Великий диктатор 1-5 - Alex Berest

— Делай с ним, что хочешь, — как-то обреченно согласился со мной Антон Кряков. — Только пусть матери письма пишет. Хоть раз в месяц. Ладно, спасибо тебе за участие и за помощь. Пойду я. А то отпросился со службы всего на три дня. А ты, — Кряков уставил указательный палец на офигевшего от происходящего сына. — Ты даже не вздумай подвести господина Хухту. Понял меня?

— Да, отец, — мальчишка вскочил со своего места. — Но как же…

— Сядь, Тим, — припечатал я строгим голосом. — Сейчас найдём тебе наставника. Малость подучишься и будешь проходить практику на моём поезде. Курьером или стюардом. Я путешествую много, вот и посмотришь на другие города. — И вызвал по селектору Тойво Антикайнена.

Но первым, вместо Тойво, в мой кабинет просочился Микка Йокинен и тут же столкнулся c попытавшимся выйти Антоном Кряковым.

— Ой, дядька Антон! Давно не виделись! — радостно вскричал мой кузен и полез обниматься с бывшим гальванёром. — Как у вас дела? Как там мои родичи? Давно их видели?

— Привет, Микка. Твоих? Да, видел недавно. Вроде всё у них нормально. Я, вон, за сыном приехал. Опять сбежал паршивец. Матти пообещал взять его на перевоспитание, — скороговоркой пробормотал всё это мужчина и, ловко разминувшись с Антикайненом, покинул мой кабинет.

— Салют, мелкий, — кузен выставил вперёд свой кулак и мальчишка тут же стукнул по нему своим, в «секретном» пионерском приветствии.

Как-то, ещё в прошлом году, мой главный редактор «Пионерской правды» Юхо Эркко насел на меня с просьбой написать рассказ. А то, мол, я давно уже ничего не публиковал для пионерии. Да я и сам чувствовал, что нельзя терять контакт со своей организацией. Пришлось писать. Вернее, пришлось перелопачивать старые записи в поисках подходящего сюжета. И такой, естественно, нашёлся.

За основу рассказа, я взял произведение Николая Носова — «Мишкина каша». Сюжет пришлось значительно менять, чтобы подогнать его к текущему времени и реалиям. Рассказ получился весёлый и поучительный о том, что даже самое простое дело требует сноровки, опыта и знаний.

Сразу после публикации в газете, редакцию засыпали письма от пионеров с описаниями подобных случаев и предложениями о добавлении в список испытаний кулинарию. А кроме всего прочего, я впихнул в сюжет некое секретное пионерское приветствие — жест, при котором два человека соприкасаются кулаками. И, неожиданно, оно стало очень популярно в пионерских отрядах. В январе 1916 года, по сюжету этого рассказа, Карл Стольберг снял звуковой фильм, и новое приветствие стало распространяться и среди простых обывателей.

— Тойво, вот этого пионера, — я указал появившемуся в моём кабинете Антикайнену на младшего Крякова. — Бери под свою опеку и готовь как младшего адъютанта и стюарда. Или поручи его подготовку кому-либо. Кто у нас сейчас этим занимается?

— Джиро Хонда. Я его найду и приглашу сюда. Что с парнем делать? У вас оставить или в гостевую комнату отвести?

— Погоди, Тойво, — остановил моего секретаря кузен. — Дай я сам сначала с мелким поговорю. Хорошо?

Я согласно кивнул на вопросительный взгляд Антикайнена и тот, пожав плечами, вышел, не забыв мне напомнить.

— Через пять минут приедут Гюллинг и Усениус.

— Спасибо, Тойво. Как только появятся, запускай их в кабинет.

— Опять сбежал? — тем временем Микка принялся допрашивать младшего Крякова. — А откуда у тебя нашивка за парашютные прыжки? Ты же вроде высоты боишься?

— Я пересилил себя. Я же не слабак. Я смог…

— Отлично! — перебил мальчишку кузен. — Слушай, а выйди-ка на середину кабинета. Ага. Вот сюда. И прими позу, как будто ты стреляешь из винтовки стоя.

— Зачем? — удивился мелкий.

— Вот, это тебе вместо винтовки, — Микка вручил мою указку, вконец растерявшемуся парнишке. — Совсем распоясался? Делай, что тебе приказывает член совета пионерских дружин!

— Так точно! — получив окрик, Тимофей тут же принял позу как будто целится в мишень, но всё равно нервно косил в нашу сторону глазами.

— А теперь, смирно! Винтовку к ноге! Направо! Налево! Кругом! Матти, а отдай его мне на месяц. Зачем мне сторонних детей к рекламе привлекать, да ещё и платить им, если есть Тим?

— Ха! Думаешь сделать из него самое узнаваемое лицо Суоми? Да забирай. Но только на первую половину дня. Во вторую он будет обучаться у младшего Хонды и Усениуса. И плати ему хоть что-то, чтобы у него карманные деньги хотя бы на пончик были.

— Пф. Обойдётся. Ему и так первому в княжестве все новинки достанутся. О, смотри какая у Тима мордаха перепуганная и одновременно удивлённая, — кивнул на мальчишку Микка.

— У тебя была точно такая же, когда ты сидел наверху токарного станка, — мне невольно вспомнилось одно давнее происшествие.

— Не помню. Ты про что? — искренне удивился кузен.

— Я про тот день, когда мы запустили первый раз наш двигатель, и он поскакал на тебя. Ну, когда нам помогал Мауно Уотила.

— А! Точно! Ха-ха! Я тогда чуть не обделался. Вы-то по бокам двигателя стояли, а я же прямо напротив него. Жуть. Но ты, Тим, не бойся. Там все проще и сложнее одновременно. И никаких двигателей.

— Так, ладно, хватит тут ребёнка пугать. Тим, дядя Микка хочет, чтобы ты опробовал несколько наших новых моделей одежды, формы и обуви, — пояснил я пацану и, подойдя к нему, отобрал у него указку. — Побудешь фотомоделью. Да не делай ты такие круглые глаза. Это не больно. Просто, именно твои фотографии в этой одежде будут напечатаны в качестве рекламы во всех газетах и журналах княжества. Ну, и на листовках, в каталогах и на вокзалах. Короче, везде. Чтобы нашу продукцию покупали лучше. Скоро, ты станешь самым знаменитым парнем страны. Ну и надписи. Например: «так одеваются настоящие финны».

— Отличный слоган, Матти! — кузен одобрительно поднял вверх большой палец. — Я запишу.

— Ладно, Тим, тебе всё объяснят. А я уверен, что ты справишься. А пока что, иди в приёмную и скажи моему секретарю, что поступаешь в полное его распоряжение.

— Да, мой диктатор, — обреченно и в то же время облегченно согласился со мной парнишка и потопал на выход.

— Но ты Тиму всё равно заплатишь за работу, а то тебя наши пионеры живьём и без соли съедят, — погрозил я Микке указательным пальцем.

— Конечно, заплачу. Куда я денусь. Если только мелкий сейчас дёру из твоей приёмной не даст, — усмехнулся кузен. — Сочтёт, что ну его на