Сердце пополам - Агата Лель

– У тебя такое лицо… – Арина с небольшой тревогой поймала взгляд Глеба. – Расслабься. Это не Голгофа – это твой дом.

– А есть ли разница? – хмыкнул он. Но так тихо, что остался неуслышанным. – Пошли уже скорее, покончим с этим всем наконец.

Глеб, держа под одну руку Арину, а другой сжимая ладонь Вари, вошел в дом, в котором когда-то вырос. На самом деле он сильно изменился за последние годы, мать сделала там новый, современный ремонт, полностью лишив жилища индивидуальности. В дорогом белоснежном покрытии на полу не было ни капли тепла и жизни, холодные стены серого оттенка вызывали единственное желание – сбежать.

– Какая идиллия, – хлопнул в ладоши Стас, увидев прибывших. Сам он сидел на белой софе, напротив на столике стоял уже пустой стакан виски. – Просто идеальное семейство с открытки.

– Время идет, а привычки не меняются? – кивнул на стакан Глеб.

– Брось, я в кои-то веки приехал в родную обитель, могу ведь расслабиться?

– Стас… Гости уже пришли, да?

По лестнице спускалась молодая блондинка. Глеб отметил это "гости" и усмехнулся. Гость, который прожил здесь от рождения до совершеннолетия…

– Это моя жена, Адалин, – не вставая, махнул в ее сторону рукой Стас, наполняя стакан снова. – Это мой брат, ну, ты знаешь, это его… дама сердца Арина. И она – Варя.

Адалин рассеянно кивнула, кажется, пропустив все мимо ушей. Она смотрела только на Варю. Пристально, словно на вещь за стеклом дорогой витрины. Спустилась, по-прежнему не отрывая взгляда от девочки.

– Приятно познакомиться, – протянул руку Глеб, Адалин не соизволила в ответ протянуть свою. Глеб бросил быстрый взгляд на Арину, та лишь пожала плечами. Мол, ну да, странная она какая-то.

– Ты же Варя, да? – холодно улыбнулась Адалин ребенку. – Какие у тебя красивые волосы. Никогда не видела такой великолепный блонд, – и беззастенчиво коснулась хвостика девочки. – Только имя у тебя какое-то…

– А что не так с ее именем? – сразу же отреагировал Глеб.

– ВаРваРа… – пренебрежительно выделила согласные. – Грубо. В Европе такое не поймут.

– Мы не в Европе, – отбрил Глеб резковато. – По мне прекрасное имя.

– Так назвала меня мама! – не стушевалась Варя. – И мне оно тоже нравится.

– Твоя мама погибла до твоего рождения и не могла тебя никак назвать, детка.

У Глеба буквально глаза на лоб полезли. Арина, стоя по левую руку, полностью разделяла его эмоции.

– А ты говорил твоя мать тот еще фрукт, – шепнула она. – Уверена, эта Адалин даст ей сто очков вперед.

Стас лишь ухмылялся, кажется, абсолютно не замечая бестактности жены, а возможно даже одобряя его.

– Не слушай ее, Вареник, у тебя крутое имя, – подмигнула Арина Варе. – Твоя мама молодец, что назвала тебя именно так.

– Хорошенькая. Черты лица миловидные, – произнесла вслух Адалин, продолжая оценивать ребенка как брендовую сумку. – Только вот ВаРваРа… впрочем, с этим можно что-то решить. Стас, ты был прав, она совсем на тебя не похожа.

– Может, пойдем уже за стол? – не выдержал Глеб. – Мы же сюда ужинать пришли или как? Где мать? Даже сейчас решает важные вопросы? Пошли сядем, мы же наглые гости.

И чуть подтолкнул своих девочек к накрытому по центру столу.

– О чем она говорила, Глеб? – присаживаясь, тихо спросила Арина. – Почему она сказала, что Варя не похожа на Стаса? С чего вдруг она вообще должна быть на него похожа?

– Она странная, ты разве не видишь? Они со Стасом два сапога пара. Не слушай их обоих.

– Глеб, ты уже приехал? – теперь на лестнице показалась мать. Алое пятно в белоснежном замке снежной королевы. Кроваво-красный брючный костюм даже как-то слишком вульгарно резонировал с окружающей обстановкой. – Рада видеть. А это…

– Это Арина, – представил ее Глеб.

– Твоя подружка?

Глеб лишь сильнее сжал руку Арины под столом, напоминая о своем предупреждении о характере матери.

– Женщина, которую я люблю, – вдруг произнес он, и Арина перевела на него удивленный взгляд. Они ни разу не говорили вот так о чувствах друг к другу. Конечно ей стало приятно, что он ответил именно так, но остался небольшой осадок, а не сделал ли он это слишком нарочито? Как будто напоказ, назло. Вот, мол, выкусите.

– Мама, ты была права, милая девочка, – обернулась Адалин на действующего мэра. – Хорошенькая.

– Обсуждали мою дочь? – спросил Глеб, снова ощутив прилив тревоги. – С чего вдруг?

– Твою? – нагло задрала подбородок Адалин. – Ну-ну.

– Какого черта происходит, Глеб? – занервничала Арина. – Такое чувство, что мы не на семейном ужине, а на поле боя. Почему она себя так ведет?

– Это дочь большой шишки. Она с детства привыкла дерзить.

– На месте твоего брата я бы ее осадила.

– Моему брату плевать на ее бестактность.

– Не хочешь сесть рядом с нами, детка? – постучала ладонью, словно призывая собачку, по соседнему стулу Адалин.

– Нет. Я хочу сидеть рядом с папочкой и Ариной, – ничуть не смутилась девочка, хватаясь за вилку и накалывая на нее оливку.

– Мы еще не начали ужин, Варвара, – строго сказала Лариса Анатольевна. – Где твои манеры?

– Но я хочу есть, бабушка.

Женщина, широко раздувая тонкие ноздри, закатила глаза.

– Не называй меня так, мы же это обсуждали.

– Но ведь ты правда моя бабушка. К тому же ты старая.

Стас громко хрюкнул, что, видимо, означало смешок. Арина тоже едва сдержала улыбку, спрятав ее за насильно сомкнутыми губами.

– Ладно, давайте начинать, – преодолев уязвленное эго, процедила Лариса Анатольевна. Села во главу стола, расправив руками и без того идеально разглаженную скатерть. – Тамара, несите горячее.

Какое-то время все ели в полной тишине, которую нарушало лишь позвякивание столовых приборов. Глеб видел, как пристально Адалин смотрит на его дочь, и это нервировало.

Наверное, это потому что ее материнский инстинкт так и не реализован, ведь своих детей у нее до сих пор нет, как