Реквием по погибшим - Келли Мединг

— Я не знаю, Стоун, правда не знаю. — Она снова набрала номер и прислушалась. — Отэм тоже не отвечает.

— И это тебя, чёрт возьми, удивляет?

— Стоун…

— Прости, но я волнуюсь, ясно? Если ты не заметила, то я слетаю с катушек, когда один из моих друзей в беде.

— Мы не знаем наверняка, что Тибальт в опасности.

— Мы не знаем, что он не в опасности. Боже, Джина сойдёт с ума.

— Пойдём.

— Куда?

— В Оперативный центр. Я хочу запросить дело Отэм. Возможно, там есть подсказка, что она задумала. А пока мы отправим всех наших людей на поиски Тибальта и Отэм.

Я крутилась рядом, пока Астрид занималась командирскими делами. Она связалась с группами в поле, приказав им докладывать, если они увидят Тибальта или Отэм, и ей ни разу не пришлось объяснять причину. Лидеры групп выполнили просьбу без вопросов. Затем она собрала небольшую группу в большом конференц-зале из меня, Эулана, Маркуса, Кисмет, Руфуса и Алехандро.

Затем она объяснила, что происходит.

— Сукин сын, — сказала Кисмет, и в её глазах читались ужас и гнев. — Зачем Отэм сдавать Вейлу информацию? Она даже не из Фелия, она Кицунэ.

— Я не знаю, — ответила Астрид. — Мы всё ещё гадаем, но улики складываются против неё. Пока мы не получим вестей от одного из них, будем исходить из этого.

— Ты думаешь, Вейл использует Тибальта, чтобы провернуть что-то во время поединка?

— Возможно. Вейл — трус. Он доказал это много раз за последние несколько дней. Он не оставит победу на волю случая, и он знает, что Тибальт важен для нас обоих. — Она взглянула на Маркуса, который был в ярости и… ну, да, очень в ярости. Я не знала всех тонкостей отношений между этими тремя и знала только, что они знакомы с детства. Скорее с их детства, чем с детства Тибальта, учитывая особенности терианского старения, но у них была своя история.

Мы все любили Тибальта. Мы будем бороться за него.

Руфус, наш компьютерный гуру, стучал по клавиатуре ноутбука на другом конце стола.

— Кажется, я нашёл недостающее звено, — сообщил он, подключил ноутбук к мониторам на дальней стене, и один из них засветился.

Трое детей, каждый с бледно-зелёными глазами, кривлялись перед объективом. У двух девочек были каштановые волосы, у мальчика — светлые. Они казались одного возраста, но одинаковый цвет глаз наводил на мысли.

— Кицунэ? — спросила я.

— В точку, — сказал Руфус. — Девочка слева — Отэм в детстве.

Это объясняло, почему она выглядела как дошкольница. Сходство было, но я бы не узнала её сразу. Её лицо было более худым, волосы темнее. Другую девочку я не узнала, а вот мальчик… мальчик казался знакомым.

— Если ты заставишь нас угадывать остальных, я тебя ударю, — бросила Кисмет. — В инвалидной коляске ты или нет.

Руфус одарил её насмешливым взглядом.

— Я не буду томить вас неизвестностью, Джина. Двое других детей — Сноу и Рейн.

— Вот чёрт, — воскликнула я. Теперь неудивительно, что мальчик показался знакомым. — Сноу — тот придурок, который пытался меня убить.

— Возможно, тебе придётся уточнить, — сказал Эулан.

Чёрт возьми, вампир пошутил.

— Пять лет назад, по приказу начальства, Вайят убил женщину-Кицунэ по имени Рейн, — сообщила я для тех, кто не был в курсе. — Он должен был убить и её человеческого любовника, охотника из своей команды. Его звали Коул. — Руфус и Кисмет знали эту историю, но по ужасу на лицах Астрид и Маркуса я поняла, что они не слышали её. Возможно, это не мой секрет, но я должна была рассказать. — Вайят инсценировал смерть Коула, попытался стереть ему память о случившемся, но Коул всё вспомнил и вернулся этой весной, решив отомстить. Тогда он называл себя Леонардом Каллом.

В глазах Астрид зажглась искра понимания.

— Человек, ответственный за нападение в Паркер-Пэлас?

— Он самый. Он работал со Сноу, потому что Сноу был братом Рейн. Они оба хотели уничтожить триады и были готовы на многое, чтобы добиться этого. — Я снова взглянула на фото. — У Отэм общее прошлое со Сноу и Рейн. Она их родственница?

— Это невозможно, — сказала Астрид. — Нам хорошо известны преступления Сноу. Мы бы не позволили его родственнику войти в Сторожевую Башню без тщательной проверки.

— Они не родственники, — ответил Руфус. — По крайней мере, насколько могу судить. Но это свидетельствует о некой связи, и это даёт Отэм мотив.

— Наверное, она хочет навредить Вайяту, если злится из-за Сноу и Рейн, — предположила я, — но не Тибальту. И зачем работать с Вейлом?

— Вейл исповедует те же идеалы, что и Сноу с Каллом, Эви. Радикальные перемены. Инициатива Сторожевой Башни, вероятно, стала крупнейшим перераспределением власти в этом городе со времён создания триад. Она более сбалансирована, но это всё равно система управления, и у каждого правительства будут противники.

— Нам не нужно понимать их мотивы, чтобы остановить их, — сказала Астрид.

— Но это даёт нам более чёткое понимание нашего врага, — пояснил Руфус. — Вейл — наша нынешняя цель, но что, если его действия — лишь часть более масштабной организации? Что, если это не просто бенгальцы, работающие с мстительной Кицунэ?

— По-моему, это стоит обдумать, когда у нас будут доказательства того, что эта организация всё же существует.

— Мы видели это по кусочкам, разве нет? Калл и Сноу. Белль и Фосс. Все они — части более масштабной проблемы.

— Какой, Руфус? Что люди и терианцы просто не могут ужиться? Это чушь.

— Нет. — Руфус вцепился в край стола, его лицо окаменело. Затем он сделал кое-что удивительное. Опираясь на сильные предплечья, он приподнялся на ноги, крепко держась за стол для опоры. — Более масштабная проблема была создана фейри, и они продолжают манипулировать ею из своего укрытия. Они хотят, чтобы мы уничтожили друг друга. Я уверен, они предпочли бы быстрый способ — позволить Осквернённым пересечь Разлом и убить всех нас одним махом, но мы вставили им палки в колёса. Фейри живут сотни, если не тысячи лет. Они позволят нам разрушать себя по кусочкам, нашептывая раздор, как они делали на протяжении последнего десятилетия. Мы не можем этого допустить.

Уже очень давно я не видела Руфуса в таком воодушевлении. И это зрелище было обнадёживающим. Я только жалела, что Вайята нет рядом, чтобы увидеть, как старый друг возвращается в строй. Высказав свою точку зрения, Руфус устроился обратно в инвалидную коляску. И он был абсолютно прав. Мы вели почти бесплодную борьбу с врагом, который переживёт всех нас.

— Всё это не поможет нам найти Тибальта, — заявила Кисмет