Трон галактики будет моим! Книга 12 — Тысяча гигатонн - Андрей Валерьевич Скоробогатов

Я не смог бы управлять мечом в этот момент, даже если бы захотел. Я мог его толко держать. Держать из последних сил, на пределе ресурса сервокаркаса доспеха.

Затем наверняка где-то промелькнуло системное сообщение.

Достигнул лимит безопасного действия!!!

Сопло огнемета прогорело, и исчезло, и меч закрыл созданную кротовую нору дикого телепорта, из которого целых пять с половиной секунд во врага летела ничем не ограниченная энергия звезды.

В кротовую нору шириной с бензольное молекулярное кольцо, через кипящий вырожденный вакуум не протолкнуть ничего похожего на материальный объект, телепорт бесполезный практически для чего угодно, кроме вот такого случая. Когда надо сжечь всё на своем пути.

Над окутанным паром испаренного металла горизонтом Лунного Дворца, вспыхивали и догорали плазменные искры попавших в выхлоп звездного огнемета огромных кораблей, истаявших в многотысячаградусном потоке, как мокрые снежки.

— Иоланта, — прошептал я, тяжело дыша, пот струился по моему лбу, руки на рукояти меча дрожали. — Не теряй момент. Сейчас они слепые. Используй момент.

— Есть… — прошептала Иоланта в ответ. — Что это было?..

— Человечеству этого лучше не знать, — бледно пошутил я в ответ.

Историю в школе лучше учить было надо. Тогда бы не было таких вопросов, там всё написано. Но, похоже, меня никто не понял. Или все поняли буквально и уже не задавали вопросов.

И у нас тут, как бы, космическая битва ещё продолжается.

Меч погас, остыл и отключился на неопределенное время, которое потребуется на восстановление ресурса генератора вакуумной пены, прокладывающего огнеметную кротовую нору. Железка не одноразовая, но и сжечь галактику в сердцах им не получится.

После того как выброшенный звездный протуберанец рассеялся потоком выокоэрегетичных частиц жесточайшей солнечной радиации, «Песецъ» сумел справиться с собой, увернулся от столкновения с поверхностью псевдоспутника. Затем взял под контроль наше хаотичное движение и смог выйти на низкую орбиту над Дворцом. Пора возвращаться под обшивку, на защищенную от всего нижнюю палубу, в мое уютное адмиральское кресло…

— Вова, держи, — я протянул меч Вове.

Вова шарахнулся от меня прочь:

— Не-не-не! Нафиг-нафиг! Сами носите этот ключ от ада, командир. Я такое не потяну!

— Заткнись и бери! — злобно процедил я. — Разжалую нафиг! А то ишь ты, какой нежный нашелся, ключи от ада ему культяпки жгут. Чистоплюй хренов. Бери! Он уже остыл и не кусается.

Вова принял меч в дрожащие руки. Чуть не выронил и в открытый космос не упустил.

Ладно, я сделал эту грязную работенку. Теперь можно вернуться к другой не менее грязной и кровавой. За то время что я разбирался тут, проблем у нас меньше не стало. Наоборот.

— Главнокомандующий, — проговорила вдруг Иоланта дрожащим голосом. — Лунный Дворец. Посмотрите.

Я повернулся и посмотрел. Вот чёрт…

Лунный Дворец под нами ожил. В нем открылись тысячи портов, и из них фонтаном прямо на нас летели тучи ордынских некродесантников.

— Их там миллионы, — еле проговорила Иоланта.

О да. Их там было именно, что миллионы.

Миллионы некродесантников, погоняя свои бронекапсулы плазменным двигателями, летели на нас, словно грозовая туча, словно рой железной саранчи, словно цунами, необратимое и непреодолимое.

— Ах вы падлы, — прошептал я.

И Хромосферный Палач как раз разряжен.

Выброшенный им в ближний космос шквал высокоэнергетичных частиц разлетался во все стороны, растекаясь по электромагнитному полю Второперестольной наполняя пространство зеленоватым свечением северного сияния. Молнии разрядов пробегали по роям наэлектризованных десантников, надстройки и мачты на поверхности Дворца, усеяли белые огни святого Эльма.

Кто-то на той стороне понял, за что мы на самом деле тут сражаемся. Догадался, где самый важный пункт этого противостояния, где та ось, на которой вращаются жернова истории, и бросил сюда свою горсть камней.

Дворец был точкой опоры, которую я искал, чтобы опрокинуть ордынский флот в этой системе, вокруг него крутились мои замыслы, и к нему я неброско все это время подтягивал свои силы.

Кто-то на той стороне умеет выбирать ключевой момент битвы. Потому что ключевой момент настал именно сейчас.

И умрем ли мы, или нет, тоже решится прямо здесь, меньше, чем через минуту, когда передовой отряд вражьей десантуры посыплется на корпус «Песца». И добьют едва живой корабль. Ну заодно и оператора Палача прибить — тоже цель полезная, а то вдруг он не приблуда не одноразовая…

— Значит, абордаж? — проговорил я, вынимая бластер и Мечелом. — Ну, значит, пусть будет абордаж.

Всё, как я люблю.

Держись, Иоланта. Держись пятнадцатиминутный адмирал. Похоже, именно тебе дальше вести это сражение. И ведь чувствую я присутствие Гены Геноцида на той стороне противостояния. Это в его духе скрытно сосредоточить силы у всех на виду и нанести удар, когда ты этого не ожидаешь, когда враг должен падать на ринг после увесистого нокдауна. Тебе придется нелегко, Иоланта. Но придется затащить, иначе-то как?

А я займусь нашими проблемами тут.

— Вова, прикрывай со спины. — произнес я. — Противоабордажные силы на верхние палубы. Нас атакуют с поверхности Лунного Дворца. Ещё минута, и они будут тут.

— Отправила Гиацинтовую сотню, — сообщила Октавия. — И всех, кто свободен от борьбы за живучесть корабля. Больше ничего не сделать, все оборонительные системы на корме уничтожены.

— Ничего, — проговорил я глядя, как падает на меня с зеленого неба убийственный, словно шрапнель, железный дождь ордынского десанта. — Я сам себе оборонительная система. Не просрите там сражение, пока я буду занят делом!

— Иоланта хорошо справляется, — одобрительно отозвалась Октавия.

— Вот и славно, — бросил я, поднимая бластер, и стреляя в ближайшего десантника уже развернувшегося из бронекапсулы в крабовидную атакующую форму.

Вова всадил силовое копье в его соседа.

Ну, понеслась!

Силовое копье пробило десантника насквозь. А мой болт угодил в середину зашевелившего конечностями гада, вспыхнул и погас, разворотив сегментную броню и зажарив ордынца внутри.

Я выставил перед нами многослойную стену микрощитов, тут же принявшую на себя шквал выстрелов надвигающихся десантников. Микрощиты моргали, становясь на секунду после попадания видимыми белыми шестигранными линзами, и сразу исчезали вместе с облаком рассеянной плазмы.

— Получайте, падлы! — орал Вова попеременно пуляя в ордынцев силовыми копьями и бластерными болтами. А некисло он раскачался, вон разбушевался как, человек-ураган…

Выбитых смертельными импульсами ордынцев уносило в космос.

Я тоже швырял копья, тоже палил из бластера, сначала прицельно, потом уже просто вокруг, в толпу, они везде, не промахнешься.

А потом они приблизились на дистанцию, где их уже доставал мой меч. И я начал их рубить. Я не слышал звук, с которым Мечелом взламывал их панцири