Серебряная девочка, золотой мальчик - Кот Звездочет

– Пожалуйста, не уходи.

– Не уйду.

Спойлер. Следящая глава будет вестись от лица Сириуса и Астеропы.

Следующая глава выйдет в среду. Сами знаете где главы выходят раньше, ссылка в профиле.

– Сири, ты со мной? Милашки Рози и Мими будут тебе рады, – сверкнул стеклами очков Джей.

– Нет, – через силу улыбнулся приятелю.

Что-то неспокойно на душе.

– Еще один отвалился. Пит, ну ты-то составишь мне компанию?

Что ответил Питер не услышал, завибрировало переговорное зеркало.

– Ну надо же, ты трезв. Хорошо на охламона повлияла мисс Принц.

– И вам здравствуйте, тетушка Астеропа. Сто лет не виделись. Я уж и позабыл насколько вы добры.

– Лицо попроще сделай!

Подал знак, что все чисто, и она может свободно говорить.

– К делу. Мне удалось узнать имя иностранца. Сириус, этот человек должен быть давно мертв. Под его личиной может находиться только один маг. И если это так, то нам всем не поздоровится. Будьте осторожны. Мальчик мой, береги брата и Северину.

– Вы тоже берегите себя. Не стесняйтесь просить помощи у отца и мистера Принца.

Отключил зеркало, снял заглушку. Джеймса и Питера нет, ушли развлекаться с девчонками. Римус улегся на неразобранную постель и задремал с книжкой в руках. Что-то он совсем плохо выглядит. Пошел в умывальню. В общей гостиной все еще полно народу, веселье только началось.

Из душевой кабинки доносятся подозрительные хлюпающие звуки, многоголосые стоны и девчачье попискивание. И там явно уединились не двое, как минимум трое. Кузены Фоули любят так развлекаться, иногда и друга приглашают пошалить. В темпе умылся и ретировался. Мадам Макгонагалл совсем не следит за факультетом. И я не про моральный облик студентов говорю. Ремонт давно не делали, мебель обветшала, ковры и гобелены пришли в негодность. Малышам негде заниматься. Раньше этого не замечал. А сейчас недостатки и недочеты просто бросаются в глаза и жутко раздражают.

Осторожно вытянул из рук Люпина учебник, укрыл друга пледом. Погасил светильники, собрался лечь, но внезапно комнату осветил патронус. Сначала показалось, будто это птица Северины, но ворон заговорил голосом противного Эйвери.

– Блэк, срочно дуй в больничное крыло. С Риной случилась беда.

Как был в пижаме и босой, так и рванул из комнаты. В след неслись крики Римуса, но я ничего не слышал и почти ничего не видел. Никогда так быстро не бегал. Добежал до госпиталя, на нервах пытался не в ту сторону открыть дверь. Хорошо раньше строили, не удалось сорвать полотно с петель. Слова целительницы повергли в шок.

– Мордред! Да как такое могло произойти в стенах школы?! Жидкий Империо! Кто-то дал мисс Принц запрещенное зелье!

Помчался, заглядывая за ширмы.

– Рина! Где она?

Мерлин! Моя девочка лежит на белых простынях такая бледная. Слезы и кровь смешались на ее прекрасном лице. Она узнала меня, потянулась, но ее руки бессильно упали.

– Мистер Блэк, немедленно покиньте палату!

– Нет, я не уйду. Северина – моя невеста. Вы не имеете права меня прогонять!

Целую вечность ведьма буравила меня сердитым взглядом, я не уступил.

– Будь по-вашему, мне понадобится помощь.

– Говорите, что нужно делать.

– Я дам мисс Принц антидот. Это универсальное зелье показано при любом отравлении. Ее магическое ядро нестабильно, лекарство усугубит проблему. Магией пользоваться нельзя. Вы готовы ее мыть вручную? Будет много грязи.

– Готов.

О чем она говорит? Это же моя Рина! Она больна, я должен быть рядом и делать все что нужно для того, чтобы она поправилась.

– Мистер Эйвери, подождите в моем кабинете.

Друг Рины кивнул, поспешно удалился. Хорошо хоть не стал спорить, иначе я бы не сдержался и зарядил в холеную рожу. Конечности дрожат, так страшно. Спрашивать о прогнозе не решился. А потом было не до того. Больше трех часов мы с целительницей, не покладая рук, боролись с гадостью, выходившей из организма моей любимой. Сильнее всего пугала черная жижа, сочившаяся из носа, ушей и глаз. Она будто была живой, имела разум. Так выглядит жидкий Империо. И все это сопровождалось судорогами и душераздирающими стонами. Наконец Рина затихла. Поднял ее обессиленное тело и держал, пока домовик перестилал постель.

– Мистер Блэк, мы справились. Теперь все будет хорошо. Идите к себе, отдохните.

– Можно я останусь здесь?

– Не положено, – ведьма устало махнула рукой: – К дементору правила. Оставайтесь.

Она, шаркая ногами, побрела в свои покои.

– Мадам Помфри, – женщина обернулась: – Спасибо.

– Не стоит. Это мой долг.

В маленьком кабинете целительницы было тесно. Кроме Эйвери обнаружился Люпин, что характерно, тоже босой. Рег и Барти притулились на узкой кушетке. На подоконнике сидят Мальсибер и Поттер.

– Как она? – спросил Эйвери, голос его заметно дрожал.

– Рина – настоящий боец. Она справилась. До утра проспит.

Мы с мадам Помфри старались, но без желания выжить моя девочка могла умереть. Про высокий риск потерять магию из-за нестабильности ядра упоминать не стоит. Я не думал об этом, молил всех известных богов, только бы она жила.

– Сири, я принес тебе сменную одежду, – друг протянул пакет.

Да я с ног до головы мокрый. Пропах насквозь сладким запахом зелья. Помфри пояснила: так пахнет подсунутый Рине афродизиак, нейтрализованный антидотом. Зелье очень дорогое и сложное в изготовлении. Этот состав по действию не уступает очарованию Вейл. Никто не в силах противиться притяжению, даже если по-настоящему любишь другую, захочешь опоенную. Как устоял Эйвери?

Парень почувствовал мое раздражение и поднимающуюся ярость.

– Блэк, на пару слов.

– Эй, надеюсь, вы не собрались драться? – всполошился Джеймс.

– Парни, не время ссориться. Нам нужно поймать уродов, а потом делайте что хотите, – подключился Крауч.

Обычно он молчит, держится в тени Рега.

– Спокойно. Нам нужно поговорить. Наедине.

Вышел за слизеринцем. Поежился от порыва прохладного ветерка, окна в палате открыты. Надо проведать Рину.

– Подожди минутку.

Заглянул за ширму. Отлично, домовик накрыл ее теплым одеялом. Слова Эйвери ударили больнее розг отца.

– Дальше поцелуя не зашло.

Желание вырвать ему сердце помутило разум. Нельзя, он ее друг. Он спас мою малышку.

– Как ты смог остановиться?

– Я бы не смог. Никто бы не