Мое влечение - Кирра Вейн

Он растягивал меня достаточно долго, и я чувствовала, как напряжение уходит, как на его место приходит странное, почти интимное доверие.

А затем я услышала, как он выпрямляется, быстро раздеваясь. Его рука скользнула по моему бедру, сжимая его.

— Сразу говорим, помнишь? — его голос прозвучал хрипло, с трудом сдерживая собственное желание.

Я замахала головой, не в силах говорить — дыхание спёрло, слова застряли в горле, превратившись в тихий, сдавленный стон.

Он приставил головку к моему заднему входу. И это прикосновение — твёрдое, горячее, пульсирующее — и внутри всё сжалось от страха. Он начал медленно погружаться. Очень медленно. Миллиметр за миллиметром.

Это было неприятно. Меня буквально распирало, а мышцы сильнее сжимались вокруг него, пытаясь вытолкнуть чужеродное тело. Это было плохо, почти больно — так странно, что я закусила губу, чтобы не вскрикнуть.

— Расслабься, — прошептал он напряжённо, срываясь от усилия сдерживаться. — Ты слишком сжата, принцесса.

— Я не могу... — выдохнула я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

И он остановился. Вышел полностью. Развернул меня к себе лицом, раздвинул мои ноги — широко, открыто.

— Хочу видеть твои глазки, — сказал он.

Он снова смазал смазкой мой задний вход — щедро, обильно, — а его другая рука опустилась на мой клитор, начиная мягкие, бережные круговые движения. Ласковые, нежные — такие контрастные с тем, что он собирался делать.

— Смотри на меня, — приказал он, и я встретилась с ним взглядом.

И снова начал погружаться. Медленно. Глубоко. Я смотрела в его глаза, серые, как осколки льда. Его пальцы продолжали ласкать меня спереди, отвлекая, даря приятные ощущения, которые перекрывали странное, давящее чувство сзади.

Мне казалось, что в меня вгоняют кочергу, что я разрываюсь на части. Но его пальцы на клиторе делали этот процесс не таким ужасным. Я чувствовала, как он двигается во мне, как дыхание становится более хриплым, сбитым.

— Терпимо? — спросил он, и в его глазах была искренняя забота, смешанная с безумным желанием.

— Да, — выдохнула я, сама удивляясь своему ответу.

И он начал двигаться все еще медленно, но ритмично, входя и выходя. Его голова склонилась к моим губам, и он поцеловал меня — глубоко, забирая все остатки моего дыхания.

И совершенно неожиданно для себя, я почувствовала, как внутри что-то меняется. Боль ушла. Осталась только странная, глубокая полнота, смешанная с острым, почти запретным удовольствием. Его пальцы продолжали ласкать мой клитор, а волна нарастала, внутри все пылало и сжималось, пульсируя.

Это было грязно. Дико. Совершенно неправильно. Но так приятно, что я теряла связь с реальностью.

Его тело горело страстью, он двигался всё быстрее, и его дыхание обжигало мою шею, пока его руки сжимали мои бёдра.

— Кайфуешь, принцесса? — выдохнул он, и толкнулся сильнее, глубже.

— Аххх...дааа — простонала я, чувствуя, как мир начинает расплываться.

Он склонился к моему уху, и я услышала его дыхание —почти рычащее.

— Каждый раз башню от тебя рвёт, нахуй — прошептал он, проводя языком по моей шее, не прекращая двигаться, не прекращая ласкать меня пальцами. — Мне такое нельзя, девочка. Ты убьёшь меня.

Он шептал и шептал, слова лились потоком — пошлые, откровенные, как будто он озвучивал свои мысли вслух, сам того не замечая.

— Блядь, какая же ты охуенная...

Его слова, его голос, его руки — всё смешалось в один пьяный, развратный, невероятный танец, который переходил все границы.

Он снова вышел из меня, перевернул на живот, поставил на четвереньки и вошёл уже резче и быстрее.

— Ааар.. — зарычала я, чувствуя, как он заполняет меня до предела. — Руслан... Руслан!

Он взял меня крепко за волосы, притянул спиной к своей груди, не прекращая толчков, и его рука опустилась вновь на мою промежность, начиная массировать набухший, пульсирующий клитор.

— Кончишь от анала, маленькая? — прошептал он. — Давай, девочка. Я хочу это увидеть.

Он стал вколачиваться в меня яростно, и я слышала эти звуки — громкие шлепки, пошлые, влажные, разносившиеся по номеру отеля.

Мир начал распадаться на куски. Я больше ничего не видела, не слышала, не чувствовала — только его внутри себя, только его руки на своём теле, только его дыхание.

И всё взорвалось. Я замерла, и перед глазами полетели тысячи цветных искр. Мой мозг отключился полностью, душа улетела из тела, оставляя его дрожать и содрогаться в долгой, бесконечной судороге. Я закричала, не сдерживаясь, во весь голос, чувствуя, как он тоже начинает сокращаться внутри меня, как его тело напрягается и выплёскивает всё до последней капли.

Он упал на меня сверху, опираясь на свои локти, тяжело дыша. Он был очень очень мокрый от пота и мне нравился этот запах. Его запах. Лицо Руслана уткнулось в мою шею, и я услышала тихое, почти невесомое:

— Как же приятно в тебя кончать, маленькая. Это какая-то животная инстинктивная потребность, которую приходится всегда сдерживать...

Я лежала под ним, пытаясь привести свои пьяные мысли в порядок, чувствуя, как тело дрожит, как сердце колотится.

Это был безумный секс. Грязный и запретный. Но такой настоящий, что у меня кружилась голова от пережитого.

____

Утро ворвалось в моё сознание резко и безжалостно, как удар молотка. Я открыла глаза, и события прошлой ночи обрушились на меня огромной, давящей лавиной — калейдоскопом ощущений, звуков и прикосновений. Стыд накрыл с головой, заставляя кожу гореть, а сердце сжиматься в тугой комок.

Я стонала. Я выгибалась и поддавалась ему навстречу. Я позволяла делать с собой всё, что ему вздумается, и ещё просила добавки. Вчера, в пьяном угаре, это казалось диким и таким возбуждающим. Но сегодня, под холодным светом утра, всё выглядело иначе. Словно я смотрела на себя со стороны — и видела женщину, которая потеряла всякие границы.

«Я вела себя, как последняя блядь», — пронеслось в голове, и зажмурилась, пытаясь прогнать это мерзкое ощущение. Где-то в груди закипала паника: он вчера был пьян, у него алкоголь развязал язык и руки, а сегодня он проснётся, протрезвеет, и увидит меня такой, какой я была. Грязной. Распутной. И наверняка Мерзкой.

— Ой, божечки... — прошептала я, прикрывая лицо ладонями, словно это могло спрятать меня от самой себя.

Рядом тихо и ровно дышал Руслан. Он лежал