Том 2. Рассказы - Жан Грива

Городок Козе изредка обстреливала немецкая артиллерия. Улицы его казались вымершими, то здесь, то там виднелись развалины домов.

С вражеской стороны нарастал мощный гул. Шли бомбардировщики, и Марцис стал еще сильней нажимать на педали велосипеда, только бы скорей миновать этот мрачный город Козе.

Едва успел добраться до реки, как позади него одна за другой разорвались смертоносные бомбы. Хорошо, что жители покинули эти места, подумал Марцис, не то здесь было бы немало жертв.

Проскочив мост, он сошел с велосипеда, напился теплой речной воды и ополоснул лицо. Под мостом шныряли стайки окуней и плотвы: взрывы растревожили рыбу. Марцис давно приметил, что под мостами ее водится больше, чем в иных местах. Отчего так, неизвестно. Жаль, война, а то сюда бы с удочкой нагрянуть, вот было бы здорово! Но тут парнишка спохватился: он ведь торопиться должен. Выбравшись на берег, оседлал велосипед и помчал по галечной дороге. До штаба оставалось километров пять...

Вручив донесение, он получил ответный приказ командира полка и тут же повернул обратно на старую мельницу. Что там сейчас происходит у учителя? То есть командира, а не учителя, поправил он себя мысленно. Какое же счастье, что он встретил этого человека. Разве кто другой доверил бы ему такое ответственное поручение? Разумеется, нет...

Хотя под шинами велосипеда хрустела галька и взгляд Марциса был прикован к дороге, все-таки ухо уловило: на передовой произошли какие-то перемены.

По грохоту выстрелов можно было судить, что бой идет уже вблизи Козе. Не окружен ли его батальон? Вдруг они отступили, тогда как он найдет своего командира Андрея Целмса? Может, там, впереди, уже немцы и ему ни за что не пробиться к своим? Как поступить с приказом командира полка в таком случае? Если его схватят и отберут бумагу, что тогда?

Эта мысль заставила Марциса резко затормозить. Достав спрятанный под шапку приказ, мальчик отодрал стельку ботинка и запихнул под нее листок, потом снова обулся и поехал дальше.

Допустим, попадется он в лапы гитлеровцам, они, конечно, не догадаются, что в его ботинке спрятан секретный приказ. К тому же, если надо будет, его просто оттуда выудить, разорвать на мелкие кусочки и зарыть в песок.

Бой шел вблизи Козе, и Марцис решил, что прежним путем не поедет. Он вернулся на ухабистую лесную дорогу, которая была короче и выходила к реке довольно далеко от городка.

Если моста не окажется, я перейду реку вброд или переплыву, думал он, стремительно летя вперед.

Командир ждет его не дождется. Быстрее, быстрее, быстрее... Теперь уже, думая о реке, он не мечтал половить рыбу, а только соображал, как бы одолеть это препятствие.

К реке он не подъехал, остановился поодаль, велосипед спрятал в кусты. Снял с плеча карабин, зарядил его и с большими предосторожностями пополз вдоль опушки леса. Главное сейчас — разведать, есть ли брод. В безопасном месте он встал и пошел, прячась за стволами деревьев.

Вскоре Марцис увидел мост, но на нем стояли два гитлеровца. Ясно, велосипед придется оставить и перебираться на тот берег вплавь.

Подавшись в глубь леса, он осторожно пробрался к реке в таком месте, которое с моста видно не было. Вытащил из ботинка секретный приказ и снова спрятал его под шапку, чтобы не промочить. Держа над головой карабин, он одним махом переплыл реку — и вот уже стоял на берегу. Отыскал среди ржаного поля овраг, прополз по его дну, выбрался на пригорок и затаился под раскидистой, пышной ольхой. Отсюда была видна старая мельница.

Глубоко вдохнул он бодрящий свежий воздух и взглянул в сторону моста. Там продолжали стоять оба немца. Приладив ствол карабина меж ветвей ольхи, Марцис задержал дыхание и прицелился. Раздался выстрел. Один из немцев рухнул на бревенчатый настил моста, второй, спрятавшись за парапет, открыл огонь в сторону леса: откуда же еще могли стрелять, по его мнению, как не из леса?

Марцис снова зарядил карабин, прицелился и выстрелил, но неудачно. Немец спрыгнул с моста на землю, спрятался где-то на берегу и открыл огонь из автомата по пышной зелени ольхи.

Паренек еще раз зарядил карабин, но стрелять не стал. Дольше задерживаться и рисковать нельзя. Его ждет командир. «Быстро доставить донесение и тут же назад!» — зазвучал у Марциса в ушах голос Целмса. А велосипед, жаль, придется бросить. С ним не проскочишь.

Неизвестно, как отнесется к случившемуся командир, скорей всего выбранит. Но иного выхода у него не было, действительно не было, оправдывался Марцис. Только бы понял это учитель...

И старый ветряк, и батальон стояли на своих местах.

Немцы рвались с левой стороны — под прикрытием леса. А мальчишка дул во все лопатки. Добежав до мельницы, с трудом перевел дыхание. Достал приказ из шапки и протянул его командиру.

Ему очень хотелось рассказать об оставленном велосипеде и о немце, которого он убил, но он не мог вымолвить ни слова. Видя это, Андрей Целмс прижал паренька к груди и погладил по взъерошенным льняным волосам.

— Ах ты, мой Гороховый Марцис! Маленький ты мой Горошек! Да ты настоящий мужчина. Настоящий...

Странное это было место, где мы остановились в тот раз. Обычно батальон окапывался на пригорках возле дорог и населенных пунктов или же в лесу, метрах в двухстах от опушки. В таких случаях передовые посты и наблюдатели располагались примерно на таком же удалении от леса, на открытом пространстве. Опыт показал, что немецкая артиллерия и минометы имеют обыкновение обстреливать только лесную опушку. И действительно, часто случалось так, что немцы целый день нещадно крушили окаймлявшие лес деревья, а никого из наших там не было. Ребята сидели в окопах по обе стороны обстреливаемой зоны и спокойно ждали, когда покажутся пехотные цепи противника.

На этот раз враг изменил тактику. Плотный непрерывный огонь накрывал каждую пядь земли. Одна за другой поднимались в атаку пехотные цепи. Оставалось всего два выхода: либо отступить на более удобные позиции и оставить важный дорожный