Чёрт из Чертаново. Том 5 - Антон Панарин
— Не понял, — пробормотал я, стряхивая труху со штанов.
— Э, у меня не курят! — встрепенулся таксист, учуяв гарь.
— Да я и не курю, — буркнул я. — Это визитка самовозгорелась.
Таксист зыркнул на меня в зеркало заднего вида и судя по всему решил что я псих. А с психами ругаться не стоит, особенно если они сидят у тебя за спиной. Мало ли что? Ремень на шею накинут или угостят железякой в печень. Тяжело выдохнув водила продолжил подрезать едущие рядом машины и прибавил скорости желая как можно скорее избавиться от меня.
Я же достал Китайфон 3000 и полез в телефонную книгу. С трудом отыскал номер Влада на который звонил всего один раз и набрал его. Гудки тоскливо тянулись целую вечность, пока механический женский голос не сообщил, что абонент не отвечает. Я позвонил снова, но вампир не взял трубку и в этот раз.
То ли кровосос залёг на дно где-нибудь под Тамбовом и не собирается высовываться ближайщую сотню лет, то ли его прикончили. Серые разводы на штанах от пепла почему-то подводят меня к мысли что Влад уже мёртв. Таксист затормозил у моего дома, а я зевнув выбрался из машины и остолбенел.
Поперёк стены кто-то вывел алой краской: «Караваив жри гамно!». Корявые буквы плясали вкривь и вкось, да ещё и подтёки краски спускались вниз на целый метр. Зато восклицательный знак автор нарисовал практически идеально.
Кто мог это накалякать, ума не приложу. Даша? Если бы она и написала подобное то без ошибок. Мефистофелева скорее прислала бы бесов с монтировками чтобы проломить мне череп. Константиныч хоть и зол на меня, но вряд ли опустился бы до такого. Да и Снежана вместо слов, изобразила бы что-нибудь пошлое, причём на двери моей квартиры.
Так и не определившись с главным подозреваемым, я двинулся к подъезду, но тут наверху зазвенело стекло и раздался мерзкий смех.
Я задрал голову и увидел, как на восьмом этаже брызнуло осколками моё окно, а из него вылетел бес. Рогатый уродец кувыркнулся в воздухе, расправил здоровенные крылья и полетел прочь. На лапе у беса болтался Борр: он обхватил её обеими руками и, похоже, пытался загрызть, в перерывах между укусами боровичок крыл матом так, что уши в трубочку сворачивались:
— Ах ты пи… штопаный! Жопу на британский флаг порву петушара!
— Пусти, падла! Щекотно же! — Хохотал бес дёргаясь как припадочный.
Я вскинул палец, целясь в рогатую башку, и, но выстрелить не успел.
Бабахнуло так, что я невольно присел, а из окна моей квартиры вырвался столб огня, от которой в машинах разом заголосили сигнализации. Следом из пламени вылетело дымящееся бордовое кресло Борра. Оно пронеслось над детской площадкой, теряя пылающие клочья обивки, и шлёпнулось у качелей.
— Загрызу, тварь!!! — заверещал Борр, увидев, во что превратилось его любимое кресло.
— Да отвали ты малахольный! Хи-хи-хи! — Заржал бес и со всего размаха врезал боровичку пяткой в нос.
Борр разжал хватку и с воплем поулетел вниз. Сердце перестало биться. Я рванул было к Борру, но увидел что его траектория падения ведёт прямо в мусорный бак. С грохотом рухнув помойку Борр разразился новым потоком матерных слов.
Бес же заметив меня, показал мне средний палец и попытался улететь. Но кто ж его отпустит? Вскинув палец я выстрелил оторвав ему крыло. Взвизгнув он стал падать кружа по спирали.
— Диспетчер, диспетчер! Правый двигатель выведен из строя, требуется… — Визжал бес пока я не отстрелил ему и другое крыло. — тляяяя! — Заголосил он и рухнул прямо на шипастую ограду.
Железное остриё пробило череп беса и тот рассыпался золотистыми искрами.
Опомнившись, я рванул к мусорке как раз в тот момент, когда из бака показалась шляпа-мухомор с налипшей банановой кожурой. Из бака вылез красный от злости Борр.
— Что произошло? — спросил я видя что мой подопечный грязный как свинья.
Хотя нет, даже Хрякин не настолько грязный как Борр.
— А я откуда знаю⁈ — Борр сплюнул картофельную очистку на асфальт и стал отряхиваться. — Весь день с Макароном грибы выращивали, похавать заказали, сидим, жуём. Ну, думаю, всё, смена кончилась, пойду домой. Захожу, а там пять рогатых ублюдков газовые баллоны посреди коридора поставили и вентили пооткрывали! Ну я одному по морде бах! Второму с вертухи хрясь! Третьему шею свернул, четвёртого за хвост схватил и об стену его, об стену! А пятого…
Он так разошёлся, что начал показывать приёмы молотя мелкими ручонками по воздуху.
— А на самом деле там был только один бес, да? — прищурился я.
Повисла немая пауза, а после боровичок нехотя сознался:
— Ну да, один, — Борр шмыгнул разбитым носом. — Зато я ему чуть яйца не оторвал!
— Молодец, что прогнал, — кивнул я. — А то бы он взорвался вместе с моей квартирой. Считай, ты ему жизнь спас. Правда летать этот лётчик больше никогда не сможет.
Боровичок открыл было рот, но со стороны проспекта завыли сирены.
— Быстро же пожарных вызвали, — оценил я. — Хорошо что все мои деньги лежат на карточке, — тяжело вздохнул я, глядя на клубы дыма валящие из моей бывшей квартиры. — А то пришлось бы рвать волосы на голове. И это были бы твои волосы.
— А я-то чё⁈ — возмутился Борр и на всякий случай натянул шляпу посильнее.
Дверь, которую мастер с Авито приварил мне за десять тысяч, наверняка вынесло вместе с косяком. За «ЗИЛ» я спокоен: уцелевший после буйства Машеньки холодильник переживёт и взрыв газового баллона. Жаль что теперь у меня появились новые траты. Видать снова придётся просить Кузьмича сделать ремонт. Нехотя я набрал номер хозяйки квартиры, и Валентина Сергеевна ответила сонным голосом:
— Алло…
— Валентина Сергеевна, доброй ночи, это Дмитрий, ваш жилец, — начал я как можно мягче. — Тут такое дело… В квартире произошёл взрыв. Видимо, было неисправно газовое оборудование.
Хозяйка мигом проснулась и перешла на ультразвук.
— Как взрыв⁈ Какое оборудование⁈ Я сейчас приеду!
— Можете не спешить, пока пожарные всё не потушат, вас туда всё равно не пустят, — заверил я. — И не переживайте, я сделаю ремонт за свой счёт. Квартира будет как новенькая.
— Конечно сделаешь! Я сдавала тебе целую квартиру! — завопила Валентина Сергеевна так, что Борр в метре от меня поморщился.
Когда она перешла на угрозы в стиле «если