Просто Игрок II - Павел Шимуро
Ответил куратор не сразу, а когда всё же заговорил, голос у него сел:
— Понял.
Телефон Александр Сергеевич убрал в нагрудный карман как раз тогда, когда тварь вскочила на тушу и встала на дыбы прямо перед ним. Вот теперь он вынул руку из кармана и лениво махнул ею. Воздух перед ним лопнул с сухим треском, после чего тварь сложилась пополам и рухнула с туши мордой в пепел, подняв серое облако.
Пока оно оседало, он докурил и смотрел на неё сверху. Потом бросил окурок на чешую, спрыгнул вниз и неспешно зашагал туда, где у горизонта уже поднималась пыль от следующей стаи.
…
Куратор сидел в своём московском кабинете и всё ещё держал телефон у уха, хотя вызов оборвался с минуту назад. Пальцы у него на корпусе побелели. Под потолком слоями висел табачный дым, пепельница на столе давно переполнилась, только ему сейчас было совсем не до неё.
Наконец, он поднялся из-за стола, развернулся и с размаху швырнул телефон в стену. Тот разлетелся вдребезги, отчего осколки экрана со звоном посыпались на паркет.
На звон в дверь заглянул помощник.
— Всё в порядке? — осторожно спросил он, косясь на осколки.
— Вышел вон! — рявкнул куратор, и дверь тут же захлопнулась.
Чего у него только не было. Двадцать третий уровень, лучшие врачи, свои люди и такие деньги, какие другим даже не снились. Все эти пять лет он рвался к силе и мечтал однажды встать вровень с Первым из Штатов, вот только хватило одного звонка, чтобы его поставили на место. Причём сделал это человек, который ни на кого не работал, а значит, его нельзя было ни купить, ни заставить, ни посадить.
Еще вчера тульский мусорщик сидел здесь напротив него, и куратор грозил ему, что перед ним закроются все двери. Теперь же закрытой оказалась его собственная.
Куратор подошёл к окну и упёрся кулаками в подоконник. Внизу по проспекту ползли машины, люди спешили по своим делам, и никто из них даже не подозревал, что творится у них под самым носом.
— Настало время, когда игроков уже не может остановить государство, — процедил он сквозь зубы и потянулся за новой сигаретой.
Прикурить вышло только со второго раза, потому что зажигалка в руке подрагивала. Куратор глубоко затянулся, долго смотрел на осколки у стены и наконец выпустил дым в потолок.
— Скоро всё изменится.
…
Иномарку рыжая караулила с подоконника почти до обеда, пока ей это не надоело. Потом спрыгнула, обнюхала угол с доспехом и завалилась на новый диван, где проспала до самого вечера.
Сам я тоже без дела не сидел. Открыл шкаф, выгреб с полок старые шмотки, которые после дыр уже ничем не отстирывались, и сложил их в мешок. Вынес его на помойку, вернулся, после чего сварил себе гречки с тушёнкой и поел прямо из кастрюли. Рыжая всё это время даже ухом не повела, сколько бы я ни гремел на кухне посудой.
Проснулась она, когда за окном уже стемнело. Стоило ей потянуться во всю длину и широко зевнуть, как над ней встало окно:
│ Питомец. Уровень 3. Рост: 30,6 % │
— Ничего себе ты придавила! — Я аж присвистнул, ведь в прошлый раз там стояло пятнадцать с копейками. — Ты что, во сне жрёшь?
Рыжая облизнулась, спрыгнула с дивана и потрусила на кухню. Я пошёл за ней следом и застал её уже у пустой миски, где она уселась и выжидающе уставилась на меня.
— Ща сделаем, шеф, не гляди на меня так.
Открыл дверцу шкафа у холодильника, вытащил оттуда мешок с кормом и раздвинул вакуумную защелку Рыжая тут же принялась тереться о мои ноги и нетерпеливо мявкать, пока я сыпал. Насыпал с горкой, хотя по-хорошему стоило бы и поменьше, раз уж она во сне умудряется расти. Потом завязал мешок, сунул его обратно в шкаф и прикрыл дверцу.
Пока она хрустела, сходил в прихожую, достал из кармана охотничьей куртки перчатку и натянул её на правую руку. Вернулся в комнату, сел на пол подальше от дивана и вытянул указательный палец.
С него потянулась тонкая голубая нить, которая тут же налилась светом и стала толще, стоило рыжей зашевелиться на кухне. Я водил её низко над полом, ведь резала струна всё подряд, и только рыжей от неё ничего не делалось.
Хруст у миски тут же стих. Из-за дверного косяка высунулась рыжая морда, и стоило кошке разглядеть свет, как она припала к полу, а кончик хвоста у неё задёргался из стороны в сторону.
— Ну давай, лови, — подманил я и повёл нить по полу.
Прыгнула она прямо с места. Накрыла струну обеими лапами, перекатилась на спину и вцепилась в неё зубами, только голубой свет ей даже шерсти не попортил. Тут же отскочила, после чего бросилась снова, едва я дёрнул нить в сторону.
— Признала наконец, засранка? — рассмеялся я. — А то с утра шарахалась, будто я тебе чужой.
Вместо ответа когти у неё вспыхнули алым. Рыжая сгребла струну лапами и потянула на себя уже всерьёз, так что меня самого поволокло по полу вперёд.
— Эй, полегче! Ты так меня скоро на улицу выволочешь!
Пришлось погасить нить, иначе я бы так и доехал на заднице до самой кухни. Рыжая растерянно обнюхала пол там, где только что была струна, и подняла на меня обиженную морду.
— Ну не дуйся.
Перчатку стянул, бросил её на диван и протянул рыжей голую ладонь. Стоило погнать в неё ману, как на коже собралась голубая лужица. Рыжая обнюхала её, лизнула пару раз и забралась ко мне на колени, пристроив подбородок прямо на пальцы. Урчала она при этом на всю комнату.
│ Питомец. Уровень 3. Рост: 32,8 % │
— Вот обжора. — Почесал её за ухом, и она зажмурилась. — Ещё немного, и тебя на руки уже не поднимешь.
Вставать не хотелось, поэтому я так и остался сидеть на полу, привалившись спиной к дивану. Ни дыр тебе, ни окон с плохими новостями, только тёплая кошка на коленях да тихий двор за окном. Тут-то в голову и полезли мысли о том, что будет дальше.
Ещё месяц назад я жил от смены до смены и считал каждую тысячу, так что никакого «дальше» у меня попросту не было.