Князь Андер Арес 13 - Тимофей Грехов

Я откинулся в кресле и впервые за последние сутки позволил себе подумать.

Пока я всё делал правильно. Тридцать фриранцев видели, как Тук-Ран пил весь вечер, медик подтвердил хрешт и воду в лёгких. Ксарр Тевах прошёл детектор и был вне подозрений. Так что я начал строить план, что делать дальше.

Первым делом надо было влезть в базы штаба и найти, на каком корабле Афина и Елена. С этим всё было ясно. А вот что делать потом, я пока не знал.

Империя фриранцев была огромна. Семнадцать галактик под прямой рукой Харгоша (император), три сотни рас, флоты, которые воюют с машинами на равных, и свои законы на каждой вассальной планете.

И пока что я ни на каплю не приблизился к разгадке того, что они сделали с Карусом. Для меня это было запредельно. По моему мнению здесь требовалась высшая магия, я б даже сказал божественного уровня, вместе с химерологией, да ещё технологиями, рядом с которыми варп-двигатель казался телегой, запряжённой лошадью. Вот только у фриранцев я видел пока что только одни технологии.

Да, они глушили одарённых через кровь, а их датчики улавливали эманации маны. Но за два месяца на «Гхарре» я не встретил фриранца, который хоть раз сам потянул бы ману. Раса без магии держала в рабстве планеты одарённых.

Согласитесь, не изучать МАГИЮ они просто не могли. Слишком большие перспективы она открывала. Значит, изучали где-то там, куда у Тук-Рана и Ксарра допуска не было.

— «Рано лезть в открытую», — сказал я себе, имея в виду план, по которому я всех убью, угоню корабль и спасу своих племянниц. Да, я был силён, но глупость и отвага… в общем, надо было действовать хитрее.

Надо было узнать как можно больше о фриранцах. Как устроена империя, кто в ней за что отвечает, где у них слабое место, и кто их враги. На всё это уйдут месяцы, и я был готов их потратить.

Но поиск племянниц это не отменяло. Это был мой долг, и он стоял на первом месте.

Наконец-то челнок начал торможение, и в иллюминаторе показался нос крейсера.

«Ушх-Каррат» впустил челнок в створ без единого толчка.

Рампа опустилась на палубу, и я сошёл по ней. Память Ксарра уже подсказывала мне, где что находится. Направо от причала, потом по лифту наверх, к штабному сектору. Я прошёл шагов двадцать, когда из бокового прохода меня перехватили.

Фриранка оглянулась по сторонам и поцеловала меня.

Мне пришлось ответить. Она была моложе Ксарра, форма штаба с нашивкой младшего штурмана. Её звали Кирана. Из памяти Ксарра я знал, что она была его подчинённой и любовницей.

— Ты чего так долго? — она отстранилась. — Говорил же, отметишься у родственника и домой.

— Да, там без приключений не обошлось, — ответил я.

Кирана кивнула. Подробности её не интересовали, это я прочёл по мыслям раньше, чем по лицу. На поверхности у неё лежало совсем другое: наградной список, который штаб отправит в конце месяца, и её фамилия в нём.

— Ну так что, идём к тебе или ко мне в каюту?

— Ко мне, — ответил я.

Каюта Ксарра на третьей палубе оказалась не меньше всей казармы нашего звена, с койкой и отдельным душем. Дверь закрылась, и Кирана тут же скинула с себя комбинезон и осталась голой, вернее, в шерсти, но голой. Для фриранца эта разница была очевидной. Она потянулась ко мне.

РАЗУМЕЕТСЯ, СПАТЬ С НЕЙ Я НЕ СОБИРАЛСЯ!

Для меня она была обезьяной, хоть и высокоразвитой. И ничего симпатичного во внешности фриранцев я не находил. Также я видел её поверхностные мысли. Кирана считала Ксарра удобной ступенькой, спала с ним ради хорошей вахты и рекомендации, а в свободные дни бегала к капитану из артиллерийской части и к одному из снабженцев. Ксарр об этом не знал.

— «Мда уж, девочка умеет устраиваться», — подумал я, слегка усмехнувшись.

Я подошёл вплотную, запрокинул ей голову ладонью под подбородок и активировал конструкт.

— Сомнум.

Она обмякла мне на руки, и я уложил её на койку. Потом надрезал подушечку её пальца когтем, выдавил каплю и активировал навык кровь разума. Далее я вложил ей воспоминания о потрясающей ночи и отмерил действия сонных чар до самого утра. Пусть думает, что получила своё. Ранку на пальце я затянул исцелением, следа не осталось.

На всё ушло три минуты. Я переоделся в сухой китель из шкафа, проверил в зеркале морду Ксарра и вышел.

Коридоры крейсера я разглядел только теперь, без Кираны под боком, и от «Гхарра» они отличались сильно.

На авианосце было постоянное движение. Ангары, толпы новобранцев, на полу полосы разных цветов, чтобы «мясо» не заблудилось, дроиды-муравьи под ногами. Там в коридорах всегда кто-то постоянно бежал.

Здесь же было тихо. Если «Гхарр» был вокзалом в час пик, то крейсер походил на штабной бункер, куда меня однажды занесло на Земле.

Мягкий пол с глушащим покрытием пружинил под ногами, и шаги в нём тонули. С потолка шёл холодный голубоватый свет. Коридор делился на отрезки. Каждые сто шагов стояла двойная переборка с силовым затвором и, когда я подходил, электроника считывала коды доступа с наруча.

Я раскинул сканирующие чары, и ощутил по корпусу едва слышную пульсацию, как будто в недрах корабля билось огромное сердце. Хотя, можно сказать, сердце было — варп-двигатель.

Мне захотелось поближе посмотреть на него. Но допуска у меня к нему не было. Так что придётся подождать.

На офицерских палубах переборки были обшиты панелями, похожими на древесную кору, как у деревьев с их лесной планеты. Над дверями кают висели гербы домов. Там, где хозяин каюты был без рода, место под герб пустовало, но таких мест было мало.

Нефриранцев здесь почти не встречалось. За всю дорогу я увидел одного техника с жёлтой кожей, который нырнул в служебный люк, едва меня заметил. Низшие расы на «Ушх-Каррате» жили в отдельных секциях и на офицерские палубы не поднимались.

Дроидов тоже было меньше. Те, что попадались, были гладкими, без лап и манипуляторов наружу, и скользили вдоль стен без звука. На «Гхарре» дроид-паук гремел по палубе так, что его было слышно за переборкой.

У лифта на панели значков я заметил один знакомый символ. Дерево в круге. Опять же, благодаря Ксарру я знал его. «Лесная палуба», оранжерея с деревьями родной планеты и павильонами на ярусах, куда