Приговор для прокурора - Лана Сергеева

Мне показалось, что мой голос прозвучал громче обычного.

Женюсь...

Слово-то какое непривычное.

Карамелька вскинула на меня глаза, и льдинки в них мгновенно растаяли, пухлые губки распахнулись в ожидании поцелуя.

А кто я такой, чтобы ей отказать?

Еле дождался, пока она поставит пионы в вазу, подхватил её на руки и пошел искать спальню.

— Куда ты меня тащишь?

Вика заливалась смехом, несильно стуча кулачками по моей спине.

— Лужин? А ты не тот ли маньяк, который орудует в соседней области?

— Хочешь выдать меня за маньяка и посадить за решётку?

— Димочка, это же мечта мечты любого прокурора!

— Ну тогда держись, отлюблю тебя в особо извращённой форме!

Конечно же, это была шутка, но мне безумно нравилось видеть её настоящую, смеющуюся.

Бросил её на постель, и ладонь сама заскользила по длинной шикарной ножке, ныряя под ткань домашнего платья.

И меня вдруг словно током прошибло, пальцы погрузились в горячее влажное пекло, пульсирующее и зовущее!

— Ты что, без трусиков?

— Я у себя дома! Как хочу, так и хожу! Погоны, форма и бельё — это исключительно для работы!

Она выгнулась и, схватив за подол платья стянула через голову.

Упругая грудь, словно обрадовавшись свободе, покачнулась, соблазняя меня крошечными коричневыми сосками с уже затвердевшими вершинками.

Ну что за девушка?

Под кожу въелась, пропитала, заполнила, отравила собой до мозга костей!

Барышню сорвало со свистом, так что даже шифера не осталось.

Всё перевернулось: реальность, фантазия, возбуждение...

Сбрасывал с себя одежду с невероятной скоростью.

— Лужин, надо же предупреждать, что в нагрузку к пионам идёт стриптиз! Я девушка впечатлительная, могу и не выдержать такого шикарного зрелища.

— Боже, какие мы нежные... Ты первая начала!

Вика расхохоталась, и мне отчаянно захотелось прижать эту бестию к себе.

Вот такой она мне нравилась больше!

Её веки дрожали, маскируя пульсацию зрачков, а красиво очертанные губы были распахнуты.

Я быстро нагнулся и замер в миллиметре от её лица.

Тусклый свет луны лился через окно, растекаясь по её идеальному телу.

Это было настолько прекрасно, что сердце сначала глухо ухнуло и перестало биться, а когда Вика сама потянулась за поцелуем, оно снова перезапустилось.

Она смотрела на меня так, как будто бы я являюсь последним самцом на этой планете.

Коснулся её кожи и вдохнул её аромат, растекающийся сладким ядом.

Моя тёплая девочка, настоящая, такая хрупкая и беззащитная.

Старается казаться сильной, а сама, вздрагивает от каждого шороха, жмётся, прячется, но при этом готова рвануть в атаку первой и выгрызть своё зубами.

Ливанов сделал большую ошибку, затеяв против Вики нечестную игру.

Но сейчас, когда на ней нет погон, когда нет посторонних, когда она на своей территории, мой маленький ёжик ласково смотрит из-под подрагивающих ресниц.

— Дима...

От этих четырёх букв, произнесённых настолько нежно, рычать захотелось.

По телу словно разряд молнии прошёлся от затылка, поднимая волосы дыбом, до пальцев на ногах.

Подул на её грудь, наблюдая, как стремительно твердеют крошечные сосочки.

Прикоснулся, сжал в ладони, перекатывая между пальцев твёрдую вершинку.

Острые ноготки впились в мою кожу, буквально требуя более тесного контакта.

Обвела мою шею руками и прижалась губами к щеке.

Было по краю подбородка, наслаждаясь трением щетины.

Мои ладони сами скользнули по её спине, пробежавшись пальцами по позвоночнику, и остановились на упругих ягодицах.

Талия умещалась в обхвате моих ладоней.

Ласкал её грудь, наслаждаясь солоноватостью кожи. И это была не прелюдия, не ласка, это была мучительная, невыносимая пытка, но в то же время приятная и сладкая.

Яйца поджимались от возбуждения, член ныл от напряжения, головка пульсировала от приливающей к ней крови.

Мне был нужен её оргазм!

Опустил ладонь между её бёдер, раздвинул их, и окунул в пальцы во благо её возбуждения, распределяя её.

Едва коснулся клитора, Вика вздрогнула на постели, задрожала, поддалась вперёд.

Её ладошка обхватила ствол основания. Я не выдержал.

Просунув руку под её попку, зафиксировал и вошёл сразу на всю длину одним мощным толчком.

Вика вскрикнула, приподнялась на локтях, подставляя для поцелуев свою сочную грудь.

Втянул сосок в рот, прокатывая его языком, и слегка прикусил зубами.

Карамелька подмахивала своей попкой в такт моих толчков, выгибаясь и сжимая меня крепкими мышцами так, что в глазах темнело от удовольствия.

А я не мог оторвать от неё взгляда, еле сдерживался, чтобы не сорваться и не увеличить темп.

Мало было её, жадный был до своей Карамельки.

Как я раньше мог жить без всего этого?

Секс за много лет стал обычной механикой ради сброса напряжения.

Но Карамелька показала мне небо в алмазах.

Это был просто какой-то конец света.

Она превратила то, что за столько лет стало обычной механикой, в эмоциональную бурю, сносящую все преграды на своём пути.

Моя!

Навсегда своей сделаю!

— Женюсь на тебе, Карамелька!

— Женись, Димочка!

— Всё брошу к твоим ногам, веришь?

— Верю!

Последнее слово она прокричала, заметавшись подо мной.

Её тело, сокращаясь на моём члене, задрожало от охвативших её судорог. Карамелька стонала и билась от сильнейшего оргазма.

Это было настолько прекрасно, что я больше не мог сопротивляться бурлящему во всём теле удовольствию.

Сделал последний толчок и догнал свою девочку, излившись в неё горячей струёй.