Отголоски во времени - Джули МакЭлвен
Ничего.
— Я ищу Эдвину! — крикнула Кендра в чёрную бездну. — Мне нужна её помощь! Я заплачу награду!
Напрягая слух, ей почудилось, будто где-то в бесконечной темноте всё же зашевелились. — Я её защищу! — снова выкрикнула она. — Я обещала старой Беатрис, что защищу её!
Она сделала ещё шаг.
— Меня зовут Кендра, леди Сатклифф. Бедфорд-сквер, двадцать пять. Передайте Эдвине! Передайте, что я её защищу!
Кендра затаила дыхание. Тишина.
Чёрт
Она развернулась и пошла обратно к выходу. Стало ещё темнее; почти ничего не было видно. Под ногами вдруг хлюпнула вода. Она замерла. Когда заходила, пол был сухим — никакого плеска
Кендра ускорила шаг. Впереди прорезался дневной свет, и она увидела ручейки, бегущие между мусором и ракушками, устилавшими пол. Вода поднималась к голенищам ботинок.
С бешено колотящимся сердцем она побрела к выходу, расплёскивая воду.
Вот дерьмо!
Начался прилив.
Глава 38
Ледяная вода Темзы перехватила у Кендры дыхание. Она бурлила, закручивалась и опутывала ноги мокрыми юбками. Дождь хлестал по лицу, пока Кендра осматривала ближайший склон насыпи и каменный выступ, отрезавший её от остальных. Казалось, она осталась совершенно одна в опустевшем мире.
Слишком круто
Дневной свет стремительно угасал. Нужно двигаться.
Она подтянула насквозь промокшие юбки и двинулась к наиболее доступному участку камней, задыхаясь, когда мутная вода поднялась выше колен. Ноги уже онемели, и течение, словно жадные руки, пыталось утянуть её вниз. Она оступилась, упала и ощутила на губах солоноватый вкус Темзы. Захлёбываясь и кашляя, снова поднялась. Вода достигла пояса. Ледяной холод высасывал силы.
Сжав зубы, она заставила себя пробираться к зубчатым валунам, различимым на насыпи лишь как тёмные силуэты.
— Кендра! — Голос Алека пробился сквозь шум воды.
— Здесь! — крикнула она, рассекая руками ледяную воду и подталкивая себя вперёд. Один шаг. Ещё один. — Я здесь!
Она сосредоточилась на каждом движении, упрямо стискивая зубы.
И вдруг Алек оказался рядом и обхватил её за талию. Её ноги оторвались от дна, а он потянул её к берегу, едва различимому за дождём и темнотой.
— Я-я могу и-идти, — выговорила она стучащими зубами, когда вода стала мелкой.
— Конечно, можете. — Он подхватил её на руки и понёс вверх по каменистому склону.
Когда прилив остался позади, Алек опустил её на землю и торопливо снял плащ. С мрачным лицом завернул Кендру в шерсть и принялся растирать ей руки. Послышался стук осыпающихся камней: к ним спускались Сэм и Малдун с фонарями.
— Господи помилуй, девчонка, как же ты меня напугала, когда исчезла, а вода начала прибывать, — сказал Сэм, остановившись перед ней.
— Я с-сама испугалась. Пыталась д-догнать детей. Они и-исчезли в тоннеле. Не с-смогла поймать.
— Шустрые бесенята. — Малдун поднял фонарь, разглядывая её лицо. — У вас губы синие, миледи.
— С-спасибо за н-наблюдение. В-вы что-нибудь н-нашли?
— Сейчас мы об этом говорить не станем, — отрезал Алек, снова подхватывая её. — Вы едете домой и немедленно принимаете горячую ванну, пока не насмерть простудились.
Кендра хмуро взглянула на него. — Со мной в-всё хорошо.
— Я и сам бы выпил горячего виски, — вставил Сэм. — Все кости от сырости и холода ломит.
— Н-нам нужно п-поговорить… п-провести совещание.
— Через два часа. Тогда она будет к вашим услугам. — Не дожидаясь ответа Сэма, Алек понёс Кендру дальше вверх. Заметив их, кучер Джон кинулся распахивать дверцу экипажа и опускать ступеньку.
— Домой, — распорядился Алек, садясь в карету и устраивая Кендру на сиденье.
Он открыл небольшую нишу под сиденьем, вытащил тяжёлое шерстяное одеяло и набросил ей на плечи. Под одеялом и плащом Алека стало немного теплее.
Алек устроился напротив, и Кендра удивлённо приподняла брови, когда он наклонился и задрал её мокрые юбки.
— Д-дорогой, я сейчас с-совершенно не в н-настроении, — сумела выговорить она сквозь стук зубов и попыталась улыбнуться.
Он сурово посмотрел на неё. — Не сомневайтесь, в данную минуту я не собираюсь пользоваться супружескими правами. И, признаться, вы сейчас пахнете вовсе не розами, милая.
Она вздохнула. — Вы злитесь.
Алек промолчал, переложил её ноги себе на колени и принялся развязывать пропитанные водой шнурки.
— Чёрт побери, — пробормотал он и вытащил из кармана маленький нож. Ловко перерезав узлы, стянул сапожки и бросил их на пол. Затем снял с неё чулки и подвязки.
Кендра глубже зарылась в одеяло и плащ, пока Алек массировал ей ступни и разминал икры.
— Как же хорошо… Твою мать!
Но боль уже отступала, уступая чудесному теплу.