Отголоски во времени - Джули МакЭлвен

— Потому что он был слабым звеном, — тихо ответила она. — Торнтон мог сказать лорду Уэстфорду, будто жена покончила с собой, но это была не его идея. Кто-то велел ему так поступить.

Её захлестнула вина. — Я знала, что он замешан; почувствовала, когда говорила с ним вчера. Он потел, нервничал. Если бы я сильнее надавила, он назвал бы человека, который велел прекратить расследование смерти леди Уэстфорд. Надо было надавить.

— Прекрати, — твёрдо сказал Алек. — Ты не виновата, Кендра. Ты не могла знать, что так случится.

— Должна была понимать, что это возможно.

— Кендра…

— Ладно. — Она подняла руку. — Дай мне минуту, хорошо?

Она прерывисто вдохнула, досчитала до трёх и медленно выдохнула. Сейчас не время корить себя. Для этого будет время потом. Сейчас нужно сосредоточиться.

— Хорошо, — наконец произнесла она. Убрав пистолет обратно в ридикюль, присела рядом с Торнтоном. Одним пальцем осторожно оттянула его шейный платок. Ткань затвердела от высохшей крови, но ей удалось открыть глубокий порез поперёк горла.

— Голосовые связки перерезаны, — сказала она и встретилась взглядом с Алеком. — Практичность или символ? Кто-то очень постарался, чтобы Торнтон больше никогда не заговорил.

***

— Господи боже, — произнёс Сэм Келли. Его золотистые глаза стали жёсткими, пока он осматривал кровавое побоище в кабинете доктора Торнтона. — Что за безумие?

Кендра покачала головой. — Это не безумие. Убийца прикрывает свою… — Она едва не сказала «задницу», но спохватилась. — Он устраняет угрозы.

— Доктор Торнтон был угрозой?

Ей снова пришлось подавить чувство вины. — Я приходила к нему вчера. Знала, что он что-то скрывает, и думала, будто позволил Уэстфорду заставить его объявить смерть леди Уэстфорд несчастным случаем. Но сегодня мы говорили с графом. Он сказал, что именно Торнтон объявил смерть жены самоубийством и предложил скрыть это.

Сыщик с Боу-стрит тихо присвистнул. — Значит, доктор сознательно покрывал убийцу. А злодей отплатил ему, прикончив его. — Его взгляд переместился к Дженни. — И служанку. Почему сейчас?

К горлу Кендры подступила желчь. — Я слишком сильно на него надавила. Должно быть, он связался с убийцей. Хотел ли поддержки или предупредить об опасности — возможно, и то и другое.

Сэм покачал головой. — Не вини себя, девочка. Он сам сделал выбор. Пусть он не убивал леди Уэстфорд, зато наверняка помог чудовищу всё скрыть. И всё сошло бы ему с рук, если б королева не попросила тебя разобраться.

— Дженни ничего не выбирала, — тихо сказала она.

Сэм промолчал.

Кендра заставила себя сосредоточиться на месте преступления. — Полная картина станет ясна после вскрытия, — сказала она, стараясь говорить сухо. — По внешнему осмотру единственная рана Торнтона — порез на горле. Очень глубокий, от уха до уха. Думаю, когда его перерезали, он стоял лицом к убийце. — Она осмотрела брызги на стене и камине. Рисунок артериальных выбросов свидетельствовал о последних ударах сердца Торнтона.

Она снова посмотрела на покойника. — Защитных ран нет, зато ладони в крови. Он поднял руки к горлу, пытаясь остановить кровотечение.

— Бедняга, должно быть, понимал, что умирает, — сказал Сэм.

— Ещё как. У него была минута, может, две.

— Целая вечность для того, кто чувствует, как жизнь вытекает вместе с кровью, — мрачно заметил Алек.

— Возможно, смерть наступила быстрее, если в яремную вену попал пузырёк воздуха и вызвал эмболию, — продолжила Кендра. — С Дженни то же самое. Ей тоже перерезали горло.

Все посмотрели туда, где лежала служанка.

— Торнтон сам впустил убийцу в свой кабинет, — медленно сказала Кендра. — Попросил Дженни принести чай… Или, скорее, чай попросил убийца.

Алек нахмурился. — Почему ты так думаешь?

— Убийства произошли вчера вечером. Свечи в коридоре догорели, — добавила она, предугадывая вопрос во взгляде Сэма. — Убийца не потрудился погасить их перед уходом. Зачем? Вечером доктор скорее предложил бы гостю что-нибудь покрепче чая. — Она указала на графины у стены. — Дженни была свидетельницей. С той минуты, как открыла входную дверь… Она была обречена.

— А он тем временем перерезал доктору глотку. — Сэм плотно сжал губы. — Хладнокровная сволочь. Простите, девочка.

— Он и естьЖдал, пока кровь Торнтона растекалась по полу и остывала.

— У неё не было шанса, — сказал Алек.

— Не было. — При виде юной женщины сердце Кендры сжалось от печали. Почти девочка. Сколько ей? Семнадцать? Восемнадцать? Убийство отвратительно само по себе, но Торнтон не был совершенно невиновен. Он сам ввязался в опасную историю. Дженни же была

— Судя по ране, убийца напал на неё сзади, — сказала Кендра. — Схватил за волосы, запрокинул голову и перерезал горло.

Наступило тяжёлое молчание: все невольно представляли произошедшее. За окном продолжали шуметь улицы, земля продолжала вращаться.

Кендра откашлялась. — Подозреваемый никак не мог избежать крови на одежде. Вероятно, он снял верхнюю одежду у входа и передал Дженни. Прежде чем уйти, снова надел пальто, скрыв пятна. Возможно, дошёл пешком или нанял экипаж. Собственную карету вряд ли использовал — кучер стал бы ещё одним свидетелем.

— Пошлю ребят расспросить соседей, — сказал Сэм. — Может, кто-то глазел в окно и видел, как тот