Бывшие. Лед прошлого между нами - Катя Озерова

— Кто отберет шайбу, получит годовой абонемент на все игры. Кто отберет дважды, познакомлю с моделью нижнего белья, — заскакиваю на лед. Отец закатывает глаза, не одобряя мои понты. Но мне плевать, я жажду агрессивной игры, крови. Я хочу укататься так, чтобы меня выносили.

Парни замирают, но просыпаются быстро, окружают как голодные волки. И кажется мне, вторая часть приза им даже желаннее, чем первая. Молодо-зелено. Не понимают они во сколько им эта моделька может встать. Но, мое дело предложить. А расхлебывать будут сами.

После рубилова на катке еле выползаю. Парни выглядят какими-же вымотанными, но двое определенно счастливы. Зубову достался абонемент, Костюкову знакомство со столичной барышей.

Киваю отцу, чтобы присмотрелся к Костюкову. У него точно есть потенциал.

— Мать ужин готовит, — отец остановил меня на выходе из раздевалки, — чего ты в гостинице ютишься? Или дома плохо?

— Не плохо, завтра заеду.

— Ты напряженно играл, — он хмуро осматривает мое лицо, — случилось что?

— Пока нет. Давайте парни, до встречи, — жму руку молодняку, — поеду я, отец, дела.

Прощаюсь с ним и возвращаюсь в гостиницу, ужин заказываю в номер. Мандраж нарастает с каждой минутой, как я покинул лед. Я бы еще как раньше и ночью покатался.

— Что узнал? — Без расшаркиваний спрашиваю у Олега, когда он звонит.

— Что ты и просил, — он цокает, — девочке два года. Родилась в ноябре двадцатого. В графе отец прочерк. Адрес сейчас скину.

— Спасибо, — вешаю трубку.

Прочерк.

Отсчитываю по дате, Стефания спокойно может оказаться моей.

Моя?

Твою мать, все тут спятили что ли?!

Почему мне никто не сказал?

Смотрю на часы — шесть. Хватаю куртку и еду по высланному Олегом адресу. Паркуюсь на углу дома, осматриваюсь. Два панельных дома буквой «П», внутри нет ветра и установлена большая детская площадка. Горки, песочница, турники. Мамочки болтают на лавочках, детвора носится у них на глазах.

Взгляд цепляется за Алену, увлеченно разговаривающую с другой девушкой. Та показывает ей что-то в телефоне, смеется. Не таясь иду ближе. Замечаю розовую курточку Стефании среди детей в песочнице. Мышка увлеченно капает песочек.

Всего скручивает от напряжения, кожу в пальцах покалывает иголочками. Я так не волновался кажется никогда в жизни. Присаживаюсь рядом на корточки и заглядываю ей в личико:

— Привет, Стефания.

*Алена*

— Обожаю море, — Маринка жмурится. Она уже полчаса рассказывает мне об отпуске, из которого они недавно вернулись. Показывает красочные снимки, детей счастливых.

Радуюсь за нее и мечтаю, что мы со Стефанией тоже когда-нибудь на море съездим. Я обязательно накоплю на поездку, как только на ноги встану.

Взглядом сканирую песочницу, в которой возится дочка, и обмираю. Рядом со Стешей знакомая мужская фигура в кожаной куртке нараспашку. Илай присел на корточки и не отрываясь смотрит в лицо моей дочки. Нашей дочки.

Что?

Зачем?

Как он здесь оказался?

Откуда узнал, где я живу?

— Алена, что случилось? Ты побледнела. — Маринка убирает телефон. — Оу, а кто это рядом со Стешей? Это же… — ее глаза округляются, становясь размером с блюдце, — Басов. Илай Басов, да?

— Извини, я отойду, — еле переставляя непослушные ноги, ухожу, направляясь к Илаю и Стеше.

— Красиво вышло, — Илай помогает дочке поднять пластиковое ведро, под которым идеальный куличик из песка.

— Ува! — Стеша хлопает в ладошки, — мама!

— Я здесь, — старательно растягиваю губы в улыбке, чтобы дочка не поняла, что что-то не так. Растерянно перевожу взгляд на Илая. — Что ты тут делаешь?

— Ты так стремительно убежала, что я решил догнать. — Басов не отрывает взгляда от дочки. Уголок его губ трогает отнюдь не добрая улыбка.

— Мы спешили, — тревожно сглатываю.

— Конечно ты спешила, и я даже знаю причину, — он резко поднимается, становясь на голову выше меня. — Кто отец твоей дочери, Алена? — Басов нависает надо мной.

— Тебя не касается, — стараюсь говорить уверенно, но внутри вся дрожу. Он же не за этим пришел? Не может быть.

— Правда? Она похожа на меня! — рычит мне в лицо. Грудь в белой футболке ходит ходуном, показывая, насколько Басов напряжен и зол.

— Мама, паси гуять! — доченька надувает губки. Бросает лопатку и выбирается из песочницы, отряхнув ручки и вытерев их о курточку. — И ти с нами паси, — бесхитростно улыбается Илаю.

— Дядя уже уходит, — мотаю головой.

— Я никуда не уйду, — двигается ближе, словно забирая весь воздух вокруг, и я начинаю задыхаться, — она моя!

— Ты себе все придумал, — завожу дочь за спину, чтобы спрятать. Но разве спрячешь теперь? — Возвращайся в Москву к жене и фанатам. Ты же за этим уехал. А сюда больше не приходи. Тебя здесь никто не ждет, — отчаянно шепчу. Разворачиваюсь, но локоть оказывается в цепком захвате.

— Я заявлю свои права на отцовство, — шипит мне в ухо. — Ты не имела права прятать ее от меня! Как ты посмела, Алена?

— Пусти! — дергаю руку. — Ты пугаешь Стешу.

Басов шумно дышит, со свистом. На скулах играют желваки. Он быстро облизывает губы, оскаливается. Но потом резко вдыхает и прикрывает глаза, будто бы борясь с самим собой. Пальцы на моей руке разжимаются.

— Будь благоразумна, Алена. Не препятствуй! — хрипит сквозь зубы, не отрывая горящего взгляда от Стеши. — Я сделаю тест, и будем разбираться.

— Не понимаю, чего ты к нам привязался? Твой отец сказал, у вас с женой скоро будет ребенок. Отстань, Илай! Отстань, — подхватываю дочь на руки и несусь в сторону подъезда. Не оборачиваясь залетаю внутрь, по ступенькам бегу на второй этаж, где находится моя съемная квартира.

— Мам, гуять! — расстроенно лепечет Стеша.

— Нет, сегодня уже будем дома, — захлопываю за нами дверь. Прямо в обуви иду на кухню и выглядываю в окно. Илай у подъезда. Смотрит на мои окна задумчиво.

Прячусь за шторой и закрываю лицо ладонями. Вот и случилось то, чего я опасалась. И что теперь? Что он собирается решать со мной? У него будет ребенок в своей семье, зачем ему Стеша, о которой он даже не знал?

— Мамоска, завко, — в кухню входит Стеша в курточке и ботиночках.

— Прости, малыш, сейчас, — начинаю суетиться вокруг дочки. Быстро ее раздеваю, потом себя. Мою запачканных следами пол. Когда снова выглядываю в окно, Илая там уже нет.

Принимаюсь готовить ужин для нас с дочкой, и тут на телефон приходит сообщение с незнакомого номера.

«Я хочу встретиться и поговорить. Ресторан “У Ратуши”, завтра, 12.00. Илай»

Откладываю телефон, растираю виски. Хочется стереть его сообщение и больше не вспоминать. Но нам действительно нужно поговорить как взрослым людям.