Дубликат - Леонид Жилеев

А Славя была благодарна Жене за то, что выполнила её просьбу без лишних вопросов. Потом был непонятный сон, от которого сохранились в памяти только отрывки, лишённые смысла. И пробуждение утром с тем чувством, что скоро всё будет по-другому.

Славя тогда, проснувшись, ещё раз подошла к зеркалу, посмотрела на себя, улыбнулась своему отражению. Не согласна она была отказываться от своих улыбок, шедших действительно от души, ради строгого выражения, соответствующего новому образу. Опять примерила к себе полное имя, прислушалась к ощущениям — всплыли при этом и обрывки сна. Сказала сама себе: «Нет. Я — Славя!» — отодвинув «Славяну» в глубины памяти. И пошла на утреннюю линейку, навстречу неизбежным вопросам о новой причёске.

* * *

Виола глянула в окно и сказала, обращаясь больше к самой себе, чем к Ульяне, старательно переписывающей что-то из тетради Виолы:

— Лет ему было побольше тридцати, носил он бороду, надевал свитер, играл на гитаре… Вообще был похож на геолога из старого кино.

— Вы о чём? То есть о ком, Виола?

— Да о Сёмке твоём, то есть об оригинале его. И давай на «ты».

Спор уже давно закончился, Семён ушёл с Леной в музыкальный кружок, Анатолий тоже скрылся где-то на территории лагеря. Ульяна-большая с Виолой остались одни в медпункте.

— Виола, а расскажи о нём.

— О ком? О дубликате или об оригинале?

— О моём Сёмке. Я же не знаю о нём почти ничего. И он не помнит.

— А никто почти ничего не знает о твоём Сёмке. Он особо не мелькал, ну и для нас в посёлке был одним из многих. А потом, когда всё случилось, оказалось, что он единственный из вас в активной фазе — каким-то образом его оригинал сумел это устроить и спас его от выключателя. Да ещё и каким-то чудом оказался в Шлюзе на тот момент. Совпадение не случайное, но концов уже не найти. Ну и каждый человек был тогда нужен. Люди — люди-оригиналы, я имею в виду — уехали, а он вписался в нашу компанию. А когда всё устаканилось, вдруг заявил, что пионером был и пионером останется. И оказалось, что был прав.

Виола заглянула в тетрадь через плечо Ульяны, провела дужкой очков по строчке, прокомментировала: «Отсюда и до конца страницы можешь не переписывать, это полная чушь оказалась». И продолжила:

— Деление это на оригиналов, подлинников и так далее — это, кстати, его оригинал придумал. Потому что миксы — это его лаборатории дело…

— Тётя Виола, это вы с кем сейчас разговаривали? — Ульяна смотрела на Виолу широко распахнутыми глазищами, и если бы не мелькающие в них озорные огоньки…

— Да что это такое? Один Церновной обзывается, другая тётей дразнит. Совсем меня в старуху превратить хотите? — так же с притворной серьёзностью отреагировала Виола.

Наступила пауза в разговоре, прерываемая только шелестом страниц и шуршанием шариковой ручки. Виола, уступив Ульяне место за столом, устроилась на кушетке, подобрав под себя ноги, и изучала Ульянины записки.

— Кстати, про Систему. Ты уверена в том, что здесь написала? Я биолог и врач, я твои формулы понимаю плохо.

— То, что Система — это мы сами? Да. Глафира Денисовна это доказала, сама испугалась, не поверила и почти ничего записывать не стала, только намёки, а мне их двое суток расшифровывать пришлось. Между циклами у Системы сессии, и промежуточные сессии во время сна. И даже вы с Анатолием в этом участвуете, хоть вы в Шлюз и не ездите, а… Вы же в бомбоубежище отсиживаетесь, да? Потому и противоречие, потому Система и разваливается, что те, кто уже проснулся, тянут Систему в одну сторону, а вы привязаны к прошлой жизни, к тому миру, что снаружи. Вот и разваливается всё. Потому Сёмка и предложил вам уйти через теплообменник.

— Есть ведь ещё и выключатель. Чтобы привести всё к одному вектору, — проговорила, обращаясь к самой себе, Виола.

— Виола, ты о чём? Я не согласна, имей в виду. А выключатель и у Сёмки есть.

— Да не переживай ты. Это я о своём.

Разговор прервался, Ульяна-большая ещё успела переписать пару страниц, иногда задавая технические вопросы Виоле, когда протрубили обед.

* * *

Ольга Дмитриевна вздохнула с облегчением. Полдня прошло без происшествий. Не считать же происшествием обрезанные косы у помощницы вожатой. Славя так и не созналась, зачем она это сделала, но выглядело неплохо. Хуже точно не стало, а Славя стала казаться… серьёзнее — нет, взрослее и солиднее. И вести себя начала чуть иначе. Да хоть с косами этими же. Не оправдывалась перед вожатой, не извинялась, вообще о мотивах своего поступка ничего не сказала. Просто, когда вожатая второй раз за день захотела пристрастно побеседовать со Славей на эту тему, та улыбнулась Ольге Дмитриевне, глядя в глаза, и спросила, есть ли к ней претензии. Как отсекла дальнейшую дискуссию. «Вот так внезапно взяла и повзрослела. Интересно, кем она станет? — подумала Ольга. — Вот отправить её в педагогический, а лет через пять я бы с удовольствием ей своё место отдала». Но сказала совсем о другом.

— Очень твои косы всем нравились, Славя, теперь привыкай обходиться без них. Я не только об этом, — и осторожно коснулась Славиной руки, шарящей по тому месту, где должна быть коса, когда её перекидывают через плечо. — Держишься хорошо, но заметно, что нервничаешь.

Пионеры, кто здороваясь, а кто стараясь незаметно прошмыгнуть, проходили мимо неё в столовую. Прошла Славя, улыбнулась, поздоровалась и пошла к столику своего отряда. Прошёл театральный кружок, и Семён вместе с ними, Мику о чём-то спрашивала Семёна, о какой-то отдаче, Лена шла рядом, молчала, но слушала очень внимательно, Алиса замыкала процессию, улыбаясь чему-то своему, и смотрела вокруг, как в первые три дня смены: весело и нахально.

— Мику, как подготовка? Не сорвёте?

— Всё замечательно, Ольга Дмитриевна. Ещё и Семён согласился нам помочь!

— Тогда я делаю объявление.

Прошли Виола с Ульяной-большой, Ольга услышала реплику Виолы: «А насчёт Системы ты понимаешь правильно, но неполно». Следом, с идиотской улыбкой и мыча какую-то песенку, плёлся Толик. Последней на крыльцо влетела запыхавшаяся Ульяна-маленькая. «Отчитать её за то, что опаздывает, а заодно напомнить про запрет выхода за территорию?» — вяло подумала Ольга, но только отправила Ульянку мыть руки.

Ольга зашла в зал, оглядела пионеров, перехватила взгляд Мику, дождалась её утвердительного кивка и сделала объявление:

— Внимание, пионеры, персонал