Князь Андер Арес 13 - Тимофей Грехов

— Ну как? — спросил я, подходя.

— Пять лавок, — ответила она. — Четыре платья… ужас! Два часа мне объясняли, как в них садиться. А потом одна из твоих невесток сказала, что вырез слишком смелый, и всё переделали.

— Которая?

— Я их пока путаю, — она понизила голос. — Они весь день смотрели на меня, как на диковинную зверушку. Но кормили вкусно.

Я оглядел её с головы до ног.

— Красиво выглядишь.

— Я знаю, — сказала она и взяла меня под руку.

Я усмехнулся. Соня за комплименты благодарить не умела, она их принимала, как должное.

В гостиной тем временем накрывали на стол. Мария и ещё две служанки расставляли приборы, Планше стоял в дверях и считал глазами стулья. Бутылку, которую мы с братьями уговорили почти до дна, кто-то успел убрать, и на её месте стоял кувшин с вином. Я снял иллюзию, и Мария, проходя мимо, опять задержала на мне глаза и опять их опустила.

Сели за стол не сразу.

Женщины ушли переодеться с дороги, и мы с братьями успели перекинуться ещё парой слов о фриранцах, когда на лестнице раздались шаги.

Нанали спускалась медленно.

Платье на ней было золотым. Приталенное, с открытыми плечами, оно сидело так, что я на секунду забыл, о чём говорил Сэм. Ткань отливала при каждом шаге, как чешуя, и я подумал, что его она выбрала нарочно. Белые волосы были подняты и заколоты, шею она оставила открытой. Мишель присвистнул. Сэм ткнул его локтем.

Она прошла вдоль стола, не глядя по сторонам, и села по правую руку от меня.

Соня вошла через минуту.

Платье она сменила на другое, из купленных— светлое, с вышивкой по вороту. У порога она нашла взглядом Нанали. Та подняла глаза, подержала на ней взгляд ровно столько, сколько держат на мебели, и вернулась к бокалу. Соня глаз не опустила, обошла стол и села на пустой стул слева от меня.

Друг другу они не сказали ни слова.

И заметил, как Вероника прятала улыбку в бокал. Сэм делал вид, что ничего не происходит.

Подали ужин. Запечённое с травами мясо, речную рыбу, свежий хлеб, овощи, каких я на Земле не встречал.

— Какие планы на завтра? — спросил Мишель, когда первый голод был утолен.

— Завтра с утра займусь созданием резонатора, — ответил я, — и отправлюсь к Вефниру. Поболтать.

Вилка Инны звякнула о тарелку и упала на пол. Соня покосилась на вилку, потом на меня.

Я оглядел стол. Вероника замерла с кубком у губ. Аяна глядела на меня, словно я предложил сходить искупаться в Пустошь. Сэм медленно отложил нож. Нанали слышала это ещё на острове, и всё равно её пальцы на ножке бокала побелели.

— Я помню, что ты против, — сказал я ей негромко.

— Я и не говорила, что передумала, — ответила она, не поворачивая головы.

— Андер, — произнёс Мишель и отодвинул тарелку. — Мы все понимаем, что ты сильный. Правда. Но Вефнир… это ФИНАР! А ты говоришь так, будто собрался заглянуть к соседу в гости.

— Примерно так и собрался.

— Он тебя уже один раз чуть не убил.

— Тогда я был слабее. — Я помолчал. — И тогда я пришёл драться. Сейчас я иду разговаривать. Мне от него нужен ответ, а ему от меня нужно, чтобы я не трогал его зов. Предмет для беседы у нас есть.

Соня слева наклонилась ко мне.

— Это который крадёт людей? — спросила она вполголоса.

— Он, — я не стал вдаваться в подробности, что зовом оказались чары телепортации, с помощью которых человек перемещался в тюрьму Вефнира. Призванного там мучили, получая сильные эмоции, с помощью которых разрушали печати, сдерживающие финара в другом измерении. Раньше я думал, что зов основан на чарах аватара, но позже понял, что это не так.

— Понятно. — Соня отпила вина. — Судя по лицам, здесь это считается плохой затеей.

Мишель откинулся на спинку стула и молча уставился на меня.

Мысль эта пришла ко мне вечером, пока я рассказывал братьям про Землю, и теперь я покрутил её ещё раз. Удовольствия она не доставляла, зато была правильной.

— Думаю, тебе стоит отправиться со мной, — сказал я ему.

— Мне? — Мишель моргнул.

— Я покажу тебе, где его усыпальница.

— Но это же опасно! — Аяна схватила мужа за рукав.

Инна ничего не сказала.

— Аяна, — сказал я, — с его способностями и некоторыми мерами предосторожности он справится. Он маг тени. Если что-то пойдёт не так, он уйдёт оттуда раньше, чем кто-нибудь успеет на него посмотреть. Но показать, где тюрьма, я должен. На случай, — сделал я паузу, — если мои поиски Афины и Лены будут слишком долгими.

Вероника опустила кубок. Сэм накрыл её ладонь своей, как делал днём в гостевой, и она не отняла руку.

Что значит «слишком долгими» никто не переспросил. Если я улечу с фриранцами и задержусь на годы, кто-то из рода должен знать, где заключён финар.

Мишель перевёл взгляд с Аяны на Инну, потом коротко выдохнул.

— Завтра буду готов, — сказал он.

— Ну и отлично, — я подцепил кусок рыбы. — И принеси мне в лабораторию каразит. Много не нужно, хватит на два камня.

— Два?

— Второй пойдёт в дело. Первый останется в лаборатории, образцом.

Он кивнул.

Сэм прочистил горло.

— Андер, — сказал он, — не пойми меня неправильно…

Он крутил в пальцах ножку бокала и глядел в скатерть, и я понял, что ему самому не по вкусу то, что он собирается сказать.

— Наш род во многом удержался на плаву благодаря тому, что зов вернулся, — произнёс он. — Я знаю, как это звучит. Но это так. Зов крадёт людей по всему миру и всем снова нужны арихалковые накопители. Мы снова продаём их по всему миру. Ирвенту, Церкви, гномам, Хану… всем, кто платит. А заряжать их может только наш род. — Он поднял на меня глаза. — Это фактически наш рычаг давления на короля Олега. Пока зов работает, Олег не может нас тронуть, потому что иначе его города останутся без защиты. Если ты завтра заглушишь Вефнира…

Он не договорил.

Я молчал. Я его понимал. Глава рода обязан считать и такое, и за год без меня Сэм научился считать. Осуждать его я не собирался.

— Глушить его я пока не собираюсь, — сказал я. — Завтра я иду торговаться. Что будет с зовом дальше, зависит от того, что Вефнир мне ответит.

Сэм кивнул. Потом перевёл взгляд на Инну.

— Ты же понимаешь, — медленно произнёс он, — что о том, что ты слышишь за этим столом…

— Да, — ответила Инна.

Она сказала