Заточи свой клинок и Вперед! - 8 - Сергей Шиленко

Эту нелепую формулировку он повторил раз пять.

— Освободить коридор! — рявкнул управляющий ареной.

Старик шёл со стороны чемпионского холла. Рядом держался официальный журналист Серебряной башни, а следом двигались две помощницы с записывающими пластинами.

Толпа расступилась на два шага и снова сомкнулась.

— У нас свобода слова! — крикнул репортёр с красным кристаллом.

— А у меня право лишить тебя пропуска, — отрезал старик. — Пользуйся свободой у западного входа.

— Новый чемпион обязан ответить обществу!

— Сначала общество обязано убрать ноги с моего ковра.

У лестницы показалась охрана башни. Репортёр с красным кристаллом благоразумно замолчал, заприметив на поясах стражников дубинки с печатями молчания.

Журналисты нехотя попятились к холлу. Спонсоры потянулись следом, на ходу выкрикивая суммы контрактов, а посланник Калевичей пообещал засудить всех присутствующих.

Дождавшись, пока коридор опустеет, управляющий приложил служебный жетон к двери.

ЩЁЛК!

Замок открылся, и управляющий первым вошёл в комнату № 77.

— У вас пять минут на один разговор, и никаких вопросов о секретах навыков, — предупредил он официального журналиста. — Если полезешь в душу, вылетишь раньше ответа.

В комнате было пусто. На столе стояли нетронутые напитки, лечебная купель даже не наполнялась. Дверь в душевую была открыта, но чемпиона нигде не было.

Помощницы проверили служебный выход и заглянули за ширму. Одна из них даже полезла под стол. Безрезультатно.

— Он покинул башню? — растерянно спросил журналист.

Управляющий посмотрел на контрольную пластину. Комната числилась занятой, дверь наружу никто не открывал, а портальная арка отметила только прибытие с арены.

— Похоже, наш новый чемпион умеет уходить без дверей.

Журналист медленно опустил записывающий кристалл.

— И что мне сообщить зрителям?

Закрыв комнату, старик спрятал жетон.

— Скажи правду. Вы опять опоздали.

Спустя два часа я натянул чистую рубашку и подошёл к железной двери. Сиси проводила меня до выхода, придирчиво осмотрела зажившее плечо и велела забрать её, когда пойду осматривать новое жильё.

— Если там есть кухня, я должна увидеть её первой.

— Боишься, что я снова куплю один стол вместо плиты?

— Ты способен купить точильный станок и назвать его обеденным.

Справедливое замечание. Я открыл дверь и вышел в комнату № 77.

Пока меня не было, персонал башни успел завалить помещение подношениями. Вдоль стен громоздились коробки, бутылки, букеты и свёртки. Письма покрывали стол и даже торчали из пустой купели.

Видимо, в башне считали, что чемпион сам разберётся с этим хламом.

Я вскрыл ближайший конверт. Один из оружейных домов предлагал первоклассный комплект брони — всего-то нужно позволить разместить на груди их герб.

Следом шло предложение породниться с владельцем оружейных мастерских — на выбор предлагались две дочери. Ещё один меценат обещал пожизненный запас лечебных зелий за пару рекламных фраз перед следующим боем.

Последнее послание советовало готовиться к мести от союзников Райнера. Красное пятно на бумаге отчётливо пахло вишней. Жлобы. Даже на крови для угрозы сэкономили.

Я открыл пространственную дверь и просто сгрёб всю макулатуру внутрь. Следом полетели коробки, бутылки и свёртки. Выглянувшая на шум Сиси велела оставить букеты в покое — один из них оказался редким сортом чайной розы.

Разберусь с предложениями позже. Спонсоры никуда не денутся. Авторы угроз тоже, хотя эти придурки могут и сами полезть под руку.

В коридоре уже никого не было. Я направился к выходу и открыл последнее системное сообщение, которое отложил перед водными процедурами.

Расчёт по серии боёв Серебряной башни завершён.

Награды за тринадцать рейтинговых побед перечислены на счёт участника.

Расчёт по Дуэли чести завершён.

Денежная часть ставки перечислена победителю.

Недостающая сумма погашена имущественным активом участника Райнера Калевича.

Ниже высветились адрес и голограмма высотного здания в элитном жилом квартале.

Передано право пользования: пентхаус «Небесный молот».

В право пользования входит обстановка согласно залоговой описи.

Срок аренды: бессрочно.

Условие прекращения: окончательный выход держателя права из зоны этажей с шестого по десятый.

Лицензия резидента в право пользования не входит.

Покойник оказался щедрым. Даже после смерти продолжал решать мои жилищные вопросы.

У западного выхода я поймал экипаж, запряжённый парой клыкастых вепрей. Возница услышал адрес, присвистнул и заломил двойную цену — якобы другой конец зоны.

— За двойную плату вепри понесут меня на руках?

Возница недовольно сбросил половину надбавки. Видимо, носить пассажиров свиньи отказывались.

Экипаж остановился у высотки из тёмного стекла. Пентхаус массивно нависал над основным зданием, на крыше поблёскивала вода открытого бассейна.

В холле дежурил консьерж в бордовом камзоле. Системная панель подтвердила моё право собственности, и он мгновенно передумал делать замечание о моей простой одежде. Для владельцев пентхаусов дресс-код не действовал.

Лифт бесшумно поднял меня на верхний этаж. Едва двери открылись, из гостиной донеслись визг, отборная ругань и звон бьющейся посуды.

Оперативно. Наследство уже пилили, причём с огоньком.

Я прошёл в гостиную.

У распахнутого шкафа самозабвенно дрались две девицы и Веземир Калевич. Одна из дам осталась в одной нижней юбке, вторая судорожно прижимала к груди шёлковую простыню. Между ними стоял сундук с украшениями, а по полу валялись мужские камзолы и обувь.

Веземиру уже расцарапали обе щеки. В правом кулаке он победно сжимал клок светлых волос, а левой тянул на себя увесистую шкатулку.

— Отдай! — визжала блондинка. — Райнер обещал это мне!

— Он и мне обещал! — парировала вторая.

— Райнер мёртв, а вы обе жили за его счёт! — рявкнул Веземир. — Всё принадлежит семье Калевичей!

Я громко постучал костяшками по дверному косяку.

— Не отвлекайтесь. Делайте ставки, кому достанется шкатулка до прихода стражи.

Все трое замерли.

Веземир узнал меня первым. Выпустив волосы, он прижал шкатулку к животу и пошёл красными пятнами.

— Ты убийца и вор! Эта квартира принадлежала моему племяннику!

— Теперь она погашает часть его долга. Удобная семейная традиция.

— Калевичи сотрут тебя в пыль! Мой брат поднимет связи, и ты пожалеешь, что родился!

Я спокойно прошёл мимо него. Шкаф стоял распахнутым, половина полок уже опустела. Ага, всё ценное начали растаскивать сразу после дуэли.

Девицы переглянулись. Блондинка одёрнула юбку, вторая поправила простыню, и обе синхронно изобразили томные улыбки.

— Господин Геральт, это недоразумение, — проворковала блондинка. — Райнер держал нас здесь, но мы ему ничем не обязаны.

— А новому хозяину можем быть полезны, — мурлыкнула вторая. — Очень