Я лорд крепости. Том 2 - Максим Клинков
А тут получилась очень удобная возможность посмотреть, как я отреагирую на ошибку. Не на чужую, где можно спокойно рассуждать и изображать понимающего человека, а на ту, из-за которой лично я потерял деньги.
Женщины вообще любят проверять границы, насколько я успел убедиться за свою жизнь. И Мира вполне могла решить, что лучше выяснить всё сейчас, пока речь идёт о сравнительно небольших потерях.
Если бы я начал орать и обвинять её во всём подряд, выводы девушка сделала бы достаточно быстро. Сегодня она не обработала травы, завтра допустит другую ошибку — никто ведь не способен всегда делать всё идеально.
Сумма, которой мы лишились этой ночью, была неприятной, но на фоне будущих объёмов не такой уж большой. Когда получится разведать окрестности, найти новые места сбора и нормально наладить работу, через руки Миры будет проходить куда больше трав.
И мне хотелось, чтобы при возникновении проблемы она сразу приходила ко мне. А не пыталась спрятать испорченное, лишь бы не попасть под горячую руку.
Я внимательнее вгляделся в лицо девушки, но тот многозначительный взгляд уже исчез. Мира просто стояла у стола с флаконом в руках и улыбалась. Даже прогонять меня не спешила, хотя я явно задержался у выхода.
Ладно, может, показалось. После беготни, жуков и недосыпа голова вполне могла начать искать подвох там, где его вообще не было.
Мысленно покачав головой, я кивнул ей в ответ на благодарность и вышел, прикрыв за собой дверь. Сейчас важнее поспать, а думать о том, кто и что хотел проверить, лучше уже на свежую голову.
Вернувшись в дом Дементия, я положил меч возле своего лежака, устроился поудобнее и на этот раз вырубился, стоило голове коснуться подушки, даже не вспомнив о той прорве дел, что будет ждать меня утром.
* * *
В просторной пещере, освещённой несколькими факелами, за тяжёлым рабочим столом сидел мужчина. Склонившись над пергаментом, он неторопливо водил пером, время от времени сверяясь с разложенными рядом записями.
Окружавшая его обстановка мало подходила для подземелья. На камне были расстелены дорогие шкуры, а сам хозяин устроился в роскошном кресле с высокой резной спинкой. Густой бордовый бархат обивки украшали узоры из золотой нити, вдоль мягких подлокотников шёл витой шнур, а тёмное дерево было отполировано до блеска.
Такое кресло явно перекочевало сюда из кабинета какого-нибудь аристократа — из тех, что любят комфорт и богатство. Причём вряд ли прежний владелец добровольно расстался с вещью, на которую ушло столько труда и денег.
Длинные чёрные волосы мужчины свободно спадали на плечи, подчёркивая неестественную бледность узкого лица. Высокие скулы, тонкий нос и заострённый подбородок делали его черты хищными, а в уголках бесцветных губ постоянно держался намёк на улыбку.
Когда мужчина поднимал взгляд от бумаг, в свете факелов становились видны жёлтые радужки с узкими вертикальными зрачками.
Прозвище Змей подходило ему в высшей степени точно. И дело было далеко не только во внешности, о чём прекрасно знали все, кому доводилось иметь дело с лидером Тринадцати.
Перед столом пещеру перегораживала возведённая стена с плотно подогнанной дверью. Змей любил работать в тишине и не терпел, когда его беспокоили без необходимости, поэтому об устройстве кабинета позаботился отдельно.
А вот за его спиной стены не было. Пещера продолжалась дальше, но факелов в той стороне не висело, и уже через пару метров свет окончательно терялся в кромешной тьме.
Что находилось там, разглядеть было невозможно. Однако самого Змея это ничуть не смущало: мужчина спокойно сидел спиной к темноте и продолжал заниматься документами.
Вдоль боковых стен стояли шкафы, плотно заставленные книгами. На некоторых полках тома уже не помещались в ряд, отчего их складывали сверху, а между ними лежали свёрнутые записи и отдельные листы.
Тот, кто рассчитывал увидеть здесь горы награбленного золота и драгоценностей, был бы сильно разочарован. Для бандита подобное увлечение выглядело странно, но Змей всегда считал знания самой большой ценностью.
Золото же было лишь удобным инструментом для их получения. И если ради нужной книги требовалось расстаться с приличной суммой, мужчина делал это без малейшего сожаления.
Обмакнув перо, он вернулся к записям, подводя итоги очередного эксперимента. Последние строки ложились на пергамент аккуратным ровным почерком, когда в дверь осторожно постучали.
Перо на мгновение замерло. Змей медленно поднял глаза, прислушиваясь к тому, как человек снаружи после первого стука не решался повторить попытку.
Плохие вести. С хорошими обычно стучали увереннее, а здесь посетитель явно надеялся, что его вообще не услышат.
Тонкие губы растянулись в хищной улыбке. Бояться было правильно, ведь плохие вести Змей не любил.
— Заходите, — коротко разрешил он.
Поставив аккуратную точку, мужчина отложил перо и положил локти на стол. Сцепил длинные пальцы в замок, опёрся на них подбородком и уставился на дверь, которая начала медленно открываться.
Внутрь вошёл непримечательный бандит, один из посыльных Тринадцати. Обычно на такого не обратили бы внимания, но сейчас мертвенная бледность и мелкая дрожь выдавали его состояние лучше любых слов.
Прикрыв дверь, он до последнего придерживал её рукой, стараясь не издать ни единого звука. О том, насколько хозяин кабинета ненавидит лишний шум, здесь знали все.
Сделав пару шагов, мужчина остановился на приличном расстоянии от стола. Ближе подходить не решился, лишь сглотнул и опустил глаза.
Змей неторопливо прищурился, разглядывая посетителя. Молчание затягивалось, но торопить его до этого момента хозяин кабинета не собирался.
— Рассказывай, Дорч, — с показным добродушием протянул он. — Чего же ты ждёшь?
На секунду посыльному даже показалось, что всё может обойтись. Голос Змея звучал почти приветливо, и Дорч невольно вскинул голову, встретившись с его взглядом.
Узкий вертикальный зрачок оставался совершенно неподвижным. Посыльный тут же уставился в пол, задрожав ещё сильнее.
— В-в-ваше превосходительство, — заикаясь, пробормотал он, — п-пришли новости с востока.
Пот уже собирался на лбу и стекал по вискам. Дорч чувствовал, как рубаха липнет к спине, но даже вытереть лицо не решался.
— Подробнее, Дорч, подробнее, — ласково поторопил Змей. — С какого именно востока и от какого из моих подчинённых?
Последнее слово он произнёс медленно, словно пробуя на вкус. Вручённая ему власть доставляла немало удовольствия, и мужчина вполне был доволен местом, на которое его усадили.
Чего нельзя было сказать о тех, кто это сделал. Впрочем, разобраться с ними ещё успеется, а сейчас гораздо важнее, чтобы эксперименты и остальные замыслы шли строго по плану.
— Кабан… — выдавил Дорч и замолчал.
Он несколько раз шевельнул губами, но