Сказочник - Хэля Хармон

— Этого достаточно,— твердо заключил Костик,— углубляться не стоит. Этого тебе хватит, чтоб получить о нем представление. Он не идиот. Он у всех на виду. При хорошем раскладе, повстречается с ним твоя подруга и разведется. У него иногда появляются бабы... Правда, сюда он никогда никого не привозил. В новый дом. Он построил его после развода.

— Так он где-то поблизости все-таки,— резюмировала Женька.

Костик осекся.

— Эк ты меня разболтала,— рассмеялся он,— ну хватит. Больше ни слова. Можем о литературе поговорить или о музыке.

— О литературе не надо,— мрачно буркнула Женька, закуривая.

— Тоже не любишь? — хохотнул Костик.

— Не особо,— подтвердила Женя, выпуская первую струйку ментолового дыма.

— А ты в прошлый раз не курила,— вдруг заметил Костик, глядя сквозь распахнутые двери террасы. Капли били по траве. Бесконечные поля убегали вдаль.

— Ты меня видел пять минут,— парировала Женька.

— Запах от тебя был другой,— пояснил Костя,— кожа... волосы... Земляникой пахли.

Женя удивленно вскинула брови.

— Ну да,— вынужденно согласилась она, стряхивая пепел в услужливо поданную Костиком пепельницу в виде пучеглазой нефритовой рыбы,— это я на нервной почве, наверно. Из-за Машки.

Теперь уже брови Костика поползли вверх.

— А вы точно друзья? — Он нахмурился.

Женя не сразу поняла его вопрос, а потом опешила и закашлялась дымом.

— Чего?! Ты идиот, что ли? Она моя лучшая подруга! — Женя молниеносно впала в ярость, которая, впрочем, быстро прошла. На человека с такими кудряшками и ангельскими глазами всерьез разозлиться было трудно.

— Ну... это хорошо,— улыбаясь мурлыкнул Костик,— поужинать со мной сходишь тогда?

Женя была шокирована уже второй раз за последние несколько секунд.

— Я же большая. А ты мелких любишь. Как и твой родственник,— сузив глаза, чуть ли не прошипела Женька.

— Я всяких люблю.— Костик, в отличие от Сказочника, явно не отличался умением правильно подбирать слова в любой ситуации. Это даже по-своему успокаивало. И еще раз напоминало Женьке, что перед ней обычный среднестатистический прямолинейный мужчина. А успокоиться Жене было совершенно необходимо.

— А если я тебе втащу? Ты же опасался, что высокая женщина может и втащить,— выложила последний аргумент Женя, забирая у Костика пепельницу-рыбу и гася в ней сигарету.

Костик изобразил какой-то восточный прием борьбы, характерно вытянув руки вперед.

— А я уклонюсь...

Женя рассмеялась.

Через полчаса дождь почти перестал. Костик проводил ее с зонтом до машины. Жене не испортила настроения даже уродливая скошенная скульптура женщины во дворе то ли с кроной дерева, то ли со змеями на голове, мимо которой они прошли. Днем, увешанная подрагивающими каплями, она уже не смотрелась жутко. Просто странно.

Женя отправилась по размытой дороге в город. На своей машине она могла ни о чем не беспокоиться — проедет где угодно.

Номер телефона она Костику оставила. Хотя нельзя сказать, что он умел уговаривать. Потому и оставила. Он был другим.

Глава 19 МЕЖДУ МИРАМИ

Мария

Когда гроза закончилась, мы со Сказочником вышли погулять вдоль берега. Ниже по течению от черной реки отходил идеальный полу месяц завода. Здесь мог бы быть пляж. Могли бы играть дети. Но здесь жил одинокий писатель и его пьющий, какой-то сломленный родственник. И я. Я тоже была сломленной и одновременно — одиноким писателем с нечистой совестью.

Откуда взялись эти мысли о детях на пляже?.. Проехали.

Мокрая прибрежная трава охлестывала мои голени, и джинсы быстро напитылись дождевой водой до колен.

Я слушала скрип своих резиновых сапожек о каменистый грунт и пропустила момент, когда Сказочник положил тяжелую горячую руку мне на плечи и притянул к себе. Мы так и шли дальше, а я даже не чувствовала вторжения в свое личное пространство.

Как будто эта рука тоже была моя. Только почему-то росла не из моего тела.

— Я бы хотел,— тихо начал Сказочник,— чтобы ты мне рассказала.

Сердце ухнуло вниз. Грудь и живот покрылись из-морозью изнутри.

Я знала, о чем он спрашивает, но медлила.

— Расскажи, когда будешь готова. Про ту девочку. Про мост. Про три солнца. Намеки рассеяны во всех твоих книгах. Так что я хотел бы узнать, как все было.

— А ты мне дор расскажешь про ведьму, из могилы которой течет черная река? — попыталась усмехнуться я, все еще трясясь изнутри.

— Я ведь рассказывал.

— Ты обещал версию Масонова, которая якобы мне понравится.

Сказочник мягко рассмеялся, выпустил меня из объятий и пошел к воде. Мы уже достигли заводи-полумесяца, которая вызывала странные ассоциации с пляжем или детским лагерем. Или Олеськиной дачей. Я взглянула на солнце, которое ярко светило в зените, но тепла не давало. Я смотрела на него очень внимательно. Я затягивала его в себя. Я никогда не понимала: почему оно не хочет греть меня, как других? Я отвела взгляд от солнца, но не потому, что мне больно на него смотреть, а потому, что здесь было другое — которое согревало меня. Светило на меня лучами звезды моей галактики. Сказочник.

Он медленно прохаживался по отмели, терпеливо поджидая меня.

Я приблизилась и вложила пальцы в его раскрытую ладонь. Вот оно — настоящее тепло.

— Я обещал и расскажу. Но потом ты расскажешь.

Я кивнула. Пока сама не представляя, что именно расскажу.

— Смотри вниз,— мягко, но настойчиво велел Сказочник.

Я уставилась в ржавеющую полупрозрачную воду. Неподвижную. На мальков, целующихся блестящие прорезиненные носки моих сапожек.

— Ты сейчас сама — часть этой истории. Река, в которую мы с тобой вошли,— Соф. Это и есть ведьмина река из-под могильного камня. Соф берет свое начало в другом мире, где ночью восходит другая луна, а днем в небе светят три солнца. Соф входит в любую воду, по своему усмотрению. Соф может забрать, а может отдать. Когда внучка черноглазой ведьмы утопила в реке девочку, Соф разрешила забрать ее обратно. Но с условием…

Сказочник обошел меня сзади, скользнул рукой под куртку и положил горячую ладонь мне на живот. Другой рукой он все еще сжимал мои пальцы.

— Чувствуешь тепло?

Я кивнула и прикрыла глаза.

По телу, от одной его ладони на моем животе к другой, в которой покоились мои пальцы, прокатывался жаркий турбулентный поток. Мне даже померещился звук, который иногда бывает под высоковольткой. Как будто маленькая пчела залетела в ухо.

— Смотри вниз,— повторил Сказочник с чуть большим нажимом.

Мальков