Полковник. СССР. - Андрей Владимирович Максимушкин

Петрович никогда ничего не записывал. Тренированная память работала как электо-механическая картотека одного управления, о котором даже знать нельзя. Государственная тайна высшей секретности. Но он отметил себе — обязательно зайти в библиотеку. Даже не за книгами, а ради глаз Марины Сергеевны.

— Что со мной происходит? Я мыслю, или мыслят за меня? — четко раздельно проговорил полковник на балконе, извлекая из пачки сигарету.

Глоток никотина с окисью углерода и природными канцерогенами прочистил мозги. Алкоголь ускорял кровоток. Пока сигарета тлела, свежий воздух прочищал голову. Железная логика взяла свое. Петрович аккуратно притушил окурок и вернулся на кухню. На дне стакана оставалось на полпальца жидкости.

Человеческий нос удивительный по чувствительности инструмент. Принюхавшись Петрович уловил в вине дополнительные нотки. Некое вещество, явно непредусмотренное технологами и ГОСТом. Подняв бутылку на свет Петрович внимательно вчитался в этикетку. В текст между адресом завода и цифрами крепости вклинилось примечание: «Партия для Крайнего Севера и приравненных к ним районов».

Занятно. Интересно. Но ведь вокруг явно не севера и не суровый климатический район, с особыми суровыми женщинами. Ошибка снабжения? А может быть все куда хуже?

Туман перед глазами медленно рассеивался. Полковник достал из шкафчика «Рябину на коньяке». Проверенный напиток одним глотком вычистил из мозгов остатки региональных примесей, восстановил спиртовой баланс, смазал синапсы. Вот еще одна загадка.

Жизнь даже в самом лучшем периоде советской эпохи далеко не райское лежание на пляже. Жизнь каждый день подкидывает загадки и испытания. Так даже лучше, без этого скучно жить.

Рабочий план на следующую неделю пополнился еще одним пунктом. Работа, это хорошо. От работы кони дохнут, а люди на ноги встают и хвосты отбрасывают. За примерами далеко ходить не надо.

Прочистка мозга позволила взглянуть на тортик под другим углом. Всего то меньше трети осталось. Если не доесть, он к утру потеряет половину аромата, свежести и пузырящейся нежности на языке. В качестве смочить горло очень хороши оказались крепкий чай и недопитая бутылка «Сливового». Початую бутылку «Золотой осени» особого назначения Петрович закупорил и убрал в шкаф за кульки с крупами.

У умного и рукастого человека все в дело пойдет. Никогда не знаешь, что и где может пригодится. Вот был случай на Кубе.

При штурме американской базы патриотами вдруг очень пригодились одни трофейные таблетки с запрещенной символикой. Барбудосы штурмовали врага ночью, видели в темноте как кошки, бежали и дрались без устали, стреляли как снайперы, да еще у каждого вдруг соображаловка отросла как у хорошего сержанта.

На утро все герои лежали пластом, старая бабка пристрелит. Но зато задачу выполнили, базу взяли. Охранять же барбудосов местных пришлось барбудосам интернационалистам, как Петрович. Он за время этой командировки бороду и волосы отпустил на зависть самым героическим кубинским революционерам. По возвращении домой пришлось сбрить. Чисто в санитарных целях, чтоб разная живность не размножалась.

Вот, еще один день прошел. Завтра снова в бой. Петрович уже спланировал дерзкую операцию, которой сам Николай Кузнецов позавидует, а товарищ Блюмкин от зависти в монархисты подастся. Все в свое время. Всему свой час. Утром надо быть не сильно похмельным, чтоб не терять флер обычного советского командировочного из страшно секретного городка, о котором каждая собака знает, но говорить нельзя.

Или наоборот, лучше разыграть похмелье? Никто не знал какой вариант лучше. Петрович решил оставить решение на утро и положиться на интуицию. Она его вообще никогда не подводила.

Это неправда, что у нашего полковника нет другой одежды кроме формы. Поклеп и слухи, к распространению которых он сам имел прямое отношение. Непредсказуемость — главное оружие разведчика и хороший модус вивенди разумного человека.

Утром после завтрака полковник достал из шифоньера почти новый, со старательно оформленными следами носки цивильный костюм. Стряхнуть пыль дело пяти секунд. Проверить карманы по старой привычке еще четверть минуты. Всю подготовку Петрович проделал буквально за полчаса. Благо, вставать он привык, когда надо, печатная машинка есть, нужные бланки тоже, наборные штампы наличествуют.

Из дома вышел обычный неприметный мужчина старше среднего, в плохо подогнанном костюме фабрики «Большевичка», выдающем обычного инженерно-технического работника, но не талантливого и заслуженного конструктора. Петровича могла выдать только трость, но кто на такие вещи внимание обращает? — Вот именно. Взгляды случайных прохожих цепляются за пиджак, потертую папку из химической кожи и сразу ставят человеку неприглядный штамп.

До завода Петрович доехал на рейсовом автобусе. Намеренно подгадал, чтоб подойти к проходной в четверть после восьми. Поток прошел, Работяги на смену приехали к семи, управленцы к восьми, сейчас последние опоздуны проскакивали с виноватым видом.

Петрович спокойно, уверенно подошел к турникету и ткнул в лицо вахтеру корочку с печатью американского Бюро Расследований. Удостоверение почти подлинное, но это почти выше уровня компетенции вахтера. При виде колосьев с весами и звездами на печати труженик турникета интуитивно вытянулся. Затем Петрович развернул командировочное удостоверение.

— С этим в кадры. Сразу налево, там вторая дверь, — интерес у ветерана охраны режимного объекта даже не проснулся. — Смотри не тяни, а то будешь упрашивать нужной датой отметить. Там такие цацы вредные, понимаешь.

— Спасибо. Служба главного технолога на втором этаже?

— Первый раз? — отеческим покровительственным тоном спросил вахтер. — Как выходишь прямо, иди через цех, там в самом конце по оси «Ж» конторки. Тебе на второй этаж. Там спросишь.

— Спасибо, служивый.

Разумеется, отмечаться в кадрах Петрович не собирался. Навещать технологов тоже не ко времени. Схему завода Петрович представлял себе очень примерно, но на местности ориентировался легко. Он с видом занятого человека ходил по участкам, наблюдал за работой линий, стал свидетелем конфликта на технологическом резерве. Опыт, настойчивость и пытливый ум всегда помогут вникнуть и проникнуть куда требуется.

По проходу неторопливо шествовала группа людей в пиджаках и белых касках. Некоторые щеголяли чистенькими спецовками. Явно обход производства. Петрович с независимым видом прошел мимо, но вдруг заметил Ольгу Николаевну. Дама в спецовке с чертежами под мышкой оживленно разговаривала с полным представительным мужчиной в синем пиджаке.

Участники обхода даже не поняли в какой момент их стало на одного больше. Петрович легко включился в обсуждение. Он непринужденно сыпал фразочками: «технологическая наследственность», «какой квалитет, говорите? А посадка?», «выдержать последовательность и режимы