Пария - Данил Коган

Сам доспех тоже стоил денег. Немалых, несмотря на повреждения. Только весил он, наверное, больше самого Ника. Тащить на себе такую груду боевого металлопласта — удовольствие сомнительное.

Я распрямился и махнул рукой в сторону диспетчерской.

Лик появился почти сразу. Добежал до нас, покосился на бесчувственного Ника и присвистнул.

— Ну ты его отделал. Я испугался. Разряд вжж. Ты такой бац! Эпик просто!

— Он не умел пользоваться доспехами. Так-то эту модель специально создавали для борьбы обычных людей с атлетами или даже воинами.

Мы уложили Ника на спину. Я проверил дыхание, затем вытащил из его доспеха аварийный медицинский пакет. Зафиксировал сломанную руку шиной, затянул крепления. Затем упаковал его в кокон из пласт-ленты. Здесь и атлету не распеленать. После чего мы перетащили пленника и доспехи за ближайшую мусорную гору.

Там была заранее подготовленная ниша между двумя забитыми хламом контейнерами. Мы уложили Ника и доспехи внутрь. Сверху прикрыли кусками старой теплоизоляции, оставив доступ воздуху.

Я ещё раз осмотрел площадку.

Следы драки остались. Выщербленный бетон, подпалины от разрядов, несколько капель крови. Но для Свалки ничего особенно примечательного.

— Всё, — сказал я Лику. — Теперь можно идти.

— Мне всё ещё не нравится эта идея. Я тебя здесь подожду?

— Думаешь, он тебя сожрёт? Ну жди здесь, чего тебе мотаться. Спрячься только.

Я похлопал по сумке с трофейными батареями. Неплохой получился денёк. Ещё бы малый разум найти — и вообще Фортуна могла бы считать свой долг передо мной исполненным.

— Да ты фаллосово отродье, охтонел⁈ Ты видел у меня надпись на мастерской: «Склад дохлых граждан»⁈

— Нет, не видел, Дед. — Я вздохнул.

— А знаешь почему⁈ Потому что у меня её нет!

— О времена! О нравы! — трагическим голосом возвестил Васисуалий, проезжая мимо с коробкой крепежа.

— А ты вообще заткнись, железная скотина! — рявкнул Дед ему вслед.

Автоматон задел дверной косяк, уронил коробку и замер, ожидая дальнейших распоряжений.

Дед смачно сплюнул на пол.

— Он пока живой, — заметил я. — И не только гражданин, но и преступник, и святотатец…

— Ты мне ещё предложи храм Судьи вызвать, чтобы они эту падаль прямо у меня в мастерской арестовали! Мне плевать, кто он! Ты какого Хтона вообще решил, что можешь притащить ко мне похищенного человека⁈

— Потому что этот человек работал на Паламидов. И может выступить против них свидетелем.

Дед осёкся.

Я воспользовался паузой и коротко изложил историю с «Кистями Нимфы». Титанический артефакт, проклятый код, уничтоженное производство, сбежавшие киберы. И Ник, которому Паламиды доверили провести испытания.

— Он знает, кто ему передал эту дрянь. Знает, откуда её взяли и кто приказал подключить к Кузнице. Пока Ник живой и у нас, у Паламидов проблема. А если мы найдём малый разум и докажем, что он принадлежал им, проблема станет гораздо серьёзнее.

Дед молча выслушал. Потом провёл механической ладонью по своей роскошной бороде.

— Паламиды, значит… — процедил он. — И ты решил достать их через храм Охотницы?

— Я решил получить за это награду. А что храм сделает с Паламидами, его дело. Мне главное, чтобы Ника этого не зачистили к Хтону и не скормили охотничьим химерам геноса, до поры. Ну и чтобы он на некоторое время пропал.

— Ублюдки выкрутятся. — Дед отвернулся к верстаку. — Такие всегда выкручиваются. — Голос дрогнул. Прежней уверенности в его голосе уже не было.

— Может, и выкрутятся, — согласился я. — Только они на этом потеряют очень много. Им будет непросто объяснить, какого Хтона их игрушка устроила нашествие киберов на Свалку. А у Ника на этот счёт есть что рассказать. И другие доказательства есть.

— Если он доживёт до допроса.

— Вот именно. Поэтому мне нужен кар. И место, где его можно подержать до передачи храму. Ненадолго.

Дед повернулся ко мне.

— Тебе ещё и кар мой понадобился? Ну ты хитрожопый хтонов выкормыш, царское отродье…

— А ещё у него армейский доспех. Старый, списанный, но большая часть брони цела. Усилители частично рабочие. Можешь его разобрать или продать. Мне он не подходит.

— Решил меня металлоломом подкупить, Нав?

— Нет, просто хочу долю с продажи.

— Тебе ещё и долю подавай? Я, значит, укрываю похищенного гражданина и незаконно приобретённое военное имущество, а тебе долю? Небось царскую?

— Пятьдесят процентов. Но ты, старик, можешь отказаться. — Я пожал плечами и повернулся к выходу. — Найду кого-нибудь другого.

— Стоять, мелкий ушлёпок! Кого ты найдёшь здесь, кто тебя с потрохами Сфинксу не сдаст, а?

Я обернулся, сдерживая улыбку.

Дед некоторое время смотрел на меня, потом со злостью пнул валяющуюся возле верстака коробку. Васисуалий, как раз пытавшийся поднять рассыпавшийся крепёж, получил ею по корпусу, крепёж разлетелся веером.

— О, тщетный труд! О, бренность мирозданья! — продекламировал автоматон.

Дед выругался, подошёл к Васисуалию и повернул тумблер. Машина замерла. Затем он пошарил на полке и вытащил брелок-кристалл.

— Грузовой кар стоит за мастерской. Заберёшь, вернёшь целым. Привезёте своего выродка через задние ворота. В жилую часть не соваться. На старом складе запрём. Тьма пустотная, попаду я с вами на старости лет в лапы фемок…

— Не попадёшь…

— Никогда не обещай того, чего не можешь гарантировать, Нав. — Он швырнул мне ключ. — И слушай внимательно. Я присмотрю за ним. Накормлю, если потребуется. Но никаких допросов в моей мастерской. И никаких казней, понял? Решишь его… утилизировать — увозишь отсюда.

— Понял.

— Ни Хтона ты не понял, — буркнул Дед. — Ладно. Тащи свою добычу.

Я убрал ключ в сумку.

— Спасибо, Дед.

— Поглубже себе своё спасибо засунь. Я делаю это только в надежде на то, что Паламидам подожгут сиятельные афедроны. Проваливай, пока я не передумал!

Погрузка Ника в грузовой кар заняла всего несколько минут. Мы с Ликом закинули спелёнутого гражданина в кузов, следом водрузили его доспехи.

Лик забрался в кузов и уселся рядом с пленником. Я включил двигатель и повёл кар к мастерской Деда.

Лик нервничал. А чего нервничать? Везём себе гражданина, связанного по рукам и ногам. Обычное дело для Свалки. Здесь такое сплошь и рядом происходит.

К задним воротам мастерской мы добрались без приключений. Дед уже ждал нас, мрачный, как грабитель перед рассветом.

— Вот это и есть твой Ник? — Он заглянул в кузов, затем перевёл взгляд на броню. — Неплохо. Тащите его в кладовку, я вам в носильщики не нанимался. Дверь открыта.