное быдло. — Рыкнул Хрякин. — Будь моя воля, я бы вернул крепостное право и вешал таких как она.

— История циклична, — промурлыкала суккуба. — Крепостное право обязательно вернётся, даже не сомневайся.

* * *

— Нет ну ты видел? Король жизни мать его. — Фыркнула Полина Сергеевна, объезжая мерседес.

— Вообще то это вы его подрезали.

— Ой, Караваев, не нуди. Подрезала, это не зарезала. Ха-ха. — Рассмеялась она.

— От ваших шуток у меня в глазах потемнело.

— Ну так, а чего ты хотел? Какая работа, такие и шутки. — Пожала плечами она и припарковавшись заглушила мотор.

Всю дорогу от Чертовиц Полина Сергеевна расписывала мне будущую службу. По её словам работы будет вагон и маленькая тележка. Полина Сергеевна только утром вернулась из командировки, где ей едва не отрубило ноги. Рассказывала она об этом между делом, поправляя зеркало заднего вида, и от такого спокойствия мне стало не по себе.

У федерального инспектора, видать, отрубленные ноги проходят по разряду мелких производственных травм. Если верить её рассказу, людей в отделе кот наплакал, зато дел больше, чем у налоговой в апреле. Про выбытие одарённых она тоже упомянула вскользь. Мол после каждого второго дела, приходится кого-то хоронить.

— Знаете, Полина Сергеевна. Своими рассказами, вы совершенно не мотивируете меня вступать к вам в отдел.

— Да ладно тебе, — отмахнулась она. — Я ведь знаю в каких заварушках ты выживал. Поэтому ты то мне и нужен. Не потому что умный или сильный, а потому живучий как таракан.

— Звучит так, будто я тупой и слабый, но зато с усиками и прячусь по углам.

Полина Сергеевна с хохотом выбралась из машины, я вылез следом за ней и направился в сторону СИЗО.

— Дмитрий Александрович, знаешь почему я рассказываю тебе жуть жуткую о нашей работе?

— Удивите меня.

— Всё для того чтобы ты не питал иллюзий и понимал, что это путь в один конец. Устроился к нам? И по гроб жизни будешь внештатным сотрудником, если конечно не захочешь забраться выше по карьерной лестнице. Работа трудная, грязная, местами с сомнительной моралью, но она необходима для выживания. — Задумавшись она добавила, — причём не столько для выживания отдельно взятой страны, сколько для выживания человечества. Вступишь в отдел? И я за тебя любому глотку порву. Попытаешься уволиться? И я опять-таки порву глотку, но уже тебе.

— Понял. Уволиться можно лишь вперёд ногами. — Вздохнул я.

— Типо того, — кивнула Полина Сергеевна. — Свои плюсы в работе имеются, но и минусов хватает. Так что пока Борисыч не согласился, крепко задумайся готов ли ты продать свою жизнь мне, для спасения шкуры старого пердуна?

И я задумался. Борисыч неуравновешенный психопат, но он множество раз спасал мне жизнь. А ещё он множество раз подвергал мою жизнь опасности. Тем не менее я не могу его бросить. Контракт с отделом Полины Сергеевны выглядит как та ещё кабала, но опять-таки, даже демоны находят лазейки как разорвать «нерушимый» контракт на крови, а чем я хуже?

Здание СИЗО выглядело типовым строением девяностых. Серая коробка с решётками на окнах да моргающий на последнем издыхании фонарь над входом. Внутри пахло хлоркой и пылью, а ещё тут были люди с такими тоскливыми физиономиями, будто они не работали в СИЗО, а отбывали наказание.

За мутным стеклом проходной сидел дежурный с кружкой. Подняв голову он посмотрел на нас без всякого интереса. Полина Сергеевна молча приложила к стеклу раскрытую ксиву. Дежурный скользнул по ней скучающим взглядом, а через секунду выпучил глаза и выпалил:

— Ох ё-ё-ё…

Дежурный подскочил с места, нелепо отдал честь зацепив кружку чая которая разлилась по столу залив какой-то журнал. Он быстро промакнул страницы рукавом, и выскочил к нам уже застёгнутый на все пуговицы. Боец вытянулся по струнке перед Полиной Сергеевной, должен признать подобное представление меня впечатлило. Может и правда в этой работе есть плюсы. А ещё мне до жути захотелось заглянуть в ксиву Полины Сергеевны.

— Мне нужен Романов Борис Борисович. — Официальным тоном произнесла Полина Сергеевна.

— Романов в карцере, — зачастил дежурный, гремя связкой ключей. — Мы его в первую же ночь в одиночку перевели, за драку.

Я был не удивлён. Где Борисыч там и проблемы. А набить кому-нибудь морду, это само собой разумеющееся.

— Мне нужно с ним поговорить. Веди. — Бросила Полина Сергеевна.

Дежурный закивал и быстро побежал впереди нас открывая двери. Мы шли по коридору мимо железных дверей с глазками. Под потолком гудели