На эту и на ту набью тебе тату. Том 4 - Игорь Алмазов

— Покажу, — кивнул я.

Я достал набросок. Валера взял лист и долго его разглядывал.

— Гравюра, — наконец сказал он. — Так я и думал. Сложный эскиз, здесь надо строго следить за чёткостью линий.

— В этом и смысл, — кивнул я. — А ты что готовишь?

Валера порылся в рюкзаке и достал свой эскиз. Сложный цветной рисунок в татарском стиле. Сокол, вокруг которого был орнамент из тюльпанов. Он выглядел красиво, но явно был непростым.

— Татарские узоры, это же моя тема, — сказал он. — Мягче, чем твоя гравюра. Но ошибиться тоже легко. В орнаменте каждая линия должна быть на своём месте. Иначе можно потерять весь узор.

Он принялся подробно описывать, что означает каждый элемент.

— Гравюра сложнее, — заметил я. — Штриховка держит форму и тон одновременно. И можно легко объём потерять.

— Ой, да ладно! — Валера махнул рукой. — Ты можешь просто копировать со старых мастеров. А орнамент нельзя просто скопировать, его чувствовать надо.

Мы проспорили ещё полчаса. В итоге сошлись на том, что оба стиля сложны, каждый по-своему. А победит на чемпионате тот, кто лучше владеет именно своим стилем.

И разошлись спать.

* * *

Утром в четверг я сходил на практику, и пришёл в студию. Валера отправился по каким-то своим делам, но обещал зайти ко мне в гости.

В студии у меня была новая запись. Мужчина лет сорока, с дорогими часами на запястье. Он сел напротив меня, помолчал, собираясь с мыслями, и заговорил.

— Меня зовут Александр, — представился он. — Я бизнесмен. У меня три компании, и в совокупности под моим подчинением двести сотрудников. Я привык всё контролировать. А три месяца назад у меня обнаружили рак.

Я не перебивал.

— Диагноз в итоге не подтвердился, — торопливо добавил Александр. — Но именно в тот момент я понял, что контролировать всё я не могу. И хочу татуировку, которая будет мне об этом напоминать.

Я на минуту задумался. И образ пришёл сам.

— Песочные часы, — сказал я. — Но песок в них течёт вверх.

Я нарисовал эскиз и показал ему.

Клиент удивлённо поднял брови.

— Это оптическая иллюзия, — объяснил я. — На самом деле часы просто перевёрнуты. Но зритель видит их так, будто время идёт вспять. Маленький, изящный рисунок без лишних деталей. Вы не можете контролировать время, но можете изменить взгляд на происходящее.

Александр молча обдумал эскиз.

— Парадоксально, — наконец сказал он. — Мне нравится.

«Начертание активно».

Работа заняла три часа. Александр молчал, смотрел в основном в свой телефон.

«Начертание завершено».

«Намерение считано: желание отпустить контроль над тем, что нельзя изменить, и научиться по-другому смотреть на вещи».

«Оценка: Отлично».

«Образ парадоксален и точен. Иллюзия перевёрнутого времени передана хорошо, линии выверены, лишних деталей нет. Присвоено свойство».

«Свойство: „Перевёрнутые часы“. Носитель легче принимает то, что не в его власти. В момент, когда всё кажется концом, он вспоминает, что часы можно перевернуть».

«Прогресс к следующему рангу: 31/50».

Мужчина встал, подошёл к зеркалу. Долго смотрел на предплечье, где песок навсегда застыл в своём невозможном движении вверх.

— Лучший рисунок в моей жизни, — сказал он. — То, что надо.

Он расплатился, и вышел из студии.

* * *

Валера приехал ко мне в студию в шесть вечера.

— Так вот оно какое, — сказал он. — Логово системного татуировщика.

— Почему системного? — поинтересовалась Марина.

— Да это шутки наши локальные, — махнул рукой он. — Меня зовут Валера, я ваш коллега с далёкой Казани.

Я представил коллеге с далёкой Казани Марину, Вику и Лёху.

Они тут же накрыли чай, и мы весело посидели, рассказывая всякие истории. Потом я всех отпустил по домам, а к нам пришёл Соколовский.

Без четверти полночь мы отправились на место.

Разница с прошлым разом была существенной. Тогда я шёл в кирху один и почти вслепую. Теперь у меня были союзники и информация.

Наследники уже ждали. Вместе с Верещагиным, который коротко кивнул нам.

Хранитель пришёл последним. Ильдар Тагирович вошёл неспешно, оглядел собравшихся и остановил взгляд на моих спутниках.

— Я вижу, вы привели союзников, — сказал он.

— Я привёл свидетелей, — поправил я. — И я готов объявить своё решение.

Обе стороны замерли.

— Я не встану ни на вашу сторону, ни на вашу, — я поочерёдно посмотрел на Хранителя и на наследников. — Я не допущу ни уничтожения Осколков, ни их использования для власти. Это моё решение. И оно не изменится.

Повисла тишина. Потом голос подал один из наследников.

— Мы знали, что вы так скажете, — заявил он. — Но кажется, вы не успели поинтересоваться, что конкретно делает артефакт «Игла»? Иначе вы бы подготовились лучше.

Интересный поворот.

Наследник явно ожидал от нас какой-то реакции. Скорее всего испуга, или замешательства. Смотрел мне в глаза в ожидании безоговорочной капитуляции.

Не дождётся.

Я опустил руку в карман и коснулся броши. Активировал «Анализ слабых звеньев».

— Вы сказали, что я не знаю, что делает Игла, — произнёс я. — Так просветите же меня и моих друзей.

Наследник замялся. По его лицу было видно, что разговор пошёл не по плану. Он рассчитывал, что одно упоминание Иглы заставит меня отступить. А теперь ему приходилось объяснять.

— Игла не наносит начертания, — сказал он. — Она их расплетает, и сводит на нет. Вы уже давно работаете с Моноклем, верно, Артём Сергеевич? Представьте, что все ваши клиенты разом лишатся того, что вы им дали. Тот, кто обрёл спокойствие, впадёт в апатию. Тот, кто получил связь с близкими, почувствует себя брошенным. Вы уверены, что хотите это проверить?

Я смотрел на него через монокль. Пока что я не видел моментов, на которые можно надавить. Он говорил правду, Игла действительно умела расплетать начертания.

Но было и кое-что ещё. Я увидел, что Игла представляет гораздо большую опасность, чем они говорят. И они это знали. Уже успели единожды применить Иглу, и результат им не понравился.

Они боятся своего же артефакта.

— Вы сами боитесь своей Иглы, — спокойно сказал я. — Вы её не контролируете. Одно дело угрожать нам и совсем другое — воплощать в жизнь эти угрозы.

Повисла тишина. Наследники переглянулись и женщина едва заметно поджала губы. Это сказало мне больше любых слов, я попал в точку.

— Я объявил своё решение, — продолжил я. — Ни на чью сторону я не встану. Вам придётся с этим смириться.

Хранитель молча наблюдал за происходящим. Кажется, карта с Иглой стала