Князь Андер Арес 13 - Тимофей Грехов

— Нанали, — сказал я, — я сейчас буду эгоистом, но ты же понимаешь, что я не позволю тебе быть ни с кем, кроме себя.

Она приподнялась на локте и посмотрела на меня серьёзно.

— Понимаю, — сказала она. — И если раньше я думала, что со временем ты поймёшь и примешь себя как дракона, наш образ мышления, то сейчас я думаю, что мне никого, кроме тебя, и не надо будет. — Она помолчала. — И уж прости, что напоминаю, но драконы уважают силу, и твоя человеческая жена…

— Дай я скажу, — перебил я.

Она замолчала.

— Я знаю, что драконы уважают силу. Ты мне это говорила слишком часто за последние время. Твоя мать сказала мне сегодня то же самое, только другими словами. В общем, вы как были хищниками, так и остались. — Хотелось сказать животным, но это никак не раскрывало сущность драконов. Они просто были другими.

Она открыла рот, но я поднял ладонь.

— Это не упрёк. Вы такие, и я это принял, когда женился на тебе. Но послушай, что я думаю… Не стоит зацикливаться на культе силы. Если у человека нет искры, это не значит, что он слаб.

Я сел и стряхнул песок с плеч.

— На той планете, куда меня закинул Януш, магии совсем нет. Там нет одарённых. И они там живут, строят города, воюют и мирятся. Они слабые по вашим меркам. Все до одного. А Соня ушла сюда со мной, по сути, ничего не зная о Грее. Она оставила свой дом, своих родителей и пошла за мной в мир, где ей место на кухне. На той планете у неё было будущее, и отец имел высокий статус. Но она здесь… разве это, по-твоему, слабость?

Нанали молчала.

— Сила, которую вы уважаете… её получение во многом зависит от того, кем ты будешь рождён. — Я сделал паузу. — Скажи, Бель была «С» ранга. По сравнению с тобой она была слабой. Но она рискнула ради моего спасения. Разве она кажется тебе слабой? А Афина с Еленой? Они, по сути, принесли себя в жертву… Может в твоих глазах Соня сделала меньший подвиг, но не для меня. И если вы, драконы, не видите этой силы, то это ваша проблема. Не их.

Я говорил и слышал себя со стороны. Прагматик из меня сейчас был так себе. Но я и не хотел быть им… я просто хотел, чтобы она поняла.

— И ещё одно. Я не собираюсь заводить гарем ради продолжения вашей расы. Пусть твоя мать думает, что хочет. Соня со мной, потому что я её люблю. Ты со мной, потому что я тебя люблю. Точка. Если Дорак и Рейна считают это позором, пусть скажут мне это в лицо. То же самое касается и остальных драконов.

Нанали смотрела на меня, и уголки её губ дрогнули.

— Ты злишься, — сказала она.

— Я устал, — ответил я. — Меня не было год. Я вернулся, и первое, что я услышал от жены, что я её позорю. Конечно, я злюсь.

Она села рядом со мной и положила голову мне на плечо.

— Я тебя услышала, — тихо произнесла она. — Не обещаю, что пойму сразу. Но услышала.

Мы посидели молча, пока Сая почти не покатилась за горизонт.

— Ты сказал в замке Арес, что отправишься на корабль, — произнесла она.

— Пойду.

— Это опасно.

— Другого пути я не вижу. Ты сама говорила, что телепортация на борт заблокирована, и драконы это проверили*. Значит, попасть туда можно только так, как туда попадают все… через трап.

(От автора небольшое напоминание: это происходило на другой планете, на которой драконы оказались после исхода.)

— А если тебя опознают? — посмотрела мне в глаза Нанали.

— Не опознают. Ты видела, как я меняю облик. Никто на Грее и на их кораблях не знает, что Андер Арес очнулся. Для них я один из тысячи. Одарённый простолюдин, которого забрали на двадцать лет службы.

— Карус будет стоять у трапа. Он следит за тем, чтобы никто не пытался обмануть фриранцев. А заодно он читает мысли правителей, что сопровождают рабов.

— Пусть стоит. Ты сама сказала, что он чует хуже, чем чары фриранцев. Тем более я теперь знаю, что надо подкорректировать.

— А на самом корабле? Если у них есть арка, как та, через которую они проводили дев?

Об арке я думал. Монтез и Райко попытались обмануть фриранцев подменой, и арка вычислила десять девушек из тысячи. Значит, она смотрела глубже, чем одежда и бумаги. Но что именно она смотрела, я не знал. Может, кровь. Может, что-то, чему на Грее не было названия.

— Если есть арка, — сказал я, — я с помощью сканирующих чар постараюсь понять, что она проверяет. Для полной уверенности я прочту мысли фриранцев. В общем, разберусь.

Она подняла голову.

— И что дальше? Ты попадёшь на корабль. И что будешь делать?

Я замолчал и стал подбирать слова.

— Нанали, я не знаю, как их победить. Вот честно… не знаю. У них тысячи кораблей. Возможно, я попытаюсь выйти на их императора и попробовать договориться с ним. Но для этого надо знать, что можно ему предложить взамен. Или напугать, но опять же надо знать, чего они боятся. Возможно, в космосе… на других планетах есть их враги и попробовать договориться уже с ними. — Я сделал паузу. — Пока я ничего не знаю, но рассчитываю найти ответ в их базах данных или в головах офицеров. Ни того, ни другого я с планеты не узнаю.

— Допустим, ты получишь информацию, а что дальше? Ты останешься там? Полетишь с ними?

— Скорее всего, да, — покачав головой ответил я. — Ведь я должен найти Афину и Елену. А там буду действовать по обстоятельствам.

— Ты говоришь, как Сэм, — сказала она. — Он тоже всегда говорит «решим по ходу».

— Сэм у нас глава рода… и планирование не его сильная сторона.

Она усмехнулась, но улыбка быстро сошла с ее лица.

— А если ты не вернёшься?

— Вернусь, — ответил я. — Не сразу, но обязательно вернусь. Ты только дождись меня, и Соню не обижай.

Она снова положила голову мне на плечо, и я обнял её. Ветер с океана становился холоднее, и я поставил вокруг нас купол тепла.

— Есть ещё кое-что, — произнёс я. — Об Арес.

Нанали не шевельнулась, но я почувствовал, как она напряглась.

— Я не знаю, что с ней делать, — сказал я, при этом понимал, что в поединке против Арес у меня нет шансов. По