Заточи свой клинок и Вперед! - 8 - Сергей Шиленко

Обе мгновенно перестроились и начали торговаться за право остаться, напрочь забыв про шкатулку. Прагматично.

Вызвав железную дверь мастерской прямо у стены, я заглянул внутрь. Сиси стояла возле плиты со сковородой в руке.

— Нашёл кухню, — сообщил я. — И двух прежних жильцов. Они предлагают остаться в комплекте.

Сиси подошла к порогу, но благоразумно осталась на территории мастерской, где и она, и чугунная сковорода сохраняли полную материальность.

Она окинула холодным взглядом гостиную, девиц и вырванный клок волос на полу.

— Комплект бракованный.

Блондинка нахмурилась.

— А ты ещё кто?

Подняв сковороду, Сиси выразительно постучала ею по ладони.

ТУК!

Блондинка попятилась.

— Та, кто готовит Геральту еду. А теперь пошли вон.

— Мы вообще-то жили здесь!

— Теперь вы живёте в коридоре.

Женщины посмотрели на меня. Я молча указал на дверь.

— Советую послушаться. Эта сковорода пережила мою стряпню.

Они бросились к выходу. Простыня зацепилась за кованую ручку сундука, но её хозяйка рванула ткань и припустила к лифту. Сиси положила сковороду на стол внутри мастерской и шагнула в пентхаус. За порогом её тело стало полупрозрачным.

— Они могли хотя бы одеться, — фыркнула она.

— Ты не дала им времени.

— Мне всё равно, что они там будут делать, лишь бы в другом здании.

У входа обнаружилась панель связи. Я спокойно вызвал патруль, пока Веземир перечислял всех могущественных родственников, которые сотрут меня в порошок.

Прибывшим стражникам хватило записей с панели управления домом и системной залоговой описи. Право пользования квартирой вместе с обстановкой перешло ко мне после дуэли, а Веземир успел вскрыть несколько шкафов сразу после смерти Райнера.

Дядюшку увели вместе со шкатулкой в качестве вещественного доказательства. Уже в лифте он пообещал вернуться со всей семьёй и обрушить на меня небесную кару.

— Кару занимайте по талончикам, — крикнул я вслед. — Тут очередь.

Когда двери лифта закрылись, мы с Сиси устроили обход. А квартирка-то оказалась шикарной.

Помимо нескольких спален, нашлись рабочий кабинет и просторная кухня с вместительной кладовой. На крыше обнаружились бассейн и зона с жаровней. Из панорамных окон открывался вид на реку и соседние кварталы, а вдали возвышалась Серебряная башня.

Для базы в этой зоне пентхаус подходил идеально. Отсюда близко до арены, да и деловых партнёров принять не стыдно. Системный таймер пребывания в зоне всё ещё показывал больше двадцати часов.

Сиси остановилась возле бассейна и провела полупрозрачными пальцами над водой.

— Здесь чисто, и солнце настоящее.

— Значит, нужен купальник.

Она повернулась ко мне.

— Тебе?

— Могу и себе купить. Но тогда соседи подадут жалобу.

Сиси смущённо отвернулась.

— Сначала получи лицензию резидента. Потом пугай соседей.

Двадцати с лишним часов мне хватало, но кормить Систему новым свитком каждые сутки я не собирался.

Пора было оформить право жить здесь без таймера.

Вернувшись в гостиную, я отправил Сиси в мастерскую. Перед уходом она заставила меня перепривязать замок пентхауса к новому жильцу.

— В следующий раз приведи нормальных гостей, — бросила она напоследок.

— В одежде?

— Для начала.

Я спустился вниз, вышел из высотки и взял экипаж до делового квартала.

Палата регистрации занимала массивное здание на перекрёстке. Над входом висели четыре каменные таблички: «Мастера», «Гильдии», «Недвижимость» и «Жалобы».

Возле секции жалоб змеилась самая длинная очередь. Жаловаться люди любили сильнее всего.

В главном зале стоял гул: посетители перекрикивали друг друга и размахивали документами. Каждый требовал позвать начальство, а служащие за решётчатыми стойками монотонно отвечали, не повышая голоса.

Основная толпа собралась у секции мастеров. Кузнецы тащили образцы оружия, а артефакторы нервно следили, чтобы соседи не наступили на их изобретения.

Вдруг из ближайшего кабинета пулей вылетел мужик в кожаном фартуке. Его борода дымилась с двух сторон, а в руках он сжимал обугленный пузатый чайник… на механических ножках.

— Я всё исправлю! — крикнул он через плечо. — Там всего одна руна перепутана!

— Отказано! — рявкнули из кабинета. — И больше не являйтесь сюда со своими самогреющимися убийцами!

Чайник дёрнул ножками. Мужчина прижал его к животу и побежал к выходу, оставляя за собой крошки угля.

Неплохая реклама лицензии мастера. Сначала тебя поджигают, потом официально подтверждают, что ты пока недостаточно опасен.

Я подошёл к стойке и обратился к девушке в синей униформе, которая меланхолично сортировала номерные жетоны.

— Где регистрируют гильдии?

Она не глядя указала на правое крыло.

— Там. Но если вам нужна только лицензия резидента, очередь начинается во дворе. Сегодня принимают ещё семь заявок, а желающих около двухсот.

— Мне нужна гильдия.

Жильё у меня уже было, а торчать во дворе с двумя сотнями страждущих я не собирался. Через гильдию лицензию можно было оформить по ускоренной процедуре.

Девушка перестала перебирать жетоны и посмотрела на меня внимательнее.

— Тогда учтите: лицензию резидента основатель сможет оформить только после завершения заявки. Для этого придётся выполнить все условия Системы.

— За этим и пришёл.

Она протянула мне синий талон, хотя никакой очереди в правое крыло не наблюдалось.

За аркой шум оборвался. Коридор тянулся до окна, двери по обе стороны были наглухо закрыты, а на лавках лежал слой пыли. Будущие основатели гильдий забредали сюда так редко, что талон выдавали исключительно для вида.

На нужной двери висела табличка «Регистрация новых объединений». Я постучал.

— Входите! — прогремел мощный бас.

Судя по голосу, я ожидал увидеть здоровенного мужика. Но за столом сидел невысокий щуплый мужчина, которому столешница доходила почти до подбородка.

Он восседал на толстой подушке и хмуро сверлил взглядом пустой бланк. Под глазами залегли глубокие тени, воротник форменного камзола был небрежно расстёгнут.

— По какому вопросу? — гулко спросил он.

Фарфоровая чашка на краю стола мелко завибрировала.

— С таким голосом вам стоит выступать в опере.

Опера? Откуда в моей голове вообще взялось это слово? В памяти остались каменный зал и железные звёзды, а опера вылезла откуда-то ещё.

Мужчина перестал хмуриться.

— Вы разбираетесь в вокале?

— Когда от голоса чашки дрожат, тут и без слуха всё ясно.

Отложив перо, он поправил воротник.

— По вечерам я пою для души в малом концертном зале возле Речного моста.

— Тогда стол вам откровенно мешает.

— Именно! — Он заговорил громче, и чашка снова станцевала на блюдце. — В ближайший выходной у меня выступление. Назовёте на кассе своё имя — Геральт, — и получите два билета со скидкой. Вы первый