Любовь цвета клубники - Лия Джей

– Не шевелись. Я помогу.

Сокращаю расстояние между нами до десятка сантиметров. Заставляю Нику опустить руки и позволить мне дотянуться до крючка, застрявшего в волосах. Ситуация до безумия смешная. Но мое тело реагирует совсем неподходяще. Пульс учащается, а руки почему-то начинают дрожать. Кудряшки щекочут пальцы. Тонкий запах духов Ники проникает в легкие и оседает там осколками клубничных карамелек.

Я касаюсь ее. Чувствую кожей ее учащенное дыхание. Она тоже нервничает.

Делая вид, что поправляю кудри, я провожу кончиками пальцев по ее шее. Кожа покрывается мурашками. Она живая, с ума сойти! Не призрак и не плод моего воспаленного воображения!

– Что ты делаешь, Луи?

Насмешливый голос Маттео врезается в спину, будто нож. Вздрагиваю и бросаю взгляд через плечо. Братец проходит из коридора в зал, взъерошивая мокрые волосы. На фоне раскрасневшейся от пара кожи глаза кажутся еще более зелеными и хитрыми. Пока он не выкинул очередной подкол, спешу оправдаться:

– Это не… Я ничего…

Оправдаться не получается.

– Спокойно, малой. Даже не буду спрашивать, что тут у вас произошло.

Он подходит к Нике с другой стороны и окидывает ее изучающим взглядом. Задерживается на талии, подчеркнутой тонким ремешком платья, и удовлетворенно дергает уголком губ. Ника тем временем посматривает на его оголенный торс. Маттео вышел из душа в одном полотенце, которое того и гляди спадет с бедер.

Ловелас хренов.

– Уступи место профессионалу. – Он отодвигает меня рукой. – Поверь, с бюстгальтерами я справляюсь получше тебя.

Недовольно сжимаю челюсть, но Маттео все-таки подпускаю. В ту же секунду он высвобождает крючок из волос и вручает лифчик Нике. Она смущенно благодарит моего братца, снова бросая взгляд на его пресс. Полотенце опасно покачивается, но Маттео успевает подхватить его – в последнюю секунду.

– Как неловко получилось… – он закусывает губу. – Маттео.

Одну руку он протягивает для знакомства, второй – сжимает полотенце. Оно все-таки упало, оголив его зад, и теперь Маттео держит его так, чтобы не показать белому свету еще одно сокровище.

– Ника.

Она улыбается и неуверенно пожимает ему руку.

– Луи. Приятно познакомиться, – машинально выдаю я.

Оба поворачиваются в мою сторону. В воздухе повисает неловкость. Ника бросает взгляд на мои губы, будто не верит, что правильно расслышала сорвавшиеся с них слова.

– Взаимно, – бесцветно произносит она и отводит взгляд.

Черт. Я облажался.

Но, может, оно и к лучшему? Сделаем вид, что мы незнакомы. Так всем будет проще.

– Ты даже не удосужился узнать, как зовут девушку, с которой целовался? – Братец сжимает мое плечо. – Как некрасиво!

Маттео цокает языком, и меня пробирает холодный пот. Откуда он знает?!

– Это ведь ты была свидетельницей, да?

Ника кивает и в растерянности отступает на шаг.

Боже, так Маттео говорил про свадьбу, а не про тот вечер на море! Пора лечиться. Он не мог знать про Турцию. И что я так занервничал?

– Да, Луи – кавалер у нас так себе. – Маттео хлопает меня по плечу. – Но не переживай, Ника. Могу предложить свою кандидатуру. До самолета… – он проверяет время на настенных часах, – еще успеем посидеть в баре. Как вы на это смотрите, сеньорита Фролова?

Ника делает еще один шаг назад, нервно сжимая в руках бюстгальтер.

– Я не Фролова, – выдавливает она, хлопая ресницами. – Наверное, ты подумал, что мы с Аленой сестры? Я просто ее репетитор.

Из-за стены доносится детский голос, протяжный и явно что-то требующий. Я не могу понять, что именно, потому что девочка говорит по-русски.

– А вот и она. Я обещала ей принести чай, но…

– Так давайте попьем чай вместе. – Маттео натягивает невинную улыбку. Неужели его свидание сорвалось? – Тебе, наверное, долго домой ехать. Московские расстояния – сущий ад!

– Ника!

В коридорном проеме появляется девочка лет двенадцати, в домашнем костюмчике с динозаврами. Я узнаю Алену – младшую дочь Фроловых. Она деловито поправляет очки и снова выдвигает какую-то претензию на русском, при этом злорадно улыбаясь и указывая пальцем на лифчик в руках Ники.

– Хорошо, я проиграла, так что завтра пойдем с тобой в кафе, – вздыхает та. – И лучше говори по-английски. Ребята тебя не понимают.

– А, по-моему, у нас отличный коннект. – Алена пожимает плечами, но на английский все же переходит. Она говорит с сильным акцентом, но вполне понятно. – Вон уже чай предлагают нам попить. А знаете, я согласна! – Она хлопает в ладоши и направляется в сторону кухни, ведя нас за собой. – Только есть одно, мальчики. Хотя некоторым это может показаться плюсом…

Она подмигивает Маттео, и наш ловелас в кои-то веки смущается. Заматывает полотенце обратно вокруг пояса. Алена ни капли его виду не удивляется – или просто этого не показывает. Зайдя на кухню, она щелкает чайником, облокачивается на столешницу и наконец произносит:

– Нике не надо домой. Ближайшую неделю она будет жить здесь. Так что нам всем стоит познакомиться поближе.

Мы с Никой переглядываемся. Пожалуй, мы знакомы даже ближе, чем нужно.

Так вот кто занял кабинет…

Стоп. Мы будем жить в одной квартире?!

Да уж, компания собралась что надо: бесцеремонная малолетка, моя девушка и девчонка, с которой я сдуру переспал на море.

Это было подло по отношению к Марте и неоправданно глупо – совсем не стоило угрызений совести, которые до сих пор меня мучают.

Я могу убеждать себя в этом сколько угодно, но сердце не обманешь. Оно ноет не только от стыда. В грудной клетке прячется что-то еще. Что-то, что бьется о ребра, словно штормовые волны, стоит мне краем глаза посмотреть на Нику.

И это загадочное что-то не предвещает ничего хорошего.

Ника

17 сентября

– Когда уже будет влог из Турции?

Аленка вгрызается в пуноппан – корейскую булочку в виде рыбки, – и допрос ненадолго прекращается. За сегодняшний вечер она уже третий раз напоминает про видео с отдыха. Мне приятно, что Аленка ждет его – она с искренним интересом следит за любыми новостями на моем канале, – но я все никак не могу найти в себе силы опубликовать влог.

А что, если Луи увидит?

Теперь для этого ему достаточно просто взглянуть на экран моего телефона, оставленного на кухонном столе. Придет уведомление с блога, и все – пиши пропало! Влог на русском, но название на итальянском: «Rosso, amore, sole».

Интересно, он помнит, откуда эти слова?

Задумавшись, я слишком сильно сжимаю стакан, и бабл-ти, поднимаясь по трубочке, брызгает мне в нос.

Черт!

Тянусь за салфеткой. Благо официант