Третий. Том 7 - INDIGO
Сумку требовалось открыть. А с руками за спиной это представлялось непростой задачей.
Наконец, пальцы нащупали застёжку, простую вроде. Несколько секунд возни с застёжкой и она поддалась, открываясь со слабым щелчком. Внутри сумки на ощупь сейчас была единственным доступным мне инструментом, поскольку видеть собственные руки за спиной я не мог даже с новым зрением. В сумке обнаружилось несколько предметов: что-то узкое и металлическое, похожее на нож в чехле, может быть, перочинный нож или что-то подобное; пластиковый цилиндр, возможно, медицинский шприц, может быть, с чем-то важным внутри; что-то, похожее на флешку или небольшой чип памяти. После проверил карманы его комбинезона. Обнаружил там банковский чип и карточку доступа. Всё я достал и разложил на полу. После чего немного отполз и стал рассматривать. Особенно меня порадовала карточка доступа, которая могла открыть двери и возможно дать мне свободу движения по этой подземной системе. Всё остальное выглядело как откровенный хлам. Самое плохое, что среди вещей не обнаружилось ножа.
Молодой лежал чуть дальше, метрах в пяти, скрючившись у самой стены туннеля, в позе эмбриона, прижавшего колени к груди в попытке защититься от чего-то, от кого-то, от самой смерти, может быть, или от взрывной волны. Подполз ближе и остановился, замерев. Грудь его, в отличие от первого, двигалась неровно, прерывисто, с присвистывающим хрипом на каждом выдохе. Этот был жив. Или скорее всё ещё жив, но оставалось ему недолго. Находился он в состоянии между жизнью и смертью.
Присматривался к нему несколько секунд, оценивая его состояние и опасность исходящую от него. Этот оказался моложе, чем я предполагал по голосу, намного моложе, лет двадцати с небольшим, не больше, может быть, даже ещё моложе.
В момент меня осветило ярким светом, и я зажмурился и отвернулся от слепящего света. Это позволило мне хорошо рассмотреть его лицо. Оно было перекошено гримасой боли, на лбу кровоточила рана, кровь текла по спутанных, потемневших волосам. Один рукав был разорван, и под тканью можно было рассмотреть неестественный изгиб предплечья, явный перелом, но скорей всего множественные переломы. Одновременно я вспомнил его. Он был одним из охранников секции, где находилась моя камера. С ним я никогда раньше не пересекался, но пару раз мельком видел, проходя мимо поста охраны. Заметил, что на поясе молодого тоже находилась сумка, а в кобуре оружие, то самое, которое он проверял ранее, видимо, удержалось в кобуре при взрыве. Я не стал тянуться за оружием, оно у всех охранников было на индивидуальных блокировках, об этом знали все заключённые в колонии. Да со связанными руками за спиной от оружия толку было немного. А то, что эти двое охранники я уже понял давно. Простые заключённые не могли вытащить меня из камеры и притащить сюда. Да карты ключи были только у охраны.
Охраннику свет тоже не понравился. Он тихо застонал, веки его дрогнули. Он явно приходил в себя. Чем меня удивил, ведь я думал, что он уже готов отправиться на перерождение следом за приятелем.
Сам я ничего не предпринимал. Во-первых, яркий свет резал мне глаза. Во-вторых, я никак не мог понять, кто нас освещает. Несколько секунд охранник оставался неподвижным, а затем глаза его открылись мутные, плывущие, не сразу способные сфокусироваться. Он смотрел куда-то сквозь меня, и по лицу было видно, он не понимал ни кто я, ни что здесь происходит. Честно говоря, я понимал не больше его.
Свет слепил. Да и я, хотя и почти сразу отвернул голову, но тоже почти ничего не видел. После темноты завала любой источник света казался мне настоящим прожектором. Я зажмурился, отвернулся и лишь потом, медленно, стал приоткрывать глаза, давая им время привыкнуть. Когда пелена рассеялась, я разглядел силуэт. Невысокий, угловатый, с характерным угловатым корпусом и парой манипуляторов, безвольно свисающих по бокам. Дроид. Самый обыкновенный горный дроид, один из тех, что гоняют в колонии на разведку и проходку тоннелей, когда его хозяева не хотят лезть в них сами, опасаясь нарваться на обвал. На груди у него горел жёлтый индикатор, а вверх тянулся тонкий прут антенны. Судя по всему, дроида прислали выяснить, что здесь произошло. Ключевой вопрос заключался в другом, ведь я знал, что с помощью вот таких дроидов и через эти тоннели в колонию доставлялась разная запрещёнка. Этим занимались явно охранники, и меня тащили тоже охранники…
Дроид стоял на месте, объектив камеры на его груди медленно, с тихим зудением, переползал с меня на охранника, потом на осыпавшийся свод, потом снова на меня. Всё, что я сейчас сделаю или скажу, уйдёт куда-то на сервер, и через час какой-нибудь разумный в чистой комнате будет просматривать это, прихлёбывая что-нибудь горячее. От этой мысли стало неуютно, хотя ничего запретного я не совершил.
Откуда он приехал, гадать не приходилось. А вот кто его отправил, здесь было не обойтись без размышлений. Охранники однозначно. Вот только те, что вместе с этими двумя, или те, что остались верны начальнику колонии. Вопрос был сложным. По их действиям было сложно определить. Ведь и те и другие действовали по одному шаблону. Сами не пойдут проверять, сначала пришлют железку. Пускай проверит, что тут уцелело, а что нет. Если железка вернётся — значит, можно идти следом. Если не вернётся, подумаешь, корпорация понесёт небольшие убытки. Она не обеднеет.
Отчитался дроид, видимо, молниеносно. Не прошло и пары минут, как послышался гул электромоторов, и со стороны, откуда мы пришли, показались силуэты багги. Охрана колонии. Причём не обычная, а вооружённая до зубов, словно их вызвали не на спасательную операцию, а на штурм укреплённого района. Стволы торчали из всех багги, а охранники, спрыгивая на ходу, разворачивались веером и явно готовились к бою.
Вот только с кем они здесь собрались воевать?
— На колени! Руки на затылок! — рявкнул один из них, наводя на меня оружие.
В ответ только тяжело вздохнул. Руки, стянутые за спиной пластиковой стяжкой, приказ выполнить никак не могли.
— Вы идиоты, — сказал я вслух, стараясь, чтобы голос звучал как можно более устало. — Я и так связан. Каким образом я уберу руки на затылок, если они у меня связаны за спиной? Может, сначала развяжете, а потом я подумаю, куда их деть?
По цепочке охранников пробежал шепоток. Кто-то, похоже, растерялся, не зная, как реагировать на такую наглость со стороны заключённого, который только что выбрался живым из-под обвалившейся породы. Кто-то