Черновик для Эффы 5 - Владимир Алексеевич Ильин

— Понятия не имею.

— Вот и не узнаешь, — словно язык показала. — Все, сплетни кончились, я снова обиделась. Веди меня к гравилету. Но помни, когда тебя прикуют к кровати, а сзади приставят что-то холодное, кричать мое имя будет поздно!..

— Только его и буду кричать, — кивнул я. — Прилетай, с тобой весело. — Помог я ей выбраться из «Сагиры».

— Ой, столько дел, столько дел… Два покушения за неделю, кстати! — Весело произнесла она, никуда не торопясь.

— Ого… Может, пока дома пожить? — Стояли мы все еще у трапа.

— Да ерунда! Дома на отца тоже покушались. Генералам не нравится конец войны.

— Если что — мое депо, это твое депо. Заезжай.

— Кровать сначала нормальную заведи. И душевую. И я подумаю. Ладно, адрес для грузовичка направлю. Проводи меня.

Правда, и два шага не успели сделать, как сверху с неба скользнул «Сатгард», на этот раз разрешенным автоматикой маршрутом.

Уселся он нагло, прямо перед нами, перегородив дорогу — черный, люксовый, хоть и прошлого поколения. Из люка выбрался широченный мужик лет пятидесяти в рубашке поверх волосатой груди — три пуговицы сверху расстегнуты, на лысой голове солнечные очки, светлые брюки чуть не лопаются от накаченных икр — и вальяжно спустился с трапа вниз. Позади просеменил человек с внешностью бухгалтера — коричневый пиджак в полоску и темные брюки — высокий и тощий, с причесанными поперек залысины седыми волосами, жуликоватым взглядом и папкой бумаг в планшете в полусогнутой руке.

— Ты будешь Тан Савой? — Спросил лысый низким голосом.

— Я.

— Значит, смотри сюда, Тан Савой, — щелкнул он пальцем, и бухгалтер угодливо передал ему планшетку. — Кредит мы твой перед банком погасили, обременение снято. Вот тут подписи ставишь, участок мы забираем. Не подпишешь — девке твоей сиськи отрежем. Все понял? — Уложив ручку поверх бумаги, ткнул он планшеткой мне в грудь.

Я бумаги взял, изучая написанное. Договор купли-продажи, все данные вбиты — подпись и печать под названием нашего соседа-застройщика уже стоит.

Не успел ответить — разумеется, укоряюще, призывая к человеколюбию и разумности, как сверху упал второй «Амташ», и резко стало очень тесно от людей в черной спецодежде с винтовками, крутящих и здоровяка, и бухгалтера, и тех, кто был еще в «Сатгарде».

Людей с неестественно вывернутыми руками закинули в тот же «Амташ», который немедленно взмыл — и рядом вновь стало тихо и спокойно.

— А быстро тут, — почесал я затылок свободной рукой.

— Угроза правящей фамилии — каменоломни на сорок лет, изъятие всей собственности. — Хмыкнула Аллита. — Как там конторка называется? — Заглянула она мне в бумаги. — «НоваГрандСтрой». Мне некогда с ней возиться, дарю.

— Да мне тоже она не упала, — искренне заявил я.

— Э, не-ет, мистер Савой. — Строго произнесла она. — Не смейте уклоняться от ответственности! Там наверняка дольщики и незавершенное строительство. Чтобы ни одной жалобы! Люди должны быть довольны, объекты сданы вовремя. Я проверю.

— Да за что⁈

— Нюх потерял. Вот за это. И вообще — у тебя получается заботиться о людях. — Поправила она мне волосы в прическе. — Тренируйся пока на строительстве. А там еще, может, кто-то убить тебя захочет. Поважнее.

— Я ж не лицо королевской крови.

— Но особо охраняемое. Это, кстати, твое прикрытие было. Не мое. Мое во-он там, — ткнула она в синее небо.

— Они ж с тобой прилетели…

— Ну да. А то бедовые, адрес найти не могут. Пришлось показывать. На тебе кнопочку, — сунула она мне стальной кубик с вогнутой кнопкой на ребре.

— В небе никого ведь другого нет. — Приняв подарок и сунув его в карман, уставился вверх. — Не своих бойцов мне отдаешь? Тогда я не приму.

— Эскорт-эсминец «Аллита» там. — Вздернула она носик. — Новые пушки — прижимают гравитацией к земле. Хочешь попробовать?

— Не хочу.

— Ну, ничего — в следующий раз разозлишь, попробуешь. Все, я улетела, — чмокнула она меня в губы. — Чего замер? А погладить по попе?

— С эскорт-эсминца смотрят…

— Они отвернутся.

Пришлось гладить, да и затянулось это дело чуть.

— Душ и кровать поставь. — Строго указали мне, прощаясь.

На площадке снова стало пусто, разве что Чалыч задумчиво смотрел в небо.

— Чего не подошел, не поздоровался с внучкой? — Приблизился к нему.

— Какой внучкой? — Похлопал он глазами. — Нет, я был бы горд назвать блистательную Аллиту вон Харрит своей внучкой, но это будет совершеннейшая неправда! Да я и не посмел бы никогда! — Возмутился он искренне.

— Ладно. — Не стал я его подкалывать. Это раньше шутки, а теперь можно приговор за такое поднять на пустом месте. — Ее высочество подарила мне местного застройщика.

— Это которого скрутили?

— Угу. У него там дела на севере, камень рубить сорок лет. Так что теперь ты директор «НоваГрандСтроя», — прочитал я название. — Поздравляю с вступлением в должность.

— Но я не могу! У меня забор не достроен! У меня водопровод приедут делать!

— Чалыч, больше некому доверить, — приложил я руку к сердцу. — Ты уж спасай. Подарок-подарком, но велено сроки сдачи домов не срывать. Проверят.

— Я старый и больной человек!

— Разрешаю возвести памятник любому историческому персонажу, очень похожий на тебя.

— Да причем тут памятник! Мне же за чужие просчеты отвечать придется! Это ведь не новый дом в поле начать — это подбивать за всеми концы! — Возмущался он.

— Два памятника, Чалыч. — Там как раз начали освобождать постаменты от памятных статуй ушедшей династии, так что места есть. — И вот этот «Сатгард».

— Да мне и на велосипеде хорошо!

— И получасовое чаепитие с последним Императором объединенных территорий.

— Это как это? — Удивился старик.

— Да на практике случайно вскрыл старую военную лабораторию. Там он вместе с наследником и хранился, «стопнутыми». Чтобы харритцы ядерным взрывом не приложили — типа гарантии. Вот я их и забрал. «Разморожу» — посидите, новости обсудите. Чалыч, ну очень надо!

Императора я не отдал — и говорить о нем не стал. Сразу ведь и остальное к нему подтянется — ученые, ошейник контроля. Любое государство захочет это иметь в своих руках, но как будет использовать? Не хотелось бы увольнять работника раньше времени.

— Эх ты, ну кто ж так истории рассказывает! — Укорил меня старик. — Я же сказал — мягче надо подводить. Что ты сразу — «нашел лабораторию»? А как нашел, почему нашел, кто был рядом? Отчего не забрали себе?.. Вот и ты сейчас — сразу предлагаешь памятник. Надо барельеф сначала слегка похожий на стену — а как засомневаются, к памятнику вести.

— Два памятника и барельеф!

— Эх, молодежь — пропадете ведь без меня… Ладно, гляну я,