Пышка в Академии боевых драконов - Дарина Ромм
– Слушай, ну ты сказала! – возмутился он в ответ. – Где ты и где какой-то престол?! Конечно, променяю. И академия тебя ждёт – исполняющий обязанности ректора декан Алоиди подписал приказ, не позволяющий тебя отчислить за прогулы. Но, конечно, тебе придётся напрячься, чтобы догнать одногруппников.
– У меня нет магии, – покачала я головой.
Тёмная бровь Себастьяна приподнялась.
– А Делонго файерболом кто приложил? А мантикору кто оседлал, что за красивая рыжая девочка? Катя-адептка без магии, наверное?
Он вдруг обнял моё лицо и, глядя в глаза, очень серьёзно сказал:
– Катя, я два месяца без тебя не ел, не пил, не спал. Не жил. Потому что люблю тебя и никуда не отпущу, ни в какой твой мир. Поняла?!
– Ты говорил, что мы истинная пара… – вдруг вспомнила я, как Себастьян доказывал это Эуфему. – Поэтому я тебе нравлюсь?
Он коротко дёрнул уголками губ и покачал головой.
– Нет, Катя, мы не истинная пара, я врал Эуфему, чтобы спасти тебя. В нашем королевстве их нет много веков – помнишь, рассказывал тебе про своих деда с бабушкой? Я… люблю тебя и всё, без всякой истинности, – и потянулся к моим губам, намереваясь поцеловать.
Не вышло. Рядом раздалось многозначительное покашливание, и сварливый голос произнёс:
– Что значит нет истинных пар? Это раньше не было, а теперь будут. Потому что у вас появился я, великий Мусака, Хранитель любви! И вообще, Катя, непорядок. Сидишь тут, целуешься,а у тебя котик некормленный страдает!
ЭПИЛОГ
Шесть месяцев спустя
– Штрафной балл за неправильный разворот! Адепт Вознесенская, тебе грохх мозг сожрал, что ты бок незащищённым оставила, нечисти на радость?! Пошла на посадку!
Магистр Брук с досады шмальнул по мне пульсаром, от которого я, впрочем, увернулась. Направила Малыша на площадку для приземлений, сползла с седла, погладила мантикора между ушей и устало скомандовала:
– Беги в вольер. А я получу дюлей от магистра и приду, расседлаю тебя.
Малыш поколебался, но всё же послушался и потрусил в сторону загонов. А я повернулась к мрачному, как туча, преподавателю по тактике боевой магии.
– Вознесенская, ты… – лицо магистра, и так не отличающееся миловидностью, сделалось совершенно зверским. Если бы я не устала до трясущихся коленей и кругов перед глазами, наверное, напрудила в штаны от страха. Но сил на боязнь у меня тупо не было, все их оставила на третьей за день тренировке.
– Вознесенская… – магистр Брук во второй раз попытался выразить своё отношение к моему провалу. – Ты… Ты… Ладно, шмарх с тобой. Вали с глаз моих долой, но завтра чтобы была на летном поле в шесть утра – сам тебя буду гонять, а то де Вейр, смотрю, жалеет.
С досадой сплюнув, Брук пошёл прочь, даже спиной демонстрируя негодование. Ну, понять его можно – на то, сдам я или не сдам переводные экзамены первого курса, в академии не заключил пари только ленивый. И, как мне по секрету шепнул Маврикий, наш препод по тактике боя поставил на меня немалую сумму. Вот и бесило его, что я опять налажала.
– Иди, девонька, отдыхай, а то на тебе лица уже нет. Я твоего зверя сам расседлаю, да напою, – добродушно предложил дядюшка Тим, когда я доползла до загонов.
Поблагодарив доброго старика, я ещё раз почесала ухо Малышу, чмокнула его в шершавый нос и поползла в сторону общежития. Надо было хоть немного поспать перед вечерней тренировкой с Себастьяном. Он по-прежнему каждый вечер гонял меня по стадиону, не жалея ядовитых эпитетов в мой адрес.
Вот как эти мужчины устроены? Сначала обнимает и говорит, что любит, а через полчаса три шкуры с меня сдирает за неправильно сделанные отжимания?
Повздыхав над несовершенством мужской природы, я толкнула дверь комнаты и замерла на пороге. Всю усталость словно корова языком слизала при виде умилительной картинки – Мусака и принц Себастьян де Вейр в обнимку спят на моей кровати. У обоих блаженство на мордо-лицах, а кот ещё и пузыри носом пускает. Такие ми-илые!
Улыбаясь во весь рот, я на цыпочках дошла до шкафа, вытащила халат с полотенцем. Выскользнула из комнаты и пошла к общей купальне – принимать душ в своей ванной, когда рядом Себастьян, не решилась. Проснется и, чего доброго, захочет присоединиться...
Нет, так-то мы с ним вели исключительно примерный образ жизни. Максимум, что себе позволяли, это в укромных местах целоваться, а в людных держаться за ручки.
И если на поцелуях настаивал в первую очередь Себастьян, то публичные переплетения пальцев были исключительно моей инициативой. А пусть все охотницы за принцами знают, что он мой, мой и только мой!
Стоя под тёплыми струями, я размышляла о том, как докатилась до жизни такой – в свой мир так и не вернулась, зато вернулась в Академию Боевых Драконов?
Не сразу, конечно. После встречи с Себастьяном и поцелуя под баобабом подумала недельку, посоветовалась с Марьей и её мужем, и только после этого отправилась в Ландору. Восстановилась на свем боевом факультете и продолжила учебу. Ну как продолжила…
Себастьян не преувеличивал, когда говорил, что первый семестр у боевиков будет лёгкой разминкой по сравнению со вторым. Он даже преуменьшил этот ужас, на мой взгляд. И если большинство моих одногруппников как-то справлялось с навалившимися нагрузками, то я… Я просто выживала, надеясь только, что врождённая везучесть и немного чуда помогут мне переползти на второй курс.
Но не это самое страшное в содеянном мной. Хуже было то, что я сказала Себастьяну, что подумаю насчёт «выйти замуж за принца». И этот момент не давал мне покоя – потому что выходить за него я не собиралась.
Хотя часть законов, принятых во время правления Эуфема, отменили, но закон о престолонаследии нет. Он был очень древним, принятым ещё первыми королями, посему изменению или отмене не подлежал.
И это значило, что никаких послаблений для Себастьяна не будет: если он женится на иномирянке, то трон тю-тю, уплывёт в другие руки.
Вот поэтому я Себастьяна успокоила обещанием подумать над его предложением, но принимать его не собиралась ни под каким соусом! Не могла я лишить его права занять трон. И чувствовала себя собакой на сене - как говорится, "и сама не "ам", и другим не дам". Надо было сразу сказать ему, чтобы ни на что не рассчитывал и начал искать другую жену.