Хищные мужья для невезучей. Академия Псиоников - Кира Иствуд

Но и теперь это похоже на сон…

Горячий и прекрасный.

Пси-спектр вдруг забурлил, я успела нырнуть в глубину. Понять, что наши с Обероном и Сайросом пси-поля слились. А затем вынырнула... обновлённой.

Вместе с криками удовольствия, которые с очередным поцелуем выпивал то один шиариец, то другой.

Вместе с прикосновением их бережных рук, когда будущие мужья укладывали меня, обессиленную, на прохладную простыню.

Вместе с…

Человеческие силы кончились резко. Хотя псионическая энергия и продолжала бурлить во мне.

Мои глаза закрылись, и я вновь уплыла в пси. Уснула резко, словно потеряла сознание.

Но здесь меня снова ждали мои будущие мужья.

— Ты не скроешься от нас в мире сновидений, Майя… — ласково зарычал Оберон, обнимая меня нежно, — ты сама пригласила нас…

Во сне я также лежала на кровати. Той самой, из каюты космического корабля в моём самом первом сне о шиарийских маршалах. И здесь с двух сторон от меня лежали Оберон и Сайрос.

— Ты поймала нас в ловушку. Это ведь был твой план, наша красавица... хитрая маленькая человечка?.. — мурлыкнул Сайрос, прижимая меня жёстче.

Улыбнувшись, обняла мощные шеи сразу двух своих мужей, принимая игру. Шепнула:

— И вы попались, суровые шиарийцы. В ловушку обычной землянки.

— Не обычной… — хрипло шепнул Оберон.

— Лучшей девушки во вселенной, — выдохнул мне в губы Сайрос.

Майя

Только через сутки непрерывной горячей любви, мы с моими будущими мужьями, наконец, смогли оторваться друг от друга.

Я облачилась в алое платье традиционного шиарийского цвета и кроя. У расы, к которой принадлежали Оберон и Сайрос, красный считался цветом невест, возлюбленных. Одним словом — мианесс. Так что, очевидно, подобных платьев у меня будет очень много. Хотя… не возбранялось носить и другие вещи.

Но мне пока не хотелось. И когда мне принесли это платье, я с радостью его надела.

Я наслаждалась этим уютным ощущением шиарийской ткани на коже… очень лаконичным. Это было прям “моё”. Интересно, кстати, где шиарийцы раздобыли наряды для меня?..

Это было удивительно.

А ещё было удивительно, что всё это время я была на шиарийском крейсере. Мы висели над Академией, потому что будущие мужья ни в какую не согласились оставить меня в академическом госпитале после нашей победы над Бойроном и метаморфом.

А новый директор Академии Псиоников — Алистер Дрейк — со слов Сайроса подмахнул разрешение на такое “злостное нарушение режима” в виду “особых обстоятельств”. И даже не закатывал глаза. Почти что…

Но пришло время спуститься с крейсера, посетить Академию. Уладить формальности.

* * *

Мы уже сидели в шаттле, который должен был доставить нас с крейсера в Академию.

Мои мужья — в креслах с двух сторон от меня.

Держат за руки.

За одну Оберон, за вторую — Сайрос.

— А мне… — осторожно заговорила я, — обязательно идти в Академию в этом платье? Всё-таки… у нас форма немного другая.

— Тебе не нравится? — Оберон чуть крепче сжал мои пальцы.

— … Мы обозначаем твоё положение, Майя. Нашей невесты. Мы ждём уполномоченного Союза, чтобы завизировать бракосочетание — церемонию наречения мианессы… Платье — это наша традиция. Но если ты не хочешь… — Сайрос гладил ладонь другой моей руки. И выдавал свою речь почти ровным тоном. Почти… Но я уже научилась вылавливать эмоциональную суть из его дипломатических речей.

Моим будущим мужьям это было крайне важно.

И платье мне очень нравилось, я лишь по старой привычке прятаться, прятать свой пси-потенциал, не доверять миру — хотела залезть в раковину. Только и всего.

— Мне всё нравится, — я сжала руки моих будущих мужей в ответ, — правда… просто непривычно.

— Тебе больше не надо бояться, Майя, — с чувством выдохнул Сайрос.

— Никогда, — прорычал Оберон. Почему-то слегка угрожающе.

— Оберон, — я мягко погладила ладонь черноволосого шиарийца и насколько могла успокаивающе произнесла, — я всё поняла, опасности нет… Ты же не собираешься никому… эм, мстить?

Оберон ничего не ответил. Но я ощутила, как у него за грудиной что-то низко завибрировало. Он мог бы зарычать сейчас, но ради моего спокойствия — сдержался. Мысленно усмехнулась: шиариец сдержался. Вселенная полна чудес.

— Ты интересуешься, не случится ли чего-нибудь с людьми, которые тебя обижали несколько лет? — отозвался вместо брата Сайрос, — наша любовь… наша мианесса. Этого мы тебе обещать не можем.

* * *

Длинное струящееся платье тянулось за мной по академическому коридору коротким алым шлейфом. Я шла, гордо подняв голову, как по подиуму. И чувствовала себя принцессой из сказки…

С двух сторон от меня в парадной форме шли мои будущие мужья. Их хвосты тихонечко щёлкали. И мне не нужно было оборачиваться, чтобы знать: сейчас серебристый хвост Сайроса сделал волнообразное движение: “это наша жена. Вам лучше держаться подальше…”

А чёрный хвост Оберона рубанул воздух: “не подходить!!! Не дышать в её сторону!!!”

Я усмехнулась и взяла маршалов за руки, переплетая свои пальцы с их замками.

“Никто не на меня не покусится…”, — послала мысль в объединённое пси шиарийцев

— Я бы так уверенно не утверждал, — хмыкнул Сайрос.

И у меня за грудиной шевельнулся холодок — предчувствие неприятностей, от которого я за сутки в нежных объятиях будущих мужей так сильно отвыкла.

— Нас ждут. В кабинете Алистер Дрейка, — процедил Оберон сквозь зубы.

— Сейчас разберёмся. — Холодно бросил Сайрос.

* * *

В просторном кабинете с широким роскошным столом, заваленным бумагами, кроме нас, было ещё трое.

Сам новоиспечённый директор…

А ещё Роланд! С загипсованной рукой на перевязке. И рядом с ним — аристократичный беловолосый мужчина с тонкими чертами лица. В белом парадном мундире служителя Союза, со знаками отличия. Они оба стояли с холодными злобными лицами у дальней стены. Показательно именно стояли рядом с пустующими креслами для посетителей.

Очевидно, в знак протеста.

Я так думаю…

И их присутствие меня нервировало. Так что скользнув по ним быстрым взглядом, я снова посмотрела на директора.

Хм, а этот кабинет был ему к лицу!

На фоне огромного видового окна выделялся чёрный колкий силуэт умеренно измождённого Алистера Дрейка. Он сидел за своим рабочим столом на небольшом возвышении. Директор сдержанно кивнул нам в знак приветствия. Несмолкающий коммуникатор, который директор с нашим появлением в кабинете перевёл в беззвучный режим и, небрежным касанием к сенсору в столешнице, перекинул на секретаря... А ещё синеватые тени, что залегли под глазами профессора — говорили о многом. После такого происшествия в Академии — понятно, что его замучили отписками