Магазин волшебных питомцев 5 - Сергей Шиленко

Линда выпрямилась. Сняла очки, протёрла их краем рабочего халата и водрузила обратно. Фонарь на её плече тревожно мигнул.

— Ты собираешься заявиться в Управление по делам магической фауны и с невинным видом зарегистрировать пару Штурмовых доберманов как бродяжек? — уточнила она. — Егерев, у тебя либо стальные нервы, либо полное отсутствие инстинкта самосохранения.

— Просто кручусь, как могу. Мне нужна легальная охрана для магазина. Время сейчас неспокойное.

Линда посмотрела на собак.

— Ладно, — вздохнула она. — Раз уж ты решил поиграть в русскую рулетку с федеральным учреждением, давай хотя бы сделаем это грамотно. Вниз, к столу.

* * *

В подвале было прохладно и тихо. Знакомые белые лампы, знакомый резиновый коврик на смотровом столе, знакомый запах хлоргексидина и стерильной марли. Доберманы спустились по лестнице легко и бесшумно, словно тени. Ника обнюхала угол, Арес занял место у стола.

— Сначала стандартная проверка, — Линда натянула перчатки и достала сканер.

Ника первой запрыгнула на стол — без команды, сама поняла, что от неё требуется. Профессиональная собака, привыкшая к ветеринарным осмотрам. Я на секунду мысленно развернул перед собой их описание.

Ника и Арес. Штурмовые доберманы (Ранг D, Уровень 7)

Навыки: «Повышенная физическая сила», «Подавляющий лай», «Телепатическая сцепка», «Парный резонанс».

Я их ещё не приручал, и на то есть причины, но собаки и так отлично слушаются. Линда провела прибором вдоль хребта Ники, потом по грудной клетке, по лапам. Прибор попискивал, выдавая данные на маленький экран.

Линда долго смотрела в него. Потом прикусила губу.

— Плохие новости? — спросил я.

— Посмотри сам.

Она повернула сканер. На дисплее светилась схема мана-каналов — тонкая светящаяся сеть, расходящаяся от ядра к конечностям. В целом картинка выглядела здоровой. Кроме одного: в районе нижней части грудины, там, где привязка крепится к ядру, виднелись характерные утолщения. Грубые, как старые рубцы на коже после ожога.

— Следы разорванной привязки, — Линда провела пальцем по экрану. — Вот здесь. Каналы зарубцевались, но ткань деформирована. Любой инспектор УДМФ, который проведёт стандартное сканирование, увидит эту картину и сразу поймёт, что собаки были привязаны к другому владельцу. А значит, версия с «найдёнышами» рассыплется на первом же осмотре.

Я глядел на экран, а в голове всплыла знакомая картинка из прошлой жизни. Краденые породистые псы, которым браконьеры вырезали чипы. Раны заживали, но шрамы оставались, и опытный ветеринар всегда мог нащупать характерное уплотнение на холке.

Арес подошёл ко мне, повернул голову и ткнулся влажным носом в запястье. Нужно исцелить повреждённую ткань так, чтобы каналы выглядели чистыми, словно привязки и в помине не было.

Лечение мана-каналов… Маруся умеет исцелять плоть, хоть и слабо. Подействует ли её дар на энергетическую систему? Ладно, попробуем.

Я щёлкнул пальцами. Вспышка озарила подвал белёсым сиянием. На смотровом столе материализовалась Маруся. Лекарская макака сразу же присела на задние лапы. Блестящая латунная шерсть переливалась в свете ламп. Маруся увидела доберманшу, пискнула и тут же повернулась ко мне, ожидая указаний.

При появлении обезьяны Ника лишь скосила глаза и чуть дёрнула ухом. Арес на полу насторожил уши, обнюхал воздух и снова опустил морду на лапы — питомец хозяина, значит, свой.

— Маруся, — я опустил ладонь ей на голову, макака доверчиво прижалась щекой к моим пальцам. — Мне нужна твоя помощь, девочка. Сможешь полечить?

Я послал ей образ: горящая сеть каналов, рубцы — тёмные узлы, которые нужно сгладить, растворить, залить мягким светом. Маруся склонила голову набок, обработала информацию и уверенно перебралась ближе к Нике.

Маленькие лапы вспыхнули мягким янтарным светом. Тёплое медовое свечение растеклось по чёрно-рыжей шерсти, проникая под кожу. Напряжённые мышцы Ники начали расслабляться. Пасть приоткрылась, язык свесился, и собака издала протяжный выдох, похожий на стон облегчения.

Я закрыл глаза и мысленно погрузился. Через связь с Марусей ощутил её исцеляющий поток. Оставалось только направить его. Я «подсветил» рубец, указывая макаке точные координаты повреждения. Вот здесь. Глубже. Чуть левее. Моё собственное ядро болезненно дрогнуло от такого «двойного контроля».

Рубцовая ткань поддавалась неохотно. Загрубевшие стенки мана-каналов размягчались под действием янтарной магии, как лёд под струёй тёплой воды. Я чувствовал, как деформированные участки выравниваются, как грубые узлы рассасываются, уступая место гладкой, эластичной ткани. Маруся терпеливо прогревала ядро, и наконец оно сдалось.

Ника тихо заскулила. Арес поднял голову и тревожно посмотрел на напарницу.

— Тихо, тихо, — прошептал я. — Почти всё.

Янтарное свечение угасло. Маруся убрала лапки и довольно заухала, потирая ладошки друг о друга, словно мастер, закончивший особо тонкую работу.

Ника спрыгнула на пол. Арес по моей команде занял её место на столе. Процедура повторилась. Арес переносил лечение стоически — лишь изредка дёргал ухом и тяжело вздыхал. Я снова направлял поток, подсвечивая повреждения, и они уходили один за другим, растворяясь в тёплой магии, как сахар в горячем чае.

Закончив, Маруся издала победный вопль — «Ук-ук-ук!» — и запрыгнула мне на руки. Я прижал макаку к груди и почесал за ухом. Она зажмурилась от удовольствия.

— Умница, — сказал я. — Молодец, девочка. Заслужила двойную порцию бананов.

— Реанимация! — оценил Архимед. — Доктор Обезьянка! Гиппократ в шерсти! Медаль за отвагу! Птичка горда!

Маруся посмотрела на попугая, пискнула и протянула к нему лапку. Архимед великодушно позволил погладить себя по спинке.

Линда молча взяла сканер. Лицо у неё было каменное, только пальцы чуть подрагивали. Она провела устройством вдоль тела Ники, потом повторила процедуру с Аресом. Уставилась в экран. Смотрела долго, секунд тридцать. Перевернула прибор, стукнула по корпусу, просканировала Ареса повторно.

— Чисто, — сообщила она. — Ни следа. Каналы как у новорождённого щенка. Егерев, ты… как ты это…

Линда посмотрела на доберманов, которые синхронно зевнули и улеглись рядышком на полу.

— Знаешь, Егерев, — начала она, — мне за годы подпольной практики всякого приносили. Я зашивала бойцовских тигров, ставила капельницы грифонам и вправляла кости каменным медведям. Но чтобы вот так, за пару минут, полностью регенерировать рубцовую ткань на ядре живого существа с помощью макаки и силы воли… о таком я читала только в одном учебнике.

— Надеюсь, этот учебник лежал не в разделе «Особо опасные мутации»? — хмыкнул я, продолжая почёсывать разомлевшую макаку. — Я просто подсветил, где именно лечить, а Маруся аккуратно залатала. Грамотное распределение обязанностей в