Серебряная девочка, золотой мальчик - Кот Звездочет

– Нельзя к чужим. Мне нельзя к чужим.

Побрела дальше. Надеюсь, Раймонд и Брайан у себя, не продолжили гулять за пределами общежития. Пришлось несколько раз заставлять себя поворачивать обратно, ноги сами несли к выходу из гостиной. В комнату друзей я буквально ввалилась. Кто-то из парней спит, вторая постель не разобрана.

– Брайан, – прошептала, когда приблизилась к лежащему.

Больше не смогла вымолвить ни слова. Эйвери спал на животе. С трудом получилось прикоснуться к его плечу. Он вздрогнул, резко вскочил, отпрыгнул к фальшокну.

– Рина?

Сладострастный стон вырвался у меня из горла. Затуманенный зельем и заклинанием взор не давал четко рассмотреть парня. Я не могла попросить о помощи. Шаг за шагом приблизилась к замершему в нерешительности Брайану. Пожалуйста, зажги Люмос, посмотри на меня! Он спросонья не понял, притянул к себе.

– Рина. Девочка моя.

Принялся покрывать поцелуями лицо, добрался до губ. А я не могла отвернуться, не могла оттолкнуть. Застонала ему в жадный рот, провокационно потерлась пахом, тем самым вызвав стон уже у него. Как же противно. Немного помогла боль от прикосновения его ладони к напряженным соскам. Брайан, приди в себя! Ты же знаешь, я обручена. Знаешь, я не стала бы так себя вести ни при каких обстоятельствах. Пожалуйста! Но он не слышал. Продолжил прижимать, оглаживать и целовать.

Сопротивляйся, тряпка! Думай! Губы Эйвери, обжигая кожу, заскользили по шее, он что-то неразборчиво зашептал. Принялся торопливо распутывать узелки завязок на моей сорочке. Еще чуть-чуть, и я лишусь последней защиты. Нарушу данную вчера клятву. Вдруг увидела синие глаза, а потом и лицо Блэка. Сириус, я люблю тебя. Прости. Ну уж нет, не сдамся!

– Тинг! Спаси! Ти-инг! – мысленно закричала я и почувствовала, как из носа тонкой струйкой потекла кровь.

Моя малышка услышала. Пришла на зов. Она, не оборачиваясь в человека, вцепилась когтями и зубами в ногу парня.

– А-а! Мерлин! Это не сон! Рина, детка, что с тобой?

Загорелся яркий свет. Из глаз ручьем хлынули слезы. Говорить я по-прежнему не могла. Стало еще светлее от вызванного Патронуса.

– Блэк, срочно дуй в больничное крыло. С Риной случилась беда.

Эйвери подхватил меня на руки и бросился бежать.

– Потерпи, милая. Не засыпай.

Друг бежал и разговаривал со мной, встряхивал, когда у меня начинали закрываться глаза.

– Мадам Помфри! Мадам Помфри! Помогите!

– Мистер Эйвери? О Боги! Быстрее кладите ее на кушетку. Что случилось? – услышала заспанный голос лекарки.

– Точно не знаю. Мне кажется, ее опоили амортенцией. Но разве от любовного зелья бывают такие осложнения?

– Сейчас посмотрим.

Засверкали лучи диагностических чар.

– Мордред! Да как такое могло произойти в стенах школы?!

Даже сквозь мое притупленное восприятие, услышала топот.

– Рина! Где она?

Почувствовала родную тяжелую ауру. Захотелось кричать, просить о помощи того, кому теперь доверяю, как себе.

– Мистер Блэк, немедленно покиньте палату!

– Нет, я не уйду. Северина моя невеста. Вы не имеете права меня прогонять!

После паузы ведьма сказала:

– Будь по-вашему, мне понадобится помощь.

– Говорите, что нужно делать.

Это последнее, что я услышала перед тем, как провалиться во тьму.

Проснулась от щекочущего лучика солнца. Откуда у нас в подземелье солнце? Рядом слышно размеренное дыхание. Еще страньше. Открыла глаза. Знакомый до оскомины потолок. Я опять угодила в больничное крыло. Хорошо учеба началась.

Повернула голову, рядом спит Сириус. Между бровями залегла хмурая складочка. Бледен до синевы. Под глазами тени, то ли от усталости, то ли от длинных пушистых ресниц. Что случилось? Я себя отлично чувствую. Осторожно убрала с талии его руку, аккуратно, чтобы не разбудить, поднялась. Направилась в санузел.

Умылась ледяной водой, взглянула на себя в зеркало. Воспоминания хлынули лавиной. Что же произошло? Какая ирония, зельевара отравили. Мне кто-то подлил жидкий Империо и усиливающее либидо зелье. И случилось это на торжественном ужине, так как на вечеринке я ничего не ела и не пила. Непростительное заклинание использовать бы не вышло, я ни на минуту не оставалась одна. Но на ужине ведь тоже не было ничего необычного.

Домовики не могли мне подлить гадость, даже если бы приказ шел от директора, крохи клятву давали не вредить. А на вокзале и в поезде? Нет, Сириус постоянно был со мной. Блэк ненадолго отлучался, но оставались друзья. К каретам мы тоже вместе шли, ехали дружной толпой. Значит, зелье попало не через рот. Контактный яд? Вполне возможно, яд еще и многосоставный. Нужно в мельчайших подробностях вспоминать, что я трогала или кто ко мне якобы случайно прикасался.

От меня шел сладковатый аромат с ноткой мускуса. Так пахнет афродизиак. Не только принявший испытывает сильное желание, но и тот, кто находится рядом. По телу прошла дрожь. Злоумышленник приготовил для меня ужасную участь. Кто ждал меня за пределами общежития. И сколько их было. Страшно что со мной могли сотворить возбужденные самцы. По-другому не могу назвать того или тех, кто поджидал опоенную девушку.

Нестерпимо захотелось помыться. Сбросила казенную отвратительную пижаму, забралась в душевую кабинку. Раз пять намыливалась. Но противный запах так и преследовал меня. Наверное, так только кажется. Ядреному больничному мылу мало что в состоянии составить конкуренцию.

Использовала высушивающие чары, а то в замке довольно прохладно. Шустрые домовики притащили мне мою домашнюю одежду. Знают ушастики, как я ненавижу больничные пижамы. Пора возвращаться. И как я смогу смотреть в глаза Сириуса. Ему ведь вчера пришлось лицезреть меня в не лучшем виде. Очистка от яда проходит ужасно. Вряд ли теперь он будет смотреть на меня как на сказочную фею. Возможно, уже сегодня он откажется от помолвки. Что ж, мне будет больно. С другой стороны, пусть уж лучше сейчас оставит меня, дальше будет тяжелее расставаться.

Также осторожно пробралась к постели. Только устроилась, как оказалась сцапана и крепко прижата к горячему телу.

– Рина, как же ты меня напугала. Ты была на волосок от смерти.

Всмотрелась в его лицо. Он это серьезно говорит?

– Зелье вошло в конфликт с твоей магией.

– Понятно.

Такое бывает, когда менталист пытается противостоять помутняющим рассудок зельям. Но лучше сдохнуть, чем безропотно делать то, что тебе внушили.

– Я найду того, кто с тобой это сделал.

– Нет! Прошу побудь со мной. Мне страшно. Пусть парни займутся розыском. А ты мне поможешь вспомнить вчерашний день.

Нельзя его отпускать. Сириус может натворить глупостей, запросто убьет человека и