Сказочник - Хэля Хармон
«Ну да. Глупость какая. Тоже мне профессионал, ведь видела камеру!» — Женька начала себя ругать, но тут же осадила. Это не конструктивно. И то, что Костик неожиданно оказался ей симпатичен, сейчас никак не должно сказаться на продуктивности беседы. Он ступал по примятой мокрой траве медленно и почти бесшумно. Костик производил впечатление гигантского кота, выбирающего, куда поставить лапу.
Женька подстроилась под его манеру ходьбы.
— Так что тебя привело? Зарядку вернуть приехала? Это зря, я ее тебе подарил,— бормотал Костик. Эти слова, сказанные под нос, напоминали громкое мур-лыканье.
Женя невольно заулыбалась. Здесь было так свежо, а мокрая трава в сочетании с запахом его кофейных сигарилл смутно напоминала какой-то изысканный мужской парфюм. Женя такие запахи очень любила.
— Я про Машу хотела спросить. И про Сказочника,— сразу приступила к делу Женя.
— А-а.— Костик будто и не удивился. Потоптался немного на одном месте. Точно, натуральный кот. Затем снова двинулся вперед.— Все не привыкну, что он Сказочник. Ну да… Ему вообще подходит… А что ты хочешь про них узнать?
Жене на нос упала крупная капля. Потом вторая — уже на щеку. Небо заволокло, и теперь просвета не было. Короткая вспышка. И с секундной задержкой небесный грохот. Сигнализация Женькиного «дождя» взвыла.
— У-у…— низко протянул Костик,— так и будет орать теперь. Давай во двор заедешь. У меня в гараже место есть.
— Да не, ничего страшного,— Женя щелкнула по брелку, и машина прекратила выть,— пусть здесь будет. Женьке нравился Костик, но не стоило забывать: он родственник психически нездорового Сказочника, предположительно, маньяка. А такие отклонения, во-первых, частенько наследуются, во-вторых, это ей он говорит, что они не ладят, а как до дела дойдет, может, станет покрывать. Ведь других родственников у него не имеется. И вообще.
— Да не съем, больно надо…— немного обиженно, как показалось Жене, протянул Костик.
Капли стали падать с неба чаще.
— Птицы мертвые с неба падали…— напел Костя незнакомую Жене фразу и ухмыльнулся.— Кофе пить в дом пойдешь? Или я страшный?
— Пойду,— легко согласилась Женя.
Она приехала за ответами на вопросы. Маловероятно, что Костик с ней сделает что-то слишком плохое. Не было смысла настаивать на беседе под открытым небом — погода портилась.
Когда он сели напротив открытых дверей на застекленной террасе за плетеный столик, дождь уже барабанил вовсю.
— Очень красиво,— оценила Женька, пододвигая кружку ароматного черного кофе с корицей поближе.
Костик налил ей гигантскую порцию в нелепую домашнюю «бабкину» кружку. Белую в зеленый горох. Она бы никогда такую не подала гостям. Но, надо признать, кружка была фантастически милой и просто добивала Женю. У нее чуть ли не слезы на глаза наворачивались — так стало жалко этого большого ребенка в теле взрослого дядьки, сидящего напротив. И каскад жалости запустила именно эта кружка. У самого Костика была другая — не менее нелепая, с мультяшным конем. И он пытался выкопать из круглой прозрачной вазы в центре стола какую-то определенную конфету. Это был просто контрольный выстрел.
Женя широко улыбалась, пока он шуршал фанти-ками. А по стеклянной крыше пристройки барабанил дождь...
— Как в сказке…— мечтательно сообщила Женька.
— Не все сказки как у Диснея, некоторые как у братьев Гримм.— Костик, может, планировал произнести эту фразу мрачно. Но трудно жевать конфету, шуршать бумажкой и звучать при этом угрожающе.
— Я надеюсь, вы с родственником не братья Гримм.
— Не-а,— ответил Костик, дуя на кофе.
«Еще бы блюдце взял и пил из него, ей богу»,— мысленно закатила глаза Женька.
— Боюсь, на одном из нас природа отдохнула, и крышеcносные истории выдает только один гений в этом семействе…— Костик недовольно скривил тонковатые губы, давая понять, как он к такому распределению дарований относится.
— Так расскажи мне, он нормальный вообще?
Костик коротко хохотнул, затем сделал маленький глоток из кружки.
— Нет.— Он зашуршал новой конфетой. Женя ждала.— Но ведь это допустимо для… ну, скажем, творческой интеллигенции. Владик с приколом, спору нет.
— А Маша…— Женя не успела договорить.
— И Маша твоя с приколом. Они даже чем-то похожи… Я только не пойму, чего ты так дергаешься? Я бы подумал, что она твоя сестра. Но двух менее похожих друг на друга женщин я вообще никогда не видел.
— Не сестра,— печально согласилась Женька,— просто… очень близкий человек.
— Ну, она шуганная слегка,— продолжил Костик, вставая. Стул шумно скрипнул по полу, отодвигаясь. Он подошел к распахнутым стеклянным дверям, за которыми хлестал ливень, и достал из-за уха сигариллу. Женя ее там не видела, когда они сидели за столом.
«Фокус»,— одними губами произнес он, поворачиваясь к Женьке и зажимая сигариллу губами.
Женька поднялась со своего места и приблизилась. Достала подаренную им серебристо-черную зажигалку с головой медузы, щелкнула. Полыхнул синий космический огонек. Костик прикурил.
— Да… Девочка мне понравилась,— печально выдохнул Костик.
Эти слова неприятно кольнули. А еще Женьке вспомнилось, что Константин «при наличии выбора тоже предпочитает малявок». Флиртует немного. Но в этой комнате ему не из чего выбирать. А то бы…
— Ты чего? Ты тоже очень красивая.— Он, наверное, хотел ободрить и сделать комплимент. Но стало только хуже.
«Какое еще „тоже“? Все-таки даже самый сообразительный мужчина не может нормально сказать то, что смогла бы даже самая недалекая женщина»,— с досадой размышляла Женька.
— Просто понимаешь,— Костик выпустил кофейный дым в Женьку,— мелкие, они такие… Ее как будто можно одной рукой сгрести, и она, такая вся дюймовочка с глазами на мокром месте, тебе: «Дяденька, достань воробушка». С вами не так. Вы, если что, и втащите...
Жене этот разговор все меньше нравился.
— У Владика жена была,— внезапно Константин сменил тему,— тоже пигалица мелкая. Много лет у них была какая-то большая страсть. Но она ему все не рожала… Я думал, болеет, а потом оказалось, что «он псих, и таким размножаться нельзя». Это я тебе сейчас дословную цитату привел. Скандал жуткий был. А потом он развелся. В одностороннем порядке. По решению суда в ее отсутствие. Она якобы в Америку улетела и особую форму ему для этого выссала.
— Почему якобы? — тихо переспросила Женя, потянувшись в карман за своими сигаретами.
— Да... фигня какая-то это,— пожал плечами Костик.— Я не очень много знаю. Но в историю с Америкой не особо верю.
— Точнее,— надвила Женя,— знаешь,