"Студент: Перевод Стрелок" - LikanTrop

— Какой у меня выбор был? Мне лишний раз перед мусорами палиться тоже был не резон. Мусора в курсе, что у нас с Митяем конфликт был недавно. Вот я и зарядил Жука, корешка митяевского, на него озлобленного, на это дело. Чтобы палева лишнего не было и на меня не подумали. Думал, сделает чин-чинарём.

— Не тот ли это Жук, что у тебя на катране трётся и что про груз мой, который увели, рассказал? — поинтересовался Гия, проявив удивительную для Тяпы осведомлённость.

— Он, — кивнул смотрящий. — Я ж как узнал тогда — сразу поздним вечерочком Журика и курсанул. Не вас же было искать, Георги Александрович? Не по масти так-то.

Гия на это лишь кивнул, невозмутимо поднял рюмку и выпил, размышляя о чём-то своём.

— Так ты от Митяя что ли гасишься теперь? — разулыбался Башка. — Боишься: мстить к тебе завалится? Мне сказали, ты последние дни катран остановил и с хазы своей испарился.

— Совпало, — буркнул Тяпа, но по его внешнему виду Башка и так всё понял.

— Митяй мстить не будет. Не бзди, — наконец заговорил Гия. — Заканчивайте конфликт. Митяй теперь работает на меня. — Гия пристально заглянул в глаза смотрящего, и от этого взгляда нутро мужчины пробрало холодом. — И разговор этот останется между нами. Ты понял меня, Тяпа?

— Век воли не видать, — смотрящий кивнул, нервно сглотнув.

— Тогда хорошего вечера.

— Давай, Тяпа. Иди шары покатай. Мы с Георги Александровичем ещё посидим тут.

Тяпа поднялся и, распрощавшись, вышел. А Башка налил себе и гостю коньяка и с хитринкой во взгляде посмотрел на грузина:

— Ты знаешь, Гия, твои дела — это твои дела. Я тебя уважаю и потому свои мыслишки об услышанном тебе со здорового на больное перекладывать не буду. Ты Вор авторитетный, знаю, что всё сделаешь по красоте.

— Не сомневайся, Сёма, — Гия посмотрел на товарища и улыбнулся. — Скажи лучше, у Анатолия Ивановича как дела? Слышал, лютуют мусора, давят?

— Такого матерого волка, как Четвертак, хер задавишь. Зубы пообтешут, — хмыкнул презрительно Башка.

— Ну, давай тогда. Чтоб в следующий раз мы уже втроём тут коньяк пили, — поднял рюмку Гия.

И на этот раз Воры звонко чокнулись. Тост был достоин того.

(*авторская пометка — я сознательно изобразил разговор Воров не на фене, так как львиная доля ничего бы тогда не поняла.)

7 декабря 1988 года. г. Химки. Святослав Степанович Григорьев

Прежде чем двигать к себе в Долгопу, мы с Соколом условились остановиться на съезде и переговорить. Саня запрыгнул ко мне в тачку, переложив щенка на заднее сиденье, чему тот был совершенно не рад, громко тявкая и ворча что-то под нос с заднего сиденья.

— Ну чё, нормальная тачка, Славян? А я себе когда-нибудь мерина куплю наа! — спросил парень, с любопытством оглядывая салон и хлопнув ладонью по бардачку. — О чем поговорить-то хотел?

— О Шереметьево. Ты, наверное, в курсе, что я в доле в этом деле, а так как Митяй сейчас на невынужденном отдыхе, узнать о состоянии дел там я могу только у тебя, — я посмотрел на Саню в упор, не сводя с него глаз. — Что у вас там с выхлопом?

— Так это… Может, Митяя дождемся? — неуверенно отвел взгляд парень, принявшись теребить край куртки.

— А что, по-твоему, Митяю есть что от меня скрывать? — вопросительно приподнял я бровь, давая ему понять, что вопрос риторический. — К тому же делами сейчас полностью занимаешься ты. И если Митяй и дальше будет влипать в приключения, нам и дальше с тобой двигаться. Или ты что, каждый раз будешь бегать к Олегу разрешения со мной поговорить спрашивать?

— Да не… — Сокол шумно выдохнул и почесал затылок, собираясь с мыслями. — Работаем, нна, так работаем. Базару нет.

От того, что я услышал дальше, честно говоря, я слегка прихирел.

Да, парни закашмарили какого-то директора по чему-то там на аэровокзале и присели на «ворота» грузов. Имели доступ они исключительно к документации. Дань собирали там же на въезде. Что логично — собирали бабки исключительно с частных грузов, не трогая государственные, а таких набиралось в среднем двадцать машин в день. В зависимости от объема тачки установили таксу: полтинник, сотку и пару сотен с больших фур. В случае отказа платить обещали устроить, и устраивали, проблемы — главным образом, нехилую волокиту с выдачей грузов, но могли и водителя побить, и колеса порезать, и соляру нахрен слить. Правда, после истории с фурой Хромого сами машины пока бомбить лобненские не решались, справедливо опасаясь нарваться на кого-то еще, кто окажется им не по зубам.

В общем, две штуки в день и, как итог, шестьдесят в месяц. Вот и весь нехитрый гешефт, который имели ребята с грузов на «Шарике» за прошлый месяц. При этом Митяй был доволен такому улову, как слон, для него это были «деньжищи», а вот я рассчитывал на куда большее.

— Слушай, ты же там трешься постоянно. У вас как с таможенниками и грузчиками? — спросил я Сокола, развернувшись к нему всем корпусом.

— Ну, есть уже кое-как знакомства, нна. Общаемся, — подтвердил мои мысли Сокол, кивнув.

Впрочем, странно было бы, будь иначе — международный аэропорт это огромная экосистема. Лобненские пока тупо присели на «ворота» грузов «Шарика». Но это — ни о чем.

— Ну так это ж золотая жила? — глянул я на Сокола с искренним удивлением и едва удержался, чтобы не покрутить пальцем у виска. — Помощь с растаможкой грузов, вывоз/ввоз нелегального товара, да я готов руку на отсечение дать, что в таможне навалом подмазанных. Потом сами грузчики — ты чё думаешь, они там не воруют? Ну так сделайте так, чтобы сбывали ворованное — они вам за полцены. Те же грузчики и таможенники могут стукануть, если пришел коммерческий дефицит. А с такого товара можно срубить куда больше, а то и вообще его бомбануть.

С гостиницей «Шереметьево-2» молодые ОПГшники работали тоже крайне «весело». Выяснив, что за теневые дела в гостинице отвечает замдиректора, ребята поступили банально — пришли «на разговор». Уж не знаю, как они окучивали мужика, но в итоге тот согласился отстегивать лобненским долю с проституток и игровых в